Фантастика-2009
Шрифт:
Подростки грабили торговые суда, туристов, а раз даже подцепили контрабанду, и еле ушли – преступники начали резать броню шлюпа противометеорнымилазерами.Послекаждогорейдамальчишкивыжидалисмесяцианонимножертвовалидобычублаготворительнымфондам,передаваяпосылкичерезредкиегрузовики.Ребятаникогонеубивали.Номенясобирались.
Если
Но лагерь не хотел договариваться. Я отнимал у него мечту и собирался исковеркать кропотливо собранную по кусочкам психику. Я нехотелтудаприходить,нобылобязанэтосделать.Ипокаяпрорывалсянафлаересквозьметель,яоченьверил—поговорюсними,ионивсёпоймут.Норазгорячённаяотполётасигарафлаера,докоторойнедолеталснег,стояларядомсомной,апургазалеплялаглаза.Явглядывалсявлицадетейивделанноравнодушноелицовоспитателя,иужезнал—онинепоймут.Онинезахотят.Ведьунихсвояправда,ничутьнехужемоей.
Я чуть не примёрз к земле, но сердце работало ровно, а дыхание, несмотря на метель, не сбивалось. Пелена застила мнеглаза.Ямогбыдаженевключатьшпагу,ноинстинктвелелэтосделать.
Я
А потом, когда я настиг предпоследнего, одна из девчонок выстрелила в меня сигнальной ракетой. Ему было всего пятнадцать, у негоиз-подвязанойшапкивыбивалсясмешнойрыжийчуб,анаправойрукеболталсясшитыйвручнуюбраслетизразноцветногобисера.
Мы эмиссары. И мы не можем не подчиниться вбитым психосхемам. Обычный боец или агент может предать или... пожалеть. А мынет.Мылибоубиваем,либонасильственновмешиваемсявсознание.Ивобязательномпорядкесдаёмотчётвлокальномштабеподгипнорайтером.Мысамыеобычныеинструменты,иромантиканашейпрофессиивыветриваетсяусамыхупёртыхзапервыеполгода.Япроверил.
– Там никого не осталось, – проговорил я.
Арина отодвинулась от меня. Она меня боялась.
– А воспитатель?
– Его я убил первым. Когда мальчишки расчехлили стационарный бластер на самодельной треноге, у воспитателя не хватило духу. Он всё понял и не хотел смотреть на то, что произойдёт. Подбери он удобный момент, мог бы и убить.
– Ты... убил и девочек тоже? – Арина могла бы и не спрашивать. Она уже знала ответ. Она всего лишь хотела, чтобы я договорил до конца.
– Убил. Всех.
– Ты не виноват.
– Не виноват. – Я согласно кивнул. – Это команды. Приказы.
– Вот видишь, – тихо сказала девушка.
– Да ведь это я был! Мои мысли командовали телом! Это я решал, что надо убить! – заорал я. – Я надеялся, что у меня однажды получится. Мне казалось, что в один день у меня получится удержать шпагу, – прошептал я.
Я иссяк. Арина положила голову мне на плечо, и меня неожиданно захлестнула волна тепла и спокойствия.
Я проснулся с необычной мыслью, к которой оказался не готов. Арина стала для меня больше, чем просто девушкой, которую я обязан спасти. Я прекрасно понимал, что внешняя привлекательность Арины заложена в её генах, а сообразительность – результат статистической ошибки. Но Арина для меня – настоящий человек, и никогда в жизни я никому не позволю назвать её клоном.
– Алекс, я готова, – раздалось снаружи.
Я полез из юрты по кривому лазу. Мы спали семь часов. За это время наступило утро и температура стала нормальной. Снег почти перестал сыпаться, поэтому наши следы было чётко видно. Я смотрел в небо, надеясь обнаружить огненный росчерк снижающегося к космопорту транспорта, но понимал, что это глупо. Транспорт должен был прилететь, пока мы спали.
Арина взяла меня за руку.
– Что со мной будет?
– Тебе сделают имперский паспорт, – бесцветно сказал я, подавляя эмоции.
– А дальше?
– Получишь денежное пособие и сможешь выбрать место жительства на любой из планет Империи. Пройдёшь адаптационные курсы.
– Мы расстанемся? – неожиданно остановилась Арина и схватила меня за руку.
Я хватил ртом воздух так, что зубы заломило от холода. Арина смотрела честно и наивно. Только не хватало, чтобы... клон... в меня влюбилась. Я попытался ответить ещё раз, чтобы девушка не волновалась:
– Посмотрим.
Арина благодарно сжала мою руку. Мне неудержимо захотелось прижать девушку к себе, ощутить на своей коже её нежные губы. Но мне мечтать вредно. Я ведь ещё эмиссар. Всего лишь эмиссар, который ничего не может изменить.