Фанфики
Шрифт:
— Не погуби! Всё что хошь…! Хоть режь, хоть ешь! Не дай сгинуть! Душе христианской! Змеями покусанной! От этой… От ведьмы колченогой…!
Мара мгновенно ощерилась. Пришлось успокаивать, восхищаться её успехами. Тем более что есть чем: Мара пармелии в этом году насушила.
Я как-то не ожидал, что в 12 веке в обращении есть столь сильные антибиотики. Лишайник и лишайник, серенький такой, растёт везде. Я-то думал — какая-то болезнь на деревьях.
А в этой пармелии, помимо всяких смягчающих, дубильных и кровеостанавливающих веществ, имеется ещё и усиновая
Факеншит неругавшись! У каждой русской церкви по десятку гноящихся убогих! Они что, про усиновую кислоту не знают?! Или попы им так мозги заморочили, что в язвах ходить лучше, чем без них?!
В мае Марана собрала немало этого… сырья. Теперь вот высушила и применяет. Я где-то слышал, что во время обеих войн в госпиталях этот сушёный мох смешивали с вазелином и применяли для заживления ран. Вазелина, как и вообще нефтепродуктов — у меня нет. А вот с растительными маслами и смолами — надо попробовать.
По воспоминаниям своего времени я Маране посоветовал воск с дубовым дёгтем. Ну, как она на мои советы шипит и плюётся… Попробовала. В разных пропорциях. Естественно, просто принять совет от меня — она не может. Гордость ведьмы, знаете ли. Проверила с берёзовым дёгтем, с льняным маслом…
Мара ещё показала результаты «доения» пойманных гадюк и отпустила Горшеню с миром и банкой мази на змеином яде.
Дальше две недели он мне ничем заниматься не давал.
Я сам виноват: расхвастался.
Как и положено русскому мастеру, Горшеня начал с того, что обругал все горшки в округе на 40 вёрст. Или на 80? В общем, отсюда и до ближайшего города.
Ругал он их почти литературно и довольно забавно. При этом был прав. Что, в рамках данного вопроса — не оригинально.
Для справки. Гончарное дело на Руси — исключительно женское занятие. Было. Потом пришли рюриковичи, осели вятичи, крестили Русь, появился гончарный круг, и бабы из этого промысла ушли. Не все: на Мологе и в 19 веке гончарное производство — преимущественно женское занятие.
Время появления гончарного круга на Руси — от 900 до 920–930 г. Однако до XI в. он существовал только в крупных городах.
К моему «вляпу» прошло два с половиной века после гончарно-гендерной революции, но оттенок пренебрежительного отношения к «бабьей возне» — сохраняется. Это даже визуально видно: среди гончаров почти нет мужиков «гвардейского вида». Горшеня как раз типичный: мелкий, скособоченный, вздрюченный, вечно с соплями…
— Я - чаръ! Я с отца-деда — чаръ!
«Чаръ» — это гончар. А «чары» — не волшебство, а посуда. «Чародей» — не волшебник, а «посудник». Почему в русском языке изготовление стаканов относится к магии…? Потому что у нас всякий маг — со стакан`oм? И — заклинает…
«Гей, наливайте повнії чари, Щоб через вінця лилося. Щоб наша доля нас не цуралась,Глядя на такого «чародея», нормальный «муж добрый» говорит себе что-то типа:
— А фигли нам платить? Сами с усами. Не боги горшки…
и лепит посуду себе сам. Потом обжигает в своей домашней печи. И получает дерьмо. Что не ново.
Всё, что делает крестьянин — плохо. Просто потому, что он делает всё — он универсал.
Если община специализируется на каком-то промысле, то качество продукта существенно поднимается: «одна голова хорошо, а две лучше» — русская народная мудрость. Мастера общаются, советуются, подсматривают друг у друга. Создаётся и закупается оснастка, накапливаются и совершенствуются знания и навыки.
К гончарам это не относится. Казалось бы — глина и вода есть везде, гончарный круг, хоть и на столетие позже городов, но появляется и в деревнях. Всё есть — делай хорошо… Не получается. Проблема в горне. Это не деревенская, а городская принадлежность.
— А твои бестолочи, боярич, корчаги в печи печь собралися! Корчаги! В домовой печи! Пни берёзовые!
А где? Другого у меня для гончаров нет. Печи для кирпича или для обжига известняка — для гончаров не годятся. Вот мои мужики и мучаются — греют кувшины в домашних русских печках. Но с корчагами… перебор, наверное.
Тут такая тонкость: в современном мне русском языке «корчага» — большой горшок с очень широким устьем, в украинском — сосуд с узким горлом, а в 12 веке — это аналог древнегреческой амфоры: глиняный сосуд с острым или круглым дном, расширяющийся кверху, с двумя вертикальными ручками у узкого горла. Так же, как амфора, предназначалась для хранения и перевозки зерна и жидкости.
Даже объёмы близки: большая корчага — двухведёрная, 24 литра, почти с древнегреческую амфору. В Древнем Риме амфоры ёмкостью в 23.03 литра использовались как мера в один талант. На «Святой Руси» — таланты чуть больше.
— Они — дурни! А ты дозволяешь! А у их в серёдке не пропекётся! Вот те крест — не прожарится! Тёмное на слом видать будет!
Домовая печка не разгоняется до температуры, гарантирующей пропекание глины. Получается слоистая структура, на изломе виден тёмный, плохо пропечённый слой.
Горшеня рассказывает мне всякие гадости про здешние самоделки, про местных мужиков и, постепенно смелея, переходит к доказательству моей собственной глупости.
Про способы самоутверждения «святорусского» мастера я уже проходил — на примере Жиляты. Что, и этого — «об колено ломать»?
— Горшеня, ты мастер?
— Я-то? Ну. Ой-й-ёй…! Да што ж ты так больно…
— Я тебе говорил — «Не нукай»? Ты моих слов не слышишь? Ладно. Горн гончарный построить можешь?
— Да я…! Не буду. Ты меня вон, палкой своей… по самому, по больному…