Фантастика 2008
Шрифт:
Противостоять силе можно было только силой. То есть на крошечном участке звёздной поверхности сконцентрировать такой поток пета- и экзаэлектронвольт и эргов, какой ещё неизвестно как себя повел бы, если бы даже технически это оказалось возможным в условиях пусть и большого корабля, но и так уже переполненного всякой спецтехникой.
То есть получалось, что использовать виртуальный зонд можно было бы только в условиях виртуального же светила, но никак не реального. Его и использовали — на досуге, потому что это был интересный, красивый
Все это прекрасно знали, и если Сергун сейчас об этом заговорил, то разве что от волнения. Работа же от этого не задержалась ни на секунду.
Для начала операции вирт-«Скальпелю» пришлось разогнаться как следует. Ланда на всех мониторах повисла неподвижно, словно прибитая гвоздями. Фильтры позволяли разглядывать светило спокойно, в надежде увидеть ещё что-нибудь такое — важное, но до сих пор ускользавшее. Но глядели так — между прочим, потому что потрогать такую тюху почти собственными руками — очень не шуточное дело. Орбитальную скорость «Пирогова» установили больше, чем скорость собственного вращения звезды, так что она как бы совершала медленный пируэт.
И вирт-люди на борту вирт-«Скальпеля» жили своей короткой, но напряжённой жизнью.
— Грубко!
— Программа к запуску готова.
— Лейкин — уточнять расстояние заброса с точностью до десятков метров, поскольку на абсолютное попадание рассчитывать трудно. А ты, Сергун, — прокладываешь трассу зонда, чтобы сразу было накрытие, без пристрелочных вилок.
— Всё сделано.
— Полная фиксация всей картины! Всё писать. Определить точку перехода и совершить заброс.
— Вектор определён. Место цели — четыреста тридцать от поверхности.
— Пошёл отсчёт. Три, два… пуск!
Реальный Грубко на реальном «Пирогове» проговорил:
— Не слишком ли много чести для схемы два-пять?
— Ну, — ответил Сергеев медленно, как бы на ощупь выбирая слова, — как говорится, когда в дверь звонят — это, вернее всего, почтальон, а не принцесса. И тем не менее бывает, что именно промокшая принцесса ищет прибежища. И придётся стелить постель именно для неё.
— Это из сказки, — сказал Лейкин. — А мы — в реальности.
— Пока жизнь идёт лишь в виртуальной реальности. А это, собственно, и есть та же сказка — на нынешний лад.
— Смотреть и дальше будем через них? — поинтересовался Лейкин — так, для порядка. Потому что все знали методику и понимали, что реализацию второй схемы, любого её варианта, на модели только так и можно увидеть.
— А ты что, сам туда к ним захотел? — удивился Сергеев. — Тогда подай рапорт, рассмотрю на досуге.
— А когда досуг будет?
— Хотелось бы, чтобы без затяжек. Ну, всё. Они пошли.
Несуществующий в реальности корабль, быстро наращивая скорость, устремился к светилу, такому же ненастоящему (для всех, кроме виртуального экипажа),
Даже у реальных, находившихся сейчас в полной безопасности людей захватывало дыхание. Как и каждый раз, когда им приходилось наблюдать реализацию второй схемы.
— Шеф, ты бы подсказал им — изоляторы…
— Сергун, сколько раз повторять — он меня не воспринимает, только ВК.
— Да знаю я. И всё-таки…
Но вирт-креатор, хорошо настроенный, справлялся и сам.
— Температура на обшивке — девятьсот двадцать.
— Изо-раз! — скомандовал тот Сергеев.
— Есть изо-раз.
Наблюдающие снаружи — если бы такие имелись — в эти мгновения увидели бы, что корабль словно бы окунули в голубую краску — а до того он был обычный, тёмно-серый, почти чёрный. Цвета маренго, сказал бы специалист.
На экранах обоих «Пироговых» Ланда росла, ширилась, растекалась, как блин на сковородке, всё яснее просматривались на её поверхности струи, течения, места потемнее и посветлее, большое пятно, неподвижно стоявшее в курсовом прицеле корабля — потому что он выдерживал теперь ту же угловую скорость, что и сама цель. Всё было правильно, но с каждой минутой становилось всё грознее, всё больше давило бы на психику, на чувства и ощущения — однако виртуальные люди этими свойствами наделены не были, поскольку считалось, что им это ни к чему.
— Температура — три тысячи шестьсот!
— Изо-два!
— Есть изо-два.
Вторая изолирующая от внешних воздействий полевая обшивка окружила корабль, позволяя его содержимому продолжать нормальное существование.
— Скорость?
— Скорость расчётная. До соприкосновения с поверхностью — восемь минут.
Это условно, конечно. Поверхность звезды — не асфальтированная равнина. Вообще не равнина. Скорее, огненный океан во время крепкого шторма.
— Изо-три — зеркальное!
— Есть, зеркальное. Зеркальное выставлено.
Теперь снаружи корабль казался бы самосветящимся телом.
— Сейчас войдут! — проговорил Сергеев-реальный неожиданно охрипшим голосом. — Сукины дети, это же не вторая схема, третья! Не было такого уговора! Креатор глючит? Или что?
Сидевший рядом Грубко не ответил, лишь вытер пот со лба.
Вихри пламени всех оттенков оранжевого бушевали на всех экранах. Трудно было поверить, что это лишь созданное электроникой изображение. Реальная команда «Пирогова» чувствовала, что вокруг становится всё жарче. Здесь, у них. Сергун даже протянул руку и перевёл кондиционер на усиленный режим. Никто не возразил.