Фактор страха
Шрифт:
— Фу, как неинтеллигентно, — возмутилась Алевтина-Анжелика, — могли бы и поаккуратнее. Что вы здесь ищете? Может, твои вещички? — обратилась она к Дронго.
— Какие вещички? — спросил он.
— Всеволод Борисович, — крикнул Савин, — можно вас на минутку?
Они прошли в комнату. На столе стоял компьютер, подключенный к телефонному аппарату. Рядом находился еще какой-то аппарат.
— Ничего не трогайте, — предупредил Дронго, сделав им знак выйти из комнаты, и сам тоже вышел.
— Что это такое? —
— Компьютер, — удивилась Жучкова, — обманул девушку и еще вопросы задает. Кто это такие?
— Хорошие люди, — успокоил ее Дронго, — не волнуйся. Скажи, кто установил у тебя компьютер?
— Слушай, чего тебе надо? — разозлилась она. — В тот раз пришел, чтобы о смерти моего друга сообщить. Теперь — чтобы напугать до смерти. Я думала, это твои вещички. Думала, совесть у тебя есть. Но ты хочешь и второго моего друга убрать? А еще такой представительный мужчина.
— Про совесть поговорим в следующий раз, — сказал Дронго, — рассказывай про компьютер. Как он здесь оказался. Кто подключил его к твоему телефону?
— Это не мой телефон, — возмутилась она, — мой на кухне и нормально работает. Это чужой телефон.
— Так, — вздохнул Дронго, — все ясно. Идем на кухню, сядем и во всем спокойно разберемся.
— А я и так спокойна, — сказала хозяйка. — Это ты психуешь, весь дергаешься.
Она прошла на кухню, села на небольшой диванчик у стола.
— Давай по порядку. Кто установил компьютер?
— Откуда мне знать? Хороший человек установил, сказал, что друг. Я думала, это ты.
— Ты, Жучкова, дурака не валяй, — посоветовал Савин, — откуда у тебя компьютер?
— Столько мужиков на одну бабу навалились. Я же объясняю. После смерти Артемьева, как раз на седьмой день, мне позвонил один человек. Сказал, что его друг и что хочет со мной встретиться. Ну я и поехала на свидание.
— Вы его видели? — быстро спросил Романенко.
— Фигушки, — скривилась Жучкова, — он меня обманул. Целых четыре часа прождала его в ресторане, а он не пришел. Столик правда заказал и все оплатил. А потом мне письмо от него прямо в ресторан принесли. Написал, что приехать не может, и сообщил, что у меня дома компьютер поставили и телефон. Я, честно говоря, испугалась, думала, вор какой, в ресторан позвал, а сам, пока я там сидела, мою квартиру обчистил. Приехала, смотрю, все в порядке. Только в комнате компьютер стоит и подключенный к нему телефон. И еще этот черный ящичек.
Она вздохнула, оглядела насторожившихся мужчин.
— Думала, разыграли меня, потом на столе еще одну записку нашла. Там он написал, что они с Артемьевым были друзьями, что ему нужна моя помощь, и просил ничего не трогать. Объяснил, что нужно делать. Когда телефон звонит, кнопки на компьютере не нажимать. Раза два он звонил, попросил написать что-то на компьютере. Я написала. Вот и все.
— И
— Ишь какой ушлый, — покачала она головой, — где ты был, когда я бедовала? Конечно, оставил. Немного. На пропитание.
— Сколько же он тебе на пропитание отстегнул? Только честно, я все равно узнаю.
— Ну, тысячу. — Она помолчала, потом с вызовом добавила: — Две. — Видя, что он не верит, перешла на крик: — Три тысячи оставил бедной женщине на месяц! Успокойся.
— Чтобы ты кнопки не нажимала? — пошутил Дронго.
— Да, — подтвердила она, — а ты не смейся. Он звонит иногда, говорит, что я молодец. Что помогаю ему. У него голос глухой, как у тебя.
— Модулятор голоса, — заметил Дронго, — он изменял голос, чтобы она его не могла опознать. Вы можете найти сейчас Лукина, пусть приедет и разберется с этим компьютером!
— Сейчас позвоню, — кивнул Романенко.
— Только по своему телефону, — попросил Дронго.
Пока Романенко связывался с Лукиным, сам он позвонил Зиновию Михайловичу.
— Сейчас его компьютер подключен к телефону, — тихо сказал Дронго, — проверьте этот номер.
— Я перезвоню ему, чтобы проверить, — сообщил Зиновий Михайлович, — только трубки не поднимайте.
— Договорились, — Дронго убрал свой аппарат и подошел к Романенко, уже закончившему разговор.
— Потрясающая система, — произнес Дронго, — он нашел своеобразный передаточный пункт, находясь на связи с нужными ему людьми и в то же время оставаясь абсолютно неуязвимым. Он начинает мне нравиться. Но чем дальше, тем больше я убеждаюсь в том, что это именно тот человек, о котором я думаю.
— Вы не можете назвать его имя? — спросил Романенко.
— Немного погодя назову, — ответил Дронго, — надо все проверить.
— Неужели вы думаете, что это Артемьев?
— Конечно, нет, — улыбнулся Дронго. — Гарибян присутствовал при его вскрытии. Он прав, отпечатки пальцев подделать невозможно. Но можно придумать другой трюк.
— Ему позвонил сюда Вадим и сообщил, что убийцы поехали убирать Матвея Очеретина, — сказал Романенко, — а этот неизвестный перезвонил Галкину по номеру, подключенному к компьютеру, и предупредил его об этом. После чего Галкин позвонил Шпицыну. Я правильно понял?
— Конечно, правильно. Но Шпицына все равно нужно задержать. Хотя бы на сутки. Вывести его из игры, изолировать Чиряева от его помощников. Одного он уже потерял, остался еще один.
— Я, в общем, понял ваш план, — кивнул Романенко, и в этот момент зазвонил телефон. Савин хотел снять трубку, но Дронго остановил его. — Не нужно, это проверяют телефон по моей просьбе.
Савин посмотрел на Романенко и, ничего не сказав, вернулся на кухню.
— Думаете, мы его найдем? — спросил Всеволод Борисович.