Фантастика 1982
Шрифт:
Что было отвечать? Виновата.
А рассказала она Саше об Олеге из-за признания Марьи.
Та зашла как-то к ним с хозяйственной сумкой, с базара, - понурая, виноватая: “Ось як вышло, Катюшка. Ты мне доброе дело сделала, а я злом отплатила. Приезжал ведь твой Олег. А я ему: “Счастливая она. Муж хороший. Не разбивай семью”. Он и уехал”.
Саше, заставшему ее в слезах, Катя выпалила правду и ушла в свой старый домик на окраине. Пока выпросила отпуск, прошла неделя, и, приехав в город Олега, она его не застала: уехал в длительную заграничную командировку. Один.
А потом пришел Саша
… - Катерина Сергеевна! Вот вы где! Замечательно!
– ворвался в ее невеселые воспоминания голос завлаба Сквознова.
– А ведь завтра первым решено провести ваш эксперимент. Студенты ждут вас…
Студенты восприняли ее маленькую вступительную речь скептически. Один из них - с рыжими кудрями, с вздернутой к носу губой, хохотнул:
– А что вы хотите, чтоб мы вспомнили? Далекое детство или вкус вчерашних щей?
Катя сурово молчала.
– А нельзя ли результаты эксперимента тут же передать по институтскому радио?
– продолжал остряк.
– А у вас есть радио? Прекрасно! Дайте мне ключи от радиорубки, завтра я вам их верну, - сухо сказала Катя.
Тот недоуменно протянул ключ.
– Лариса, подготовьте опыты на завтра, - обратилась она к лаборантке.
– Когда у вас, товарищи, заканчиваются лекции? В 15.30? Тогда в 16.00 ждем вас.
– И она вышла, услышав вслед шепот остряка: “Вот мымра! Медуза Горгона! Я умер под взглядом ее мертвых глаз!” Катя невесело усмехнулась - кем она еще может казаться этому двадцатилетнему весельчаку? Конечно, мымрой, Медузой Горгоной! И Олегу, видимо, тоже. И все-таки она пойдет на риск, напомнит о себе, будь что будет!
Утром она протянула Ларисе пачку листов с новыми, написанными за ночь вопросами.
Лариса моргнула голубыми, искусно подведенными глазами:
– Ой, опять что-то новое, Екатерина Сергеевна? А может, начнем по проверенным тестам?
– Это не для студентов, Лариса. Для преподавателя - Оршева Олега Дмитриевича. Подойдешь, попросишь его полчаса посидеть у “Скифа”, скажи, это просьба нашего завлаба - начать с преподавателей. Мою фамилию не называй.
– Ой, а почему, Екатерина Сергеевна?
– Мы с ним учились вместе и когда-то поспорили, возможно ли вернуть память.
– Па-нятно!
– заговорщицки подмигнула Лариса и, плавно покачиваясь - под манекенщицу, - поплыла к двери.
Катя ждала, пока Лариса внесет в “Скиф” новую информацию - тексты на древнерусском языке, сообщения латинских авторов о скифах, их образе жизни и войнах, материалы последних раскопок скифских курганов и выписки из тех сорока томов записок археологического общества, что когда-то делала для Олега.
Сидя в соседней комнате, Катя слышала, как вошедший Оршев спрашивал Ларису:
– Ну, так что же это такое - тесты первого ряда, тесты второго ряда?
– Первого - как именно воспринимает мозг испытуемого, второго - что именно представляет при
– Вот какое чудовище, оказывается, наш мозг!
– рассмеялся Олег.
– Значит, он скрывает от нас то, что знает?
– Представьте, да, - обиделась Лариса.
– Убедитесь сами. Садитесь вот сюда. Вы попадаете в биополе, “Скифа”. Полчаса полного молчания.
Катя слышала, как хлопнула дверь за Ларисой, как невесело вздохнул Олег, как раздались первые сигналы “Скифа” - тонкие писки - это пошли на экране “тесты первого ряда” - обычные вопросы, обращаемые ко всем испытуемым - знаки нотного стана, стихи и слова песен - малоизвестных и популярных, слова иностранного языка (английского, который учил Олег), законы физические и химические. Катя представляла, как с усмешкой смотрит Олег на экран, считая эксперимент пустой забавой, и действительно засомневалась: да полно, так ли уж велики ее успехи? Ну, Мефодий Ильич - тут “Скиф” лишь ускорил выздоровление, уже начавшееся с появлением Саввы Орлова. Но то медицинский случай. А вот успешный опыт со студентом, который после эксперимента, слушая музыкальную композицию “Скифа”, стал вдруг сбивчиво и нервно говорить о французах, о Наполеоне, о Денисе Давыдове и даже читать стихи лихого гусара, которые до того никогда не знал, - успешный ли? Ведь позже выяснилось, что испытуемый знал, что его предки действительно принимали участие в Отечественной войне 12-го года? Ведь почему-то многие испытуемые отказывались признаться, вспомнили они что-нибудь или нет. Один даже возмутился: - Что я - сумасшедший, рассказывать вам всякую чушь?
Нет и нет!
Потому и решено было провести эксперимент среди будущих археологов. Их мозг работает целенаправленно - в глубь веков.
Сигналы “Скифа” стали тише, пошли тесты второго ряда: что представляет испытуемый при вопросе… Где-то среди карточек есть и особая - специально для Олега - обложка одного из томов “Записок археологического общества губернского города Т.” за 1840-1860 годы и выписки.
Совсем тихие, еле слышимые только ее тренированным ухом сигналы подает “Скиф”, пошли самые трудные задания - старославянские тексты, таблички на венедском языке.
Но что это? Сигналы убыстрились. Тревожные и громкие, они стали похожи на сирену. Такого не бывало со “Скифом”! Катя выбежала в коридор, увидела Ларису, сидящую у окна в соседстве с рыжим остряком.
– Лариса! Пойди выясни, что со “Скифом”!
Лариса едва прикоснулась к дверной ручке, как дверь распахнулась, и оттуда вылетел Олег.
– Опыт не кончен!
– пыталась удержать его Лариса.
– В другой раз закончим, - отодвинув Ларису, пробормотал Олег и, не поглядев в сторону окна, у которого, сжавшись, стояла Катя, помчался к выходу.