Фантастика 2008
Шрифт:
— Ох, ну зачем же она так!.. — Знакомая шляпа мелькнула у самого пола, и Соня выпрямилась, бережно и жалостливо прижимая к груди отвергнутый подарок.
В её глазах блестели слёзы.
— Прости, это всё из-за меня, — прошептала она.
Влад покачал головой.
— Ты тут ни при чём. Ну, ладно, пошли… Морган здесь?
— Морган здесь, — из прокуренного сумрака возникла маска.
— И кто ты? Что оно означает? — Влад указал на выступы и складки чёрной маски, пёстрые перья, торчащие под неожиданным углом над клочками рыжеватого меха —
— А что ты видишь?
— Опять ты за свое! — раздражённо воскликнул Влад, направляясь в сторону бара. — Можно же нормально ответить…
— А тебе нужно указание, чтобы знать, что ты видишь? — усмехнулся Морган, следуя за ним, словно тень. Он был в чёрном бархатном плаще, наверняка просто кусок синтетической подделки из ближайшего магазина, но даже этот издевательски простой наряд шёл ему.
Влад, тяжело вздохнул, заказал пиво, услышал клубные расценки и окончательно расстроился.
— Знаешь, я сегодня отдал нехилую сумму, чтобы получить по морде, окончательно потерял любимую девушку, а теперь пью пиво, которое не стоит тех денег, которые я за него заплатил. Очень, очень замечательный вечер!
— Она по-прежнему твоя любимая?
Влад с горечью взглянул в глаза маске.
— Прости. — Морган отвёл взгляд.
— Вот. — Соня протянула Моргану коробочку. Внутри звякнули, рассыпаясь, черепки и осколки.
— Кстати, а что там было? — поинтересовался Влад.
— А что там могло быть?
— Ты опять? — Влад приподнял бутылку. — Я… Ты когда-нибудь меня…
Морган забрал у него пиво, отдал его Соне, вложил Владу в руки таинственную коробочку, а потом накрыл её своими ладонями.
— Ну, давай, сейчас самое время. И место подходящее… — Маска придвинулась ближе. — Что там может быть? Что бы ты хотел ей подарить? От себя — ей?
Влад криво усмехнулся. Подумал о пощёчине. Вспомнил, сколько презрения и усталости было во взгляде Евы. А потом вернулся в то утро, когда она впервые осталась у него на ночь. Он тогда проснулся и увидел её лицо, близко-близко, её закрытые глаза, длинные ресницы на щеках, белый след слюнки в уголках губ, смятую подушкой щёку — тогда его сердце наполнилось незнакомым счастьем, солнечным восторгом, от которого хотелось прыгать до потолка.
Потом они завтракали — тоже впервые вместе, — и она поднесла к губам чашку, и посмотрела сквозь поднимающийся пар, и вдруг потянулась к лилиям, стоящим в банке, и поцеловала цветок…
Влад закрыл глаза и отвернулся. В пальцах покалывало, ладони вспотели, и он вытер их о джинсы. Коробочка осталась у Моргана.
— Красиво, — сказала маска. — Ну, давай посмотрим.
Соня восхищённо вздохнула: высоко, на уровне глаз, Морган держал чайную чашку, и та светилась в темноте. Поворачивая подарок, Морган открывал каждую новую грань и изгиб, пока Влад не увидел, что это белая лилия, полураспустившаяся, обхватывающая живыми лепестками тончайший белый фарфор с лёгкими складочками, которые
Влад отпрянул, когда маска протянула ему цветок, оставив чашку себе.
— Нет. — Влад отошёл ещё дальше. — Мне пора.
Маска смяла одновременно лилию и чашку — и они рассыпались тающей в воздухе пыльцой. Влад почувствовал, что у него кружится голова, опёрся о стойку — и оказалось, что это стойка в магазине.
Вокруг столпились неведомые полуживые твари, в воздухе мигали язычки пламени, потрескивали и тянулись вверх. Соня в своей неизменной шляпе сидела на корточках перед пятнистым жирафо-аистом, который держал в клюве зажженную свечу, а Морган, уже без маски, протягивал Владу стакан с водой.
— Спасибо… Что же они подмешивают в своё пиво? — простонал Влад, опускаясь на стул. — Может, это Ева их попросила? Чтобы избавиться от меня?
— Может быть. — Морган пододвинул табурет и уселся напротив.
— Что это было?
— Что было?
— Там, в клубе? В коробке? Что там было с самого начала?
— Подарок для твоей любимой. — И предупреждая поток уже привычных обвинений и просьб выражаться яснее, Морган вложил ему в руки комок бурой смолы, ещё мягкой, но уже успевшей принять форму. — Попробуй это.
— Что это?
— Ты мне скажи.
— Я должен знать, что это?
— А что ты видишь?
Влад вгляделся в комок. Ему показалось, что он разглядел выгнутую спину, лапки с коготками. Комок зашевелился — Влад брезгливо отбросил его. Соня бросилась к смоле, подняла, прижала к груди, ласково зашептала над ним. Влад увидел чёрный хвостик, скользнувший между тонкими белыми пальцами.
— Дурдом какой-то. У тебя тут просто какой-то дурдом! Что это такое?
— Это зависит от того, что ты видишь.
— Вещь или есть, или нет, это всегда что-то определённое!
— Всё зависит от твоего взгляда.
— Буддизм какой-то. Йога-магия! В чём ты пытаешься меня убедить? Своими дурацкими фокусами…
— Я лишь выполняю твою просьбу. Выгляни на улицу.
— Что?
— Выгляни. Но порога не переступай.
Влад встал, кивнул с видом «Ну, если ты так хочешь!», широкими шагами пересёк магазин и распахнул дверь. Посмотрел на бескрайнее поле перламутровой травы — или шерсти, или водорослей под водой — и поспешил захлопнуть дверь.
— Я смогу выйти?
— Да хоть сейчас.
Влад снова выглянул, увидел знакомую улицу — и поспешно выскочил наружу.
Дома было тихо. Он устало упал на диван, вжался лицом в подушку и уловил знакомый запах — то ли крем, то ли духи, то ли шампунь. Её запах. Евка, которой нет…
«Ну и что, найдёшь другую, — подумал он с каким-то исцеляющим опустошением. — Которая не будет требовать от тебя ничего необыкновенного».
Влад вспомнил тёплый комок в пальцах. Ладони непроизвольно сжались, обхватывая невидимый шар. Показалось, что внутри бьётся что-то тёплое и пыльное. Он разжал руки — и увидел белую бабочку.