Шрифт:
Когда-то давно, когда я учился в первом классе, родители спросили меня, кем я хочу стать, когда вырасту. И я, ни секунды не раздумывая, ответил - археологом. Меня манили загадки древних царств, чудились горы сокровищ, только и ждущих, чтобы я их нашел. В моем воображении я был первооткрывателем Атлантиды, как Индиана Джонс разыскивал артефакты древности. Но с возрастом пришло понимание, что шанс совершить действительно значимое открытие ничтожно мал. И жизнь археолога полна не приключений и загадок,
После школы, когда стал выбор института, меня тянуло на гуманитарные науки, вроде истории и литературы, но отец сказал мне:
– Сын, мечта - это замечательно, но подумай, сможешь ли ты прокормить себя этим занятием? Когда-нибудь у тебя будет своя семья, и ты как её глава должен будешь заботиться и обеспечивать её. Поэтому послушай наш совет. Вначале приобрети профессию, которая тебя прокормит, а потом, когда станешь финансово независим, можешь воплотить свои мечты в жизнь.
Признавая разумность такой позиции, я поступил в Московский Государственный Строительный Университет, который успешно закончил через 5 лет. Потом работа, рутина и началась жизнь обычного российского инженера. Но в глубине души у меня осталась, та детская мечта.
В институте у меня был друг -Лёха. Если я обладал спокойным и неторопливым нравом, то характер Лёхи можно описать двумя словами - постоянная движуха. На 2-м курсе он начал расклеивать объявления, потом устроился лаборантом у нас в институте. День донора -Лёха первый на сдачу крови, субботник- вперёд к трудовым подвигам. В общем личность очень энергичная. Ну а я, всегда поддерживал его начинания.
Как это бывает, после института мы с Лёхой начали все реже общаться. Даже потеряли телефоны друг друга. Но неожиданно, через пару лет, нашлись в соц. Сетях. И представьте себе, это привидение с моторчиком, устроилось волонтером в археологическую экспедицию в древний шумерский город Ниппур. И тут меня торкнуло, я взял отпуск на работе и тоже записался добровольцем.
Сам от себя не ожидал, но вот: аэропорт, самолёт, перелёт, вездеход, переезд и я на месте раскопок.
Лагерь экспедиции лежал в километре от места раскопок. Стоящие вертикально скалы и сложный рельеф не позволили расположиться ближе. Местность вокруг раскопа была выжжена солнцем и засыпана песком. Сейчас уже ничто не напоминало, что 5 тысяч лет назад здесь были прекрасные сады.
В лагере нам с Лёхой выделили двухместную палатку и, дав немного времени на обустройство, тут же припахали к разгрузке прибывших с нами оборудования и припасов. Уработавшись на жаре, мы поужинали и отправились спать.
Утром, Лёха поднял меня ни свет, ни заря.
– Давай, Мишаня, подъём! Нас ждут великие дела! Все ненайденные сокровища древнего междуречья ждут, пока мы их найдём!
– Блин, Лёха! Зачем в такую рань подрываться? Выспались бы, позавтракали и спокойно пошли бы искать твои сокровища.
– Дубина, пока ты спишь, всё найдут без нас! К тому же с утра не так жарко, а в полдень среди этих скал можно свариться заживо.
Кряхтя, я поднялся и пошёл умываться. Урвав лёгкий завтрак, мы отправились к месту раскопок.
– Доброе утро, господа. Как приятно видеть, что молодое поколение, так рвется в бой! Алексей, представь мне своего друга.
– Доброе утро, Евпатий Афанасьевич. Это мой друг, Михаил. Он тоже волонтёр. Миша - Это Евпатий Афанасиевич Сорокин, глава экспедиции и наш непосредственный начальник. Любит когда его зовут профессором. Академик всех академий, лауреат всех премий и просто замечательный человек! Он уже более 40 лет профессионально занимается археологией, причем именно раскопками, а не бумажками.
Профессор, с трудом сдерживая улыбку, строго его поправил:
– Заполнение бумажек, как ты выразился, тоже очень важная часть нашей работы. И вообще, Алексей, как был ты паяцем, так паяцем и остался. Думаешь, я не понимаю, что ты опять прибежал раньше всех искать свои великие сокровища? Пора уже осознать, что ценность представляют собой не только драгоценности, но и документы, фрески, высеченные изображения. Любая крупица информации, полученная в результате исследований бесценна.
Вдруг он спохватился:
– Кстати, я вижу, вы не забыли захватить инструмент. Очень хорошо, я приметил одно перспективное место. Давайте попробуем там покопаться.
И бодрым шагом отправился вглубь раскопок. Нам не оставалось ничего иного, как последовать за ним. По дороге Лёха мне шепнул:
– Не обращай внимания, проф мировой мужик. Безумно любит своё дело, но и не брезгует общаться с 'молодыми неучами' вроде нас. Если возникнет вопрос по истории, смело иди к нему, он с удовольствием прочтет тебе целую лекцию.
Тем временем мы пришли. Евпатий Афанасиевич огляделся и указал нам на небольшую ложбинку:
– Коллеги, вот это место нужно тщательно обследовать. Надеюсь вам не надо напоминать, что лопаты мы используем только для перемещения отработанного грунта, а в раскопе пользуемся исключительно кистью?
– Обижаете профессор, мы с Мишей только вчера прошли вводные инструктажи. Когда нам успеть забыть?
– Ну раз так, работайте, молодые люди.
Дав нам фронт работ, Сорокин отправился дальше бродить по месту раскопок и намечать перспективные места для шурфов.
– Потрудимся на благо исторической науки, Мишаня? Давай ты с одного конца начинай, а я с другого. В центре встретимся.
И начался долгий кропотливый труд, который привел нас к настоящим сокровищам.... Хотел бы я сказать. Однако результатом целого дня раскопок стала всего одна табличка с изображением непонятного существа, с телом человека и конечностями скорпиона.
Однако профессор, увидев её, страшно обрадовался:
– Молодые люди, это изображение Акрабуамелу. Совершенно определенно. Но какой интересный экземпляр. Очень необычная техника.