Фальшивые зеркала
Шрифт:
– Что пьёшь-то, Леонид?
– Да всё, что горит. – Я решил держаться до конца.
– Уже хорошо. Пошли на кухню пока.
Длиннющим и широким коридором, с картинами на одной стене и окнами в другой, выходящей на площадь у метро, мы побрели на кухню. Чингиз шёл впереди, под мокрой от пота тканью костюма гуляли мускулы. Могуч. И беззаботен, по сравнению с царящей внизу паранойей. Вот достал бы я сейчас нож и всадил ему между лопаток.
Впрочем, будь я киллером, всё равно бы так не поступил. Убьёшь хозяина, а в
Шоколадная скульптура на кухне и впрямь стояла, почти метровой высоты. Только без колпака. Мальчик-негритёнок с веткой какао в руке. У мальчика было отломано одно ухо – видимо, кто-то очень проголодался.
Зато сама кухня как-то успокаивала… было в ней некое подобие привычного. Словно взяли обычную кухню, растянули по всем измерениям раза в два и успокоились. Ну ещё заполнили пространства уютной мебелью из лакированного дерева, техникой, пакетами с едой…
А ведь очень по-холостяцки тут всё. Один он живёт, похоже.
– Коньяк для знакомства… не пойдёт… – размышлял вслух Чингиз.
– Водочку… напьёмся.
Он пристально посмотрел на меня, кивнул, будто удовлетворённый чем-то.
– Точно напьёмся… Пиво не хочу, хотя… Ты пиво хочешь?
Я разглядывал кухню, пытаясь обнаружить на барной стойке в уголке пивные краны. И обнаружил. «Гиннес», «Килкенни» и ещё две какие-то марки…
– Если альтернативой будет вино или виски – то лучше пиво, – каким-то незнакомым голосом сказал я. Вспомнилась старая кинокомедия про мальчика, что в один миг стал взрослым, разбогател и поставил посреди квартиры автомат по продаже кока-колы, работающий от пинка…
– Решено, – согласился Чингиз. Подошёл к холодильнику – таких же чудовищных размеров, как и всё остальное тут. Открыл, порылся среди пакетов в блестящих обёртках. Вынул несколько пластиковых подносиков с крошечными кусочками сыра разных сортов. – А есть-то хочешь?
– Пока нет.
– И правильно. Открывай, не стой. Вон, на столе нож валяется.
Пока я возился с сыром, Чингиз достал две здоровенные хрустальные кружки, вопросительно глянул:
– Что будешь пить?
– Чешское есть? – спросил я, втайне надеясь поставить его в тупик.
– Только «Пилзнер Урквел».
– Пойдёт, – тоном человека, использующего лучшее в мире светлое пиво для мытья ног, согласился я.
С кружками пива в руках мы уселись в кожаные кресла, стоявшие перед барной стойкой.
– Прозит, – сказал я.
– Прозит, – согласился Чингиз.
Пиво было превосходным.
– А ты ничего, – вдруг заявил хозяин. Протянул руку, хлопнул меня по плечу. – Тебя это всё не слишком угнетает?
Я ещё раз обвёл взглядом кухоньку, обнаружил ещё одну милую деталь – лестницу вверх, на второй этаж, спросил:
– Там
– Столовая. Со стеклянной крышей.
Чтобы иметь стеклянную крышу в Москве, надо вначале обзавестись железобетонной. Я покачал головой:
– Даже боюсь предположить, сколько стоит твоя хата. Её содержать, наверное, может лишь миллионер.
– К сожалению, – без малейшего позёрства согласился Чингиз. – Значит, нормально?
– Шокирует… но – терпимо.
– Это хорошо. Когда люди начинают впадать в ступор, меня это смущает. А я очень, очень не люблю смущаться, Леонид… Так как дела у Маньяка?
– Жив и здоров. Во всяком случае – в глубине.
– А где он сейчас обитает телесно?
– Сан-Франциско.
Чингиз кивнул. Проверял он меня незатейливо и не скрываясь.
– Как ты думаешь, он бы какое пиво предпочёл?
– «Гиннес».
– Сколько человек собралось на барже в первый раз?
– Не знаю.
Чингиз удивлённо приподнял брови.
– Я там не был. Вообще не знаю, о чём речь идёт. Маньяк велел напомнить о барже, если ты не вспомнишь его имени.
– Раньше его звали Тьма, – буркнул Чингиз. – Ладно. Какая помощь тебе нужна?
Всё, церемонии кончились?
– Мне нужны боевые и защитные программы от «Virtual guns». Самые новые.
Чингиз пожевал губами, глотнул пива. Вид у него был такой, словно он с большей охотой подарил бы мне «мерседес», чем диск с программами.
– Чем ты живёшь?
– Подсобной работой в глубине.
– Ты там не просто работаешь… ты там живёшь. Но зачем тебе оружие от «вигов»?
– Обязательно отвечать?
– Да. – Чингиз отставил пустую кружку. – Ответишь – будут тебе игрушки…
– Тогда отвечу. Я и сам пока не знаю.
– Ну ты и жук, – с удовлетворением сказал Чингиз. – Ещё вопрос… перепродавать будешь?
– Нет. Исключительно для личного пользования.
Чингиз молча полез в карман куртки. Я бы не удивился, достань он диск с программами. Но в руках Чингиза появился крошечный, с зажигалку размером, мобильник.
– Не думай, что я от жира с ума схожу, – косо глянув на меня, сказал Чингиз. – Действительно удобно…
Ну… у богатых свои причуды… Странно, конечно, звонить из дома по сотовому телефону…
– Пат? – буркнул в «трубку» Чингиз. – Отлипни от машины. Возьми мой подарок, сделай копию… Да. Именно. И спускайся в кухню.
Странно, конечно, звонить из одной комнаты в другую по телефону…
– У меня ощущение, что я в глубине… – сказал я.
– Признак дип-психоза, – коротко ответил Чингиз. Спрятал сотовый.
– Возьмёшь программы и уйдёшь?
– Если выпустят, – усмехнулся я.
– Выпустят. Но я бы предпочёл с тобой поговорить. Ты меня заинтриговал.
– Это взаимно. – Я поднялся, наполнил кружку пивом. – Тем более у меня к тебе есть несколько вопросов.