Фальшивомонетчики
Шрифт:
— Хорошо, хорошо, мама, — успокоила её Карина. — После банка вы отвезете туда маму, Гарри, а я подъеду немного позже, хорошо?
— Ну и славно, доченька, славно, моя хорошая, — и с этими словами она в сопровождении Дона и Олмэна вышла к машине Чезаре.
Теперь Джина знала, где находятся её надзираемые. Но она продолжала сидеть в машине и размышлять. Такси стояло так, что из окон его хорошо была видна аллея, ведущая к вилле. Снова что-то необъяснимое удерживало Джину на месте. И это оправдалось. Из двора виллы вскоре выехала знакомая ей «феррари», но кто был в машине девушка не
Джина, приказав шоферу своего такси ждать, ринулась тоже в здание банка. Изменив как можно в таких условиях свой внешний вид она вошла почти вслед за своими надзираемыми в хранилище.
Она подошла к своему сейфу под номером 19 и оттуда наблюдала за действиями синьоры Августины, которая открыла свой сейф под номером 97. Она видела, как женщина извлекла оттуда какой-то увесистый пакет и вручила его Дону, как перебрала в коробке свои ювелирные украшения, как со вздохом вновь их оставила в сейфе и как захлопнула она дверцу его, повернув два раза ключ в замке.
«Значит, пакет, вся тайна в том пакете, — мысленно отметила Джина, повернувшись после этого спиной к троим, за которыми она следила. — Что же делать, что же делать? — мысленно заработал её ум, ища решения».
Дождавшись, когда её надзираемые покинули хранилище, она закрыла сейф и тоже вышла в операционный зал банка.
Всё это время Дон думал как ему быть после посещения банка, если благополучно получит пакет. Отвезти синьору Августину в её пиццерию или на виллу. И вот теперь, держа бесценный пакет-наследство Карины в руках, он решил проехать мимо пиццерии Августины, посмотреть на царящую там обстановку, а затем и принять решение. Слежку за собой, как это было не удивительно для его опытного глаза, он не отметил и попросил Чезаре ехать по Виа Де Амиро в сторону пиццерии.
— О, Святая Мадонна, неужели я еду домой, синьор? — с благодарностью в голосе спрашивала Дона синьора Августина.
— Разумеется, синьора, ведь я обещал Карине и вам… — отвечал он, устраивая драгоценный пакет за пояс одежды.
Олмэн при всем этом был молчаливым свидетелем и только улыбался, покуривая свою неизменную трубку, набитую душистым табаком. И тут он после того как несколько раз посмотрел в заднее стекло машины сказал:
— Не кажется ли вам, Гарри, что нас пасет вот это такси серого цвета марки «фиат».
— Да, синьор, эту машину я вскоре увидел в зеркале, как только мы выехали из виллы, — подтвердил Чезаре.
— Этого еще нам не хватало, — оглянулся назад и Дон.
Некоторое время они поглядывали на следующее за ними такси «фиат», а затем Дон сказал:
— А ну-ка остановитесь, синьор Чезаре, посмотрим куда она поедет.
«Феррари» остановилась и все трое видели, как преследующий их «фиат» проследовал дальше. В пассажирке, сидящей на заднем сидении, Дон узнал девушку, которая вчера у банка
— Ясно. Я её еще вчера засек у банка, — промолвил он.
— А я, если не ошибаюсь, видел её сегодня в хранилище банка, когда синьора открывала свой сейф, — выпустил дым Олмэн.
«Фиат», проехав мимо их машины, свернул в боковую улицу.
— Интересно, появится ли он снова, когда мы поедем? — проговорил Дон.
— Увидим, Гарри, — пыхнул табачным дымком Олмэн. Он сидел рядом с Доном на заднем сидении. Синьора Августина впереди с Чезаре.
Они поехали на хорошей скорости дальше и как только проехали ту улицу, в которую свернул «фиат», увидели, что оттуда выехал и он, устремляясь за ними.
— Синьор Чезаре, сверните, пожалуйста в ближайшую боковую улицу и попробуйте отвязаться от этого назойливого такси.
— Это проще простого, синьор Гарри, сейчас, мы его обставим, — с чувством своего превосходства над преследователем засмеялся шофер.
«Феррари» едва успел свернуть в боковую улицу, как тут же свернул в какой-какой-тотесный двор, проехал по нем, свернул влево, затем вправо и вскоре выехал на совершенно другую улицу идущую под углом к Виа де Амиро. Промчался по ней, снова свернул на проспект и уже выехал почти что у пиццерии синьоры Августины.
— О, синьоры, да ведь это же моя пиццерия. Святая Мадонна! — радостно воскликнула женщина, глядя в окно.
— Въезжаем во двор, синьор Чезаре, — скомандовал Дон.
Когда поворачивали, то глядевший назад Олмэн, отметил:
— «Фиата» не видно, Гарри.
Они въехали во двор и были несколько удивлены, что там стояли две полицейские машины, а у входа со двора в пиццерию прогуливался один из карабинеров.
— О, Ренато! Ренато! Как я рада тебя видеть, мой дорогой крестничек Ренато! Что здесь произошло? — затараторила синьора Августина, бросаясь к карабинеру, который был тоже рад видеть невредимую свою крестную маму. Они обнялись и Дон его спросил:
— Синьор полицейский, мы друзья синьоры Августины. И можем ли быть спокойны за ее безопасность?
— Ренато, Ренато, они друзья моей доченьки Карины и ты ответь им правдиво и честно, Ренато.
— Синьор, не извольте беспокоиться. Пиццерия моей крестной теперь под надежной охраной. Сейчас участковый инспектор ведет опрос свидетелей, составляется протокол о происшедшем здесь. Несколько человек, затеявших здесь свою гангстерскую или мафиозную разборку арестованы и отправлены в полицию. Ну, что еще вам я могу сказать, синьоры… — пожал плечами бравый Ренато.
— В таком случае, синьора Августина мы можем уезжать, не так ли?
— О, да, да, синьор, и, пожалуйста, скажите, чтобы сюда поскорее приехала моя дочечка. Да хранит вас, Всевышний, синьоры, — перекрестила синьора Августина Дона и Олмэна.
— Мы ваши должники, синьора, — поцеловал руку женщине Дон.
— А я ваша, синьор, — со слезой в голосе промолвила она.
Дон сел в машину и они выехали со двора пиццерии, а синьора с явным нетерпением вошла в свою любимую пиццерию, оставив своего крестника на посту.