Фантастика 2000
Шрифт:
— Креатив-гигабит.
Кажется, он удивился.
— Да, неплохо. И все документы ты собрал? И родители подписали разрешение?
— Родители воспользовались конституционным правом. Неделю назад.
— Ясно. — Он отставил чашку. — Вон там, в углу, под железякой…
К прославленному сегменту брони имперского крейсера у него никакого уважения не было.
— Ну? — спросил я.
— Мужик, который хлещет водку, — старпом второго грузовоза. Поставь ему выпивку, так положено. И предложи свои услуги.
Я сразу покосился на прейскурант, но бармен
— От кофе ты отказался, так что… Просто махни мне рукой, я подам.
— Спасибо, — пробормотал я. Цены на спиртное я успел заметить, если бы пришлось платить, то у меня бы не хватило даже на обратную дорогу.
— За такое не благодарят. Если уверен, что прав, то иди.
— Спасибо, — упрямо повторил я.
Бар вдруг мягко толкнуло. Сквозь затемненные окна пробилось красное сияние. Старпом за угловым столиком поднял рюмку, будто чокаясь с кем-то невидимым, и залпом выпил.
— С перегрузом пошел, на маршевых, — заметил бармен. — Ладно, решай, парень.
Я соскочил со стула и пошел к старпому. Мне не то чтобы было страшно, в конце концов я готов был ездить сюда каждый день… но не станет же добрый бармен помогать мне каждый раз.
Очень не хотелось упустить такую удачу.
Старпом поднял голову и внимательно посмотрел на меня.
Перед ним стояла почти пустая бутылка, папа никогда бы столько не выпил. А космонавт даже не казался пьяным. Ему было лет сорок, и ничего особенного во внешности не было. Ни шрамов, ни космического загара, ни искусственных органов.
— Добрый вечер, — сказал я. — Разрешите вас угостить?
Некоторое время старпом молчал, потом пожал плечами: — Угощай.
Я махнул бармену рукой, и тот с совершенно серьезным непроницаемым лицом кивнул в ответ. Поставил на киберподнос две полные рюмки и отправил его через зал. Маленький гравитатор подноса мигал оранжевым — видно, разрядился. Но поднос долетел до столика благополучно, даже увернулся от руки какого-то типа, который с хохотом потянулся за рюмкой.
Только когда я снял обе рюмки, я сообразил, что мне тоже придется пить. Раньше я пробовал лишь хмелевое пиво и шампанское. Но шампанское так давно, что даже не помню, а пиво мне не понравилось.
— Сильно тряхнуло при старте, не находишь? — сказал вдруг старпом.
Я вспомнил слова бармена и ответил: — На маршевых пошел. С перегрузом.
— А ты не дурак, мальчик, — удовлетворенно заметил старпом. — Давай, за удачный гипер…
Он выпил залпом, даже не поморщившись. Я вспомнил, как пил водку отец, задержал дыхание и одним глотком влил ее в себя.
И тут же торопливо запил имбирным пивом. Получилось совсем неплохо. Нос защекотало резким запахом, и в глотке стало горячо. А так — нормально.
— Ото, — сказал старпом. — Ладно, теперь говори, что тебе нужно?
— Я хотел бы предложить свои услуги в качестве расчетного модуля, — выпалил я.
— Какой шунт?
— Креатив-гигабит.
— На потоковый режим тестировался?
— Восемьдесят четыре с половиной.
Старпом почесал подбородок. Плеснул
— У тебя есть разрешение?
— Да. — Я полез в карман, но космонавт покачал головой: — Не сейчас… Все схвачено, все улажено, все разрешения, верю… Зачем оно тебе?
— Я не хочу здесь жить, — честно ответил я.
— Если бы ты сказал, что жить без космоса не можешь, я бы тебе всыпал ремня, — непонятно выразился старпом. — Но здесь жить… да, я бы тоже не хотел… Ты хоть представляешь себе, что такое расчетный модуль?
— Это подключение мозга в режиме потоковой обработки данных, позволяющее осуществлять навигацию в гиперпространстве, — отчеканил я. — Поскольку быстродействие электронных вычислительных систем падает прямо пропорционально скорости корабля при превышении константы С, единственным методом навигации в гиперканале является использование возможностей человеческого мозга.
— Думать при этом ты не сможешь, — объяснил старпом. — Ты даже помнить ничего не будешь. Воткнули тебе шунт, ты отключился. Потом ожил, уже после посадки. Немного болит голова, и кажется, будто прошла минута, только борода выросла… впрочем, какая у тебя борода. Ну и? Что ж в этом хорошего?
— Я не хочу здесь жить, — упрямо повторил я. Раз уж этот довод старпому понравился…
— Оплата расчетных модулей прогрессивная, и за пять лет реального времени ты можешь скопить сумму, достаточную для поступления в космошколу, — продолжал старпом. — Тем более по возрасту ты вполне им сгодишься. Но есть такая беда — работа в потоковом режиме нарушает процессы мотивации и целеполагания. Ты не захочешь куда-то уходить. Понимаешь?
— Захочу.
— Только два процента лиц, работавших расчетными модулями, уходят после истечения стандартного пятилетнего контракта. Около процента прерывают контракт досрочно. Все остальные работают до… до смерти.
— Я рискну.
— Рисковый ты парень. — Старпом поднял рюмку и выпил. Я подумал и последовал его примеру. Во второй раз почему-то получилось хуже — я закашлялся, и старпом похлопал меня по спине.
— Возьмите меня, пожалуйста, — попросил я, отдышавшись. — Я ведь все равно наймусь. Не к вам, так к кому-нибудь другому.
Старпом поднялся. В его бутылке еще немного оставалось, но он будто внимания не обратил. Космонавты — они все чертовски богатые.
— Пошли.
Когда мы выходили, я подмигнул бармену. Тот улыбнулся и развел руками. Будто не слишком меня одобряет, но признает мое право решать. Очень хороший человек, наверное, потому что в космопорте работает.
Через красивый вестибюль гостиницы мы прошли к лифтам.
Охраннику старпом молча показал свой галактический паспорт, и тот не сказал ни слова. Рядом с лифтами был еще один маленький бар, даже не отделенный стеной. Там сидело человек пять девушек, все очень красивые и разные — азиатка, негритянка, беленькие. Они очень медленно пили кофе. Азиатка что-то сказала подругам, глядя на нас, те захохотали.