Фальшивый папа
Шрифт:
– Стой, мерзавец! – крикнула Гаянэ Вартановна внушительным басом, но он подскочил к ней и уже занес руку для удара, как вдруг каким-то молниеносным движением Гаянэ Вартановна заломила ему руку, и он, взвыв от боли, упал на колени. – Думаешь, голубчик, что с бабами легко справиться? Да? А если баба владеет карате? Ты об этом не подумал?
– Пусти меня, чертова кукла! – завопил Степушка.
– Ну уж нет! Тамара, звони в милицию!
– Да вы что? Я тут живу! Совсем рехнулись! Позвоните Вале
– Э, нет! Сперва милицию вызовем. Если ты тут живешь, почему не открывал дверь, почему прятался? А? Вот пускай милиция разбирается!
Степушка пытался оторвать от себя Гаянэ, но она сделала еще какое-то движение, и он просто растянулся на полу, не подавая признаков жизни.
Вот так пожилая женщина! До чего же я в этот момент пожалела, что наша группа карате распалась, а в новую мы записаться не удосужились. Ничего, осенью наверстаем. Теперь я воочию убедилась, это полезный вид спорта!
– Гаяша, ты его не убила? – осторожно спросила Тамара Аркадьевна, уже вызвав милицию.
– Оклемается, – отозвалась Гаянэ Вартановна, щупая пульс у Степушки.
Когда, наконец, приехала милиция, Степушка уже пришел в себя.
– Ну-ка, ну-ка, где тут ваш задержанный? – спросил капитан милиции, входя в квартиру и цепким взглядом окидывая всю компанию. Внимательно приглядевшись к Степушке, он присвистнул. – Эге-ге! Да, дамочки, вы даете! Этот гражданин, если мне память не изменяет, давно в розыске! Гражданин Чобану, или как вас там?
– Что за бред? – пробормотал Степушка, потирая руку. – Я тут у знакомой ночевал, подзадержался, и вдруг какие-то бабы в квартиру вломились, с ног сшибли и милицию вызвали.
– Гражданин, предъявите ваши документы! – потребовал капитан.
– Вы бы, капитан, у этих баб ненормальных документы спрашивали.
– Спросим, будьте уверены. Только сперва ваши поглядим.
Степушка с трудом поднялся и направился к вешалке, где висел его пиджак. Он вытащил из кармана паспорт и протянул капитану.
– Так, поглядим, поглядим. Люкин, значит, Виталий Павлович. Да, документец подлинный. Гражданин, вы задержаны!
– За что?
– За сходство с оригиналом.
– То есть? – опешил Степушка.
– Очень вы, гражданин Люкин Виталий Павлович, на гражданина Чобану Степана Мирчевича смахиваете.
– Мало ли на кого я смахиваю, это еще не повод для ареста! А конкретно что вы мне предъявить можете?
– Пребывание в чужой квартире в отсутствие хозяев, – невозмутимо ответил капитан.
– Нет уж, я здесь был с разрешения хозяйки, а вот бабье вперлось сюда самовольно, – пролепетал Степушка, сознавая безнадежность своего положения. – Да еще и дерутся, – добавил он, потирая руку.
– Капитан, это и вправду опасный преступник? – поинтересовалась Гаянэ Вартановна.
– Понимаете,
В квартире началась суета. Тамара Аркадьевна и Гаянэ Вартановна давали показания.
– А что это за девочки? – спросил капитан.
– Это мои знакомые девочки, помогали мне окна мыть.
Молодчина, не сказала, что мы за деньги это делали. Незачем милиции все знать. В какой-то момент Мотька вдруг прошептала мне на ухо:
– А про Иришу будем говорить?
– Не надо. Давай сперва расскажем ей, а там уж она сама решит – захочет, пойдет в милицию и даст показания.
– Эй, вы чего там шепчетесь? – спросил сержант.
– Да мы думаем, может, нам уже уйти можно? – спросила я.
– Сейчас капитана спросим, – сжалился над нами сержант.
Он подошел к капитану, что-то шепнул ему, тот поднял глаза, задумчиво взглянул на нас, а потом вдруг говорит:
– Погодите-ка, девушки, вас как зовут, Ася и Матильда?
– Да, – хором подтвердили мы.
– А вы, часом, капитана Шадрина не знаете?
– Николая Николаевича? Как же, знаем! – обрадовалась Мотька, еще прежде, чем я успела наступить ей на ногу. – А почему вы спрашиваете?
– А потому что наслышан о вас, мы с Николаем вместе в школе милиции учились, и вообще… дружим.
Так, дернул же черт за язык Мотьку! Теперь такое начнется… Сейчас он спросит, почему внучка знаменитого певца ходит по квартирам окна мыть, Тамара Аркадьевна сразу нас в чем-нибудь заподозрит, словом, иди потом объясняй, что ты не верблюд… Кажется, Мотька тоже уже сообразила, что сболтнула лишнего, и решила пойти ва-банк: она как сидела на стуле, так вдруг с этого стула грохнулась на пол.
Гаянэ Вартановна кинулась к ней, капитан не на шутку перепугался, сержант поднял Мотьку и положил на диван; я начала усиленно хлопотать вокруг подружки, искоса поглядывая на капитана. Вскоре Мотька «пришла в себя» и слабым голосом проговорила:
– Душно, мне душно…
– Можно мне с ней на воздух выйти?
– А она сможет встать?
Опираясь на мою руку, Мотька поднялась, жадно хватая ртом воздух. Картина была душераздирающая. Гаянэ Вартановна пощупала пульс у Мотьки, оттянула у нее нижние веки и сказала:
– Скорее на воздух! Выйди с ней во двор! Капитан, девочки вам больше не нужны?
– Да нет, пусть идут, – великодушно отпустил нас капитан.
Гаянэ Вартановна пошла провожать нас до лифта.
– Вот что, Матильда, нельзя тебе с такими обмороками окна мыть. Не ровен час, вывалишься. И ко мне не приходите, ни в коем случае! Поищите себе лучше другой заработок, поближе к земле.