Фанфики
Шрифт:
Тогда работаем очередной фанфик.
Даже не фанфик, а просто сквозной стереотип всей романтической литературы. «Благородный рыцарь» — называется. С предварительно подготовленным сценарием, реквизитом и персоналом. Сначала, естественно, пролог:
— Господа! Спокойно! Прошу всех оставаться на местах! То, что вы видите… я знаю что вы видите! Но это — залог. В самом скором времени она будет возвращена мужу. И тогда за всякие… вольности придётся отвечать по закону. Может, кто забыл, чего стоят… вольности в отношении боярских жён? Гости дорогие! Прошу
«Пролог про залог» прошёл успешно. Народ переключается на близкое: то, что под носом стоит и в руке плещется, а не у стенки дрожит да трясётся.
Я отхожу к нижнему концу стола. Из моих людей — никого, все в делах — кто на верхнем конце за гостями присматривает, кто — во дворе пасёт. Чего-чего… Коней и слуг пасут.
А кого ж в массовку-то поставить? «Коня! Коня! Полцарства за коня!»… Ерунда! Рыцарь и без коня — рыцарь. А вот без злодеев рыцарь — просто мужик с придурью в голове и в железе по всему телу.
Два молодых купчика из Николаевых партнёров радостно поднимают кружки мне навстречу. Осчастливлены приглашением на боярский банкет, и хотят получить все удовольствия сразу.
— Ну чё, боярич, выпьем?
— С удовольствием, ребята. С вами… за Мономаха… — с превеликим. Но батя пить не велел — годами не вышел. А вот есть у меня просьбишка. Как вам казначейша?
— Дык! Ну! У ей же такие! Во! А мужик у неё — гнида. А вот если б… И так это, ухватить покрепче… подержаться за эти… люли… полюлюкать бы… туда-сюда… и прочего чего… да поглубже… чтоб у ей и глазки закатились…
— Ну, всего-то — нельзя. А вот подержаться…
Излагаю сценарий, предупреждаю об ответственности. Ребята — прелесть сообразительная, рвутся поработать задарма.
Купчики, заглотив «бражки на дорожку», выдвигаются на исходные. Появляется немая служанка Аннушки. Тут ещё проще: взять вон то, что у стенки трусится, вывести по гульбищу вправо. Спуститься с тамошней боковой лестницы. И идти в опочивальню госпожи, не отвлекаясь и не оборачиваясь на возможные шум и крики…
Гульбище, если кто забыл, это круговой балкон на уровне второго этажа в боярских и княжеских теремах. Сюда снизу, со двора, идут лестницы и выходят двери парадных помещений.
Служанка уводит казначейшу, меня чуть отвлекли разговором да поздравлениями. Выскочил на гульбище, а там пусто. Темно уже. Глубокий летний вечер. Добежал до угла терема. Лестница — пустая. Сверху глянул — в этой части двора никого не видать. Дальше отдельное строение, где Аннушкины покои. А где ж? — А нет никого! Во, блин!
Усадьбе три года. Ремонта никогда не было. А уж последний год… Короче: в досках пола гульбища — щели. И там что-то белеет.
«Бела
Спускаюсь под балкон. В темноте… купчики увлеклись. Полное вживание в сценический образ. Образ называется: «злодей-насильник». Завалили девушку на землю, задрали рубашоночку, один за плечи держит, другой между ляжек устраивается. Вот одна из них и посветила мне через щель. Всё-таки, цвет имеет значение: была бы в крапинку — не заметил бы.
— Брысь отсюда.
Ноль внимания, фунт презрения. Нет, тот, который её груди мнёт да крутит и от восторга чуть не блеет, голову поднял: в темноте зубы вижу — улыбается придурок. А «междуляжковый»… целеустремлённый такой попался. Всё пытается в свою цель попасть. Ну я и помог. Левой, пыром.
На мой памяти только Яков после своих мухоморов смог отреагировать на такой удар чисто механически. Здесь индивидуй сразу ко всему мирозданию интерес потерял. Кроме своих «мячиков».
Я уже про импульс рассказывал. Тут чуть иная физика, но импульс передаётся — с тела снесло обоих. А дальше — боевое товарищество. В смысле: небитый битого тянет и приговаривает:
— Потерпи маленько. Может и обойдётся.
«Благородного рыцаря» я отработал — «плохих ребят» прогнал. Сейчас мне будет благодарность. Где она тут? Присел, разглядываю в темноте.
Мычит чего-то, отпихивается, елозит.
Как она мне… ногой в… Уй-ёй…! Или правильнее — «по…»? Куда я сам только что… Ой-ёй-ёй… А нефиг на корточки садиться! О-хо-хо… Это оно и есть? Выражение искренней признательности за проявленные мною благородство и отвагу? О-о-очень запоминающееся выражение… Фух… движением. Может она… у-у-ой блин… в темноте не разглядела? Что я «рыцарь»? Бля-бля… городный.
Пришлось доставать свой огнемёт. Теперь понял, почему она только мычит. Они её упаковали. Её же собственными портянками. Повилы называются — я про такие рассказывал.
Она в них шла да путалась. На лестнице отстала от служанки. А тут ребятки из засады. Одной «повилкой» — стянули локотки за спиной, другую — свернули и в рот забили.
Интересные ребятишки, сообразительные. Почти как советский народ: нам тоже постоянно приходилось находить общеизвестным предметам неочевидные применения. «Социализм — экономика дефицита». И — «школа изобретательства». Дамские портянки для ограничения «свободы слова» их хозяйки… явная инновация. Надо будет к этим купчикам присмотреться.
Погасил зажигалку, ухватил красавицу за… вот именно — за «горные вершины». Показания тамбовских — подтверждаю: очень нежная кожа. И вполне упругая… консистенция.
Она мычит, дёргается, пытается оттолкнуть. Только когда за соски плотно ухвачено и в натяг тянут вверх… не очень-то. Поднял на ноги, прислонил к стенке. У неё лямки «срачницы» с плеч сползли, поправить она не может. В темноте под гульбищем всё это… богатство — гуляет на свежем воздухе. Ничем не прикрытое, никак не стеснённое. Будто серебро светиться. И чего мне с ней делать?