Фантастика 1982
Шрифт:
– Сэнсэй, когда вы отдохнете, я буду вынужден вызвать вас на поединок. Меня зовут Оиси Крисито из клана Тесю.
Харикава молча кивнул и прилег на снег, чтобы скопить силы.
Крисито отошел в сторону. Он знал, что не будет торопить старика. Никто не сможет упрекнуть Оиси, будто он убил обессилевшего человека. Он подошел к поверженному разбойнику, отломил у самой раны древко стрелы и перевернул его на спину. Тот тихо застонал.
Хотя разбойник и был одет очень странно, он, несомненно, был японцем, молодым и красивым.
Оиси сходил
– Открой сумку у меня на поясе и дай мне порошок.-.
– пробормотал он костенеющим языком, -…скорее!
Самурай открыл маленькую, красную, как и вся остальная одежда незнакомца, сумочку; вынул оттуда прозрачный, величиной с лесной орех, шарик, внутри которого пересыпался розовый порошок. Алый сунул шарик за щеку и затих.
“Отходит!” - подумал Крисито, помолился за душу грешника и сел точить меч для поединка.
Когда он закончил, Алый уже не лежал, а сидел, привалившись здоровой лопаткой к трухлявому пню. Оиси удивился.
Как он с такой раной мог еще ползти? А тот жестом подозвал Крисито и сказал прерывистым хриплым шепотом:
– Не убивай старика!… Прошу тебя… Пусть живет!
Оиси оглянулся на все еще лежавшего в снегу Харикаву.
– Я мог бы просто зарубить его. Он этого заслужил. Но я вызвал его на честный поединок. Если небу будет угодно, старик победит меня.
– Но ты же видишь: он на ногах стоять не может! Он отдохнет и примет бой, - спокойно ответил молодой самурай.
– Я не могу отпустить его без отмщения. Он… Убил твоего князя. Я знаю. За дело убил… А ты… Так ли уж ты любил своего господина?
Крисито на мгновение задумался.
Да, у князя был крутой нрав! Многим от него доставалось. Любил или не любил, но я был его вассалом и долг мой…
– Убить беззащитного? Нечего сказать, хорош долг чести! Как это у вас просто все получается!… Убить… Пойми: Харикава - великий человек!
– Харикава? Это князь был великий человек!
– убежденно сказал Крисито.
– Скотина был твой князь! Он силой взял в наложницы дочь Харикавы. Девочка утопилась. Старик мстил за нее.
– А я мщу за князя!
– Страшные времена! Пойми, имя твоего князя через десять лет будет забыто, а Кэндзобуро Харикаву будут помнить века. Его надо спасти!
Оиси улыбнулся неумелой лжи этого человека.
– А не ты ли хотел отдать старика чудовищу? Укус сколопендры пострашнее удара меча!
– Нет! Я хотел его спасти!
– прохрипел Алый.
– Это была моя Машина (этого слова Оиси не понял). Она только похожа на сколопендру. А тебе не с чем больше сравнивать… Попробуй перешагнуть через гнусности своего времени. Пощади старика! Он нужен людям.
– Он твой родич?
– изумленно спросил Оиси.
Алый отрицательно помотал головой.
– Тебе объяснять бесполезно… Попробую… Слушай!… Я, - он ткнул себя пальцем
Оиси слушал Алого с сочувствующей улыбкой, не понимал сказанного, думал, что умирающий бредит. Но трогательная забота о старике поразила самурая.
Алый, лихорадочно блестя глазами, продолжал:
– Ты, наверное, не понимаешь, как можно спасти человека, которого убили пять столетий назад? Да, для моей истории Харикава уже потерян безвозвратно. Но если ты послушаешься меня, возникнет новая ветвь реальности, параллельная нашей. В ней Харикава останется жив…
Алый застонал и на минуту забылся. Но потом снова разлепил веки.
– Мы сами пишем историю человечества… И я верю, что настанет день, когда люди параллельных времен сольются в единый союз… И тогда во всей Вселенной не будет ничего сильнее Человека! Я верю. Нас с Иваном послали выручать Харикаву, помешать ему встретиться с тобой… И мы опоздали…
– Ты умираешь, - прервал его Оиси.
– Прекрати лишние разговоры и помолись лучше, чтобы предстать перед Творцом со спокойной совестью!
– Думаешь, я брежу?
– Алый рывком поднялся на локте и заскрежетал зубами от боли.
– Думаешь, это бред? Смотри!
Он вперил взгляд в бамбуковую чащу. Лицо его окаменело, только синяя жилка билась на потном виске.
И Оиси увидел… Один за другим на границе зарослей надламывались и ложились на снег стволы бамбука. Скоро на этом месте образовалась глубокая просека.
Алый снова застонал и откинулся затылком на комель пня.
Лицо его было как кусок мрамора.
– Я бы и с тобой мог так же… Не хочу! Противно это… Отпусти старика!
Крисито нахмурился.
– Ты демон?
– спросил он с угрозой в голосе.
– Да не демон я!
– Алый страдальчески сморщился.
– Человек!… И ты человек! Неужели мы, люди, не сможем понять друг друга?… Но на какой бы поступок ты сейчас ни решился, прежде подумай. Ты на то и человек, чтобы думать! Не забывай этого! А сейчас отойди подальше. Я вызову Ивана…
Оиси послушно отошел. Он уже не испугался, когда из просеки на поляну полезла Машина. Волнообразно двигая кривыми ножками, она подковыляла к Алому, зависла над ним и вдруг легла на него плоским брюхом. Крисито представил себе, что стало с незнакомцем под такой тушей, и ему сделалось нехорошо. Но когда чудовище поднялось и растаяло в воздухе, на том месте, где только что сидел человек, остался лишь раздавленный трухлявый пень.