Фантастика 1987
Шрифт:
Дмитрий Федорович изумленно посмотрел на него и засмеялся.
Потом вытер слезы и заявил серьезно:
– То, что вы в нелепое положение ставите себя,- дело ваше. Но меня - увольте. А теперь я вынужден с вами проститься, час поздний. Инопланетяне могут не спать, а у меня завтра, то есть уже сегодня, много дел.
Сергеев молча встал и направился к выходу.
– Да, кстати,- окликнул его хозяин квартиры, когда Сергеев уже открыл дверь.- Почему бы вам не обратиться к властям? Опасности, грозящие городу,- по их части.
…Выйдя из подъезда,
– Инспектор ГАИ Глебов. Помните, я принял вас за водителя поливочной машины?…
– Да, да,- растерянно проговорил Сергеев.- Должен принести вам свои извинения. Я действительно ездил на этой машине на озеро. Готов понести наказание. Но прошу на несколько дней оставить меня в покое.
Глебов сделал вид, что не слышал последних слов.
– О чем вы там говорили?
– спросил он, показав пальцем вверх.
– Это наше дело…
– О каких опасностях для города шла речь?
– невозмутимо спросил Глебов.
Сергеев вздохнул и начал рассказывать.
– Да,- сказал Глебов, выслушав все до конца,- и вы думаете, это серьезно?
– Совершенно серьезно.
– Да-а,- снова протянул Глебов. Он подумал о том, что обо всем этом никак не доложишь начальству. Начальству нужны доказательства. А что предъявишь, кроме сомнительных утверждений Сергеева?
Но сам он, инспектор ГАИ Глебов, верил. Может, потому, что привык на службе придавать значение каждой мелочи, или потому, что любил почитывать фантастику в свободное время?
– Что же делать?
– сам себя спросил он.
– Вам приходилось читать про мальчика, который спас целую страну?
– Как это?
– В Голландии вся обитаемая поверхность суши расположена ниже уровня моря. Люди, ясное дело, живут там под защитой дамб. Однажды мальчик заметил щель в дамбе и понял, что грозит ему и его соотечественникам. Людей поблизости не было, а бегать разыскивать их - значит, терять драгоценное время. Он заткнул щель рукой и стоял так долгие часы, пока не подошли другие люди. Видите ли, порой случается, что от твоего личного решения, от твоего единственного поступка зависит будущее твоих соотечественников. Понимаете вы меня?
– Понимаю,- сказал Глебов. И подумал, что доложить обо всем начальству он сможет днем, а сейчас вместе с этим гражданином Сергеевым надо съездить к озеру и оглядеться.
Светало, когда они на пойманном на улице такси подъехали к берегу озера. Воды не было видно, илистый берег уходил в белый плотный туман.
– Смотрите!
– воскликнул Сергеев, указывая на что-то темное, проступившее сквозь туман.
Сергеев быстро настроил свой прибор, но, кроме треска разрядов, ничего не услышал.
– Не до бесед им сейчас,- уверенно сказал он.- Так что будем делать? Не на экскурсию же мы приехали.
– Думаешь, рвануть может?
– переходя от волнения на “ты”, спросил Глебов.
– Я ведь говорил уже,- с досадой откликнулся Сергеев.Может, и от города ничего не останется. Откуда я знаю. Найдут потом десятки вполне
– А если… если,- на ходу придумывал Глебов,- если нам пустить воду. Не речную, правда, а обычную, водопроводную. Хлорированная вода, конечно, может, им не подойдет.
– На твоей машине возить будем?
– возразил Сергеев.
– Зачем? Нет, ты слушай,- закричал Глебов,- слушай, я здесь знаю, поблизости пожарный колодец есть. Вон там у дороги плита чугунная лежит. Поднять ее легко. Подключим пожарный рукав - ив озеро. Там мальчишка воду не пустил и спас, а мы, стало быть…
– А рукав? Его-то где найти?
– Найдем,- уверенно пообещал лейтенант.- У меня в пожарной части приятель служит.
– Как ты ему объяснишь?
– Обойдется без объяснений. Скажу - нужен.
На той же машине такси они привезли рукав, с трудом сдвинули проржавевшую чугунную плиту. Инспектор ГАИ, не боясь испачкаться, сам спустился по мокрым скользким ступенькам и пустил воду.
– Все,- сказал устало лейтенант, опускаясь на плиту.
И вдруг он вскочил, уставился на озеро. В тумане ясно просматривалась какая-то конструкция и что-то красиво переливалось там голубым светом.
Потом по голубому пошли сполохи - оранжевые, фиолетовые, красные. Уши заложило, как бывает в самолете, идущем на посадку. На мгновенье Глебов даже закрыл глаза. И тут плеснуло огнем по туману: то ли и в самом деле инопланетяне взрывались, то ли всходило солнце. Дрогнула земля, что-то ухнуло, загудело, запищало и стихло.
– Ты понимаешь, что произошло?
– спросил он у застывшего рядом Сергеева.
– Это был корабль. Корабль иных миров.
– Откуда они прилетели и куда улетели? И в чем весь смысл этой экспедиции на нашу планету?
Сергеев молчал.
– Почему они не захотели ничего сообщить о себе? Что я теперь доложу начальству?…
Внезапно затрещал прибор, лежавший в раскрытом “дипломате”.
– Мы сами все исправили, - послышался бесстрастный металлический голос.
– Мы благодарим вас. Вы сделали все, что могли. Благодарим… благодарим… благодарим…
Стало совсем тихо. Туман на озере таял прямо на глазах, и никакого сияния уже не было - обычный туман, какие Глебов видел много раз.
НАТАЛЬЯ ДАРЬЯЛОВА ВОТ И КОНЧИЛАСЬ ВЕЧНОСТЬ…
Сегодня пошел первый в моей жизни снег.
В этой моей жизни - когда я оторвался от Великого Бытия и капелькой дождя прилетел на Землю, чтобы родиться Человеком.
Я лежу в своей коляске и смотрю на снег. Он опускается неторопливо и плавно и напоминает мне Вечность. Вечность, из которой ушел я в тот неповторимый миг, когда двум людям, двум слабым и беспомощным существам суждено было разомкнуть узкий круг своего бессилия и сотворить чудо: зажечь новую жизнь.