Фантасмагория
Шрифт:
– Ты...
– брат сцепил зубы и уже готов был вцепиться Свете в горло.
– Эдуард, я тебе вызову такси. А ты, Света, иди в свою комнату, - развел я воинствующие лагери.
– Я сам найду себе такси.
Эдуард еще раз испепеляюще взглянул на Свету и пошел к двери. Не дожидаясь его ухода, я вышел в предназначенную мне комнату и, не раздеваясь, упал там на нерасстеленную кровать.
Несмотря на жуткую усталость и головную боль, то ли от похмельного синдрома, то ли от сковороды Светы сон никак
Решив хоть как-то переключиться, я пошел на кухню выпить холодного чаю.
– Не спится?
– спросил появившийся на кухне следом за мной Матвеев.
– Да что-то никак.
– Кто такая Марина? Что ты о ней знаешь?
– спросил он, присев за стол.
– Я сейчас так зол на тебя!
– О! И из-за чего, собственно?
– удивился Матвеев.
– Ты был прав, я - копия. Теперь я это точно знаю.
– А я что говорил!
Матвеев довольно хлопнул в ладоши, но, увидев мою кислую мину, быстро успокоился.
– Ну, все не так плохо, - попытался он успокоить меня.
– Что ты знаешь о копиях?
– Я знаю только о тех, которые проходят по делам об убитых оригиналах.
– А если оригинал жив, как, например, Корнишин?
– Твой оригинал жив?
– Уверен, что да.
– Ты с ним виделся?
Я отрицательно покачал головой.
– Но он точно сейчас в Одессе, и Марина рядом с ним.
– Марина?!
– раздался вопль вбежавшей на кухню Светы.
– Так ты приехал сюда из-за этой сталкерши?!
– Сталкерши?
– от такого поворота у Матвеева загорелись глаза - он нашел новый источник информации.
– Эта Марина преследовала его в Киеве еще на старой квартире. Так значит, между вами что-то было?
– Да не помню я ничего, что было. Однако знаю, что с тобой мы расстались, - мои нервы были напряжены до предела, и не беспокоившая до сегодняшнего дня ревность Светы стала раздражать.
– Я тебя ненавижу!
– вскрикнула Света и в слезах убежала из кухни.
– Разве можно так с любящей тебя женщиной?
– Матвеев осуждающе посмотрел на меня.
– Иди, успокой ее.
– Так будет лучше, быстрее выкинет меня из головы. Ведь я даже не человек.
– Абсолютно верно, ты - бесчувственный чурбан, - Матвеев махнул на меня рукой и вышел из кухни.
Я облокотился о стол и положил голову на руки. В этот момент долгожданный сон унес меня далеко от всех нагрянувших разом проблем. Сон был таким крепким, что, казалось, с того момента, как лейтенант ушел из кухни, и когда он, возвратившись, включил блендер, прошла всего минута. Однако солнце за окном поднялось уже довольно высоко.
– Что, на кровати не спится, а за кухонным столом самое то?
– спросил
Я встряхнул головой, стараясь прогнать остатки сна.
– На вот, выпей антипохмельного коктейля.
– Что в нем?
– А тебе какая разница, все равно вкуса не почувствуешь.
Он был прав, и этот факт сейчас даже порадовал.
– Как там Света?
– Обижена на тебя. Ушла поднимать настроение шопингом.
– Вот и замечательно, - я залпом выпил коктейль.
– Неужели она тебе совершенно не нравится?
– спросил Матвеев.
– Я сейчас не в том настроении, чтобы думать о подружках моего оригинала. И еще. Что мне ей сказать: "Привет, я копия твоего Лаврентия, и я не человек, хочешь по-прежнему со мной встречаться"?
– По анализам ты хомо сапиенс, такой же, как и другие, разве что вкуса еды не различаешь, но этот изъян можно простить.
– Вот спасибо!
– Да на здоровье! Поторапливайся, мне уже несколько раз звонили из полицейского участка относительно вчерашнего инцидента. Ты должен дать показания.
– А нельзя с этим повременить? Мне надо с тобой поговорить.
– По дороге поговорим, - ответил Матвеев и вышел из кухни.
Но по дороге нам не удалось поговорить. Только мы сели в машину, лейтенанту позвонили из местной полиции и сообщили, что по ошибке кремировали тела двух вчерашних убитых нападавших. Я нисколько этому не удивился, вспомнив, как создатель поручил Питу избавиться от теней.
– Отвезу тебя к следователю, расскажешь о вчерашнем, а мне надо решить вопрос с этой оплошностью.
– Это не было оплошностью.
– Что ты об этом знаешь?
– Матвеев припарковался возле полицейского участка, но не спешил выходить из машины.
– Я все тебе расскажу, но, пожалуйста, пока не говори никому о Марине.
– Ты хоть понимаешь, о чем просишь? Я не пойду на должностное преступление!
– Об этом я не посмел бы и заикнуться, просто хочу заключить сделку.
– Слушаю.
Такого сосредоточенного взгляда лейтенанта я давно не видел.
– Ты пока повременишь с оглашением информации о копиях и оригиналах, а я честно расскажу тебе после допроса следователя обо всем, что смог узнать за последнее время. Поверь, это очень выгодная сделка.
– Ну, если обманешь, смотри!
– Матвеев пригрозил кулаком.
– Да знаю я.
Мы вместе вошли в кабинет следователя. Он настроил микрофон для записи голосового файла и преобразования через программу в печатный текст всего, что я расскажу на допросе. Лейтенант изредка дополнял мой рассказ об инциденте, но только до тех пор, пока повествование не дошло до побега с места преступления.
– Кто обработал рану полицейского?
– спросил следователь.
– Там была девушка, - ответил я.