Фактор соблазна

Орлан Нари

— А я пошутила. Конечно, скучала, мой господин Инспектор.

Никакой реакции.

— Переживала, что ты можешь не вернуться.

“Пустые слова”, — явно думает он, но зачем тогда спрашивать?

— Зови меня Август, ладно? — он выпустил меня из объятий, нахмурившись. — Иди в дом и включай обогреватель. Я скоро приду.

Ко входной двери, выкрашенной в белый цвет, я шла постоянно оборачиваясь. Август испытующе следил за мной, пока я не скрылась в доме.

Зябко. Первое, что я увидела, включив свет, было облачко пара, вырвавшееся изо рта. А второе — масляный

радиатор у старого дивана. И я б сразу помчалась включать обогреватель, если бы под ногами не увидела огромный ковер. Казалось, ему не было ни конца ни края. Хоть шерсть местами давно вылиняла и притопталась, не хотелось его пачкать. Выглядел он вполне чистым.

Разувшись, я на носочках поскакала к источнику тепла и всунула штепсель в розетку. Присела рядом на корточки, протянула руки к радиатору и принялась ждать, когда воздух начнет прогреваться.

Даже боюсь представить, кого мог засунуть в багажник Август. Хотя выбор небольшой. Вопрос, который меня интересует не меньше, так это зачем было кого-то туда засовывать? Но мой господин Инспектор слишком вредный, чтобы отвечать на вопросы тогда, когда хочу этого я, а не он.

Через какое-то время скрипнула дверь, но я даже не обернулась, продолжая поклоняться обогревателю. Уже когда Август зашуршал чем-то на диване, я повернула голову в его сторону. Он выложил из пакета пару теплых пледов и куртку. Цвета хаки. Я подпрыгнула.

— Нравится такая?

— Конечно!

Сняв с себя ветровку, я вырвала куртку из его рук и быстренько влезла в нее. Пара секунд — и тепло. Я блаженно улыбнулась.

— Спасибо... Август. Но тебя ведь не так зовут! Дьюс, или типа того…

— Дьюс — это имя, данное мне Апексориумом, как и тебя нарекли когда-то Огнемирой. Я считаю, в этих именах нет ничего личного, лишь один пафос.

Мой рот раскрылся от удивления. Потому что, во-первых, нам запрещено произносить название организации за ее стенами, а во-вторых — Августу, похоже, не пришлось по душе ему врученное имя. Мне нравилось мое — Огнемира, — пока я жила в Апексориуме. Но сейчас, возненавидев организацию, я перестала любить и имя тоже.

— Ты не голодна?

— За меня не беспокойся. Что с тем человеком, который лежит в багажнике? Мне кажется, не стоит так плохо с ним обращаться.

— Ничего с ним не случиться.

Август оставил меня у дивана, а сам направился на кухню, держа в руке объемистый пакет. Я поспешила его догнать.

— Это ты уже так быстро выполнил свое следующее задание?

— Нет, — ответил он и продолжил забивать продуктами холодильник.

— А где мой сюрприз?

— Ты в нем стоишь.

Конечно, я благодарна за куртку, она теплая и симпатичная. Но ожидала я что-то другое.

Ковер не застилал кухонный пол, и мои ножки быстро замерзли. Пришлось возвратиться на диван. Я ближе пододвинула к нему радиатор, удобно уселась и укрыла ноги пледом. Август вернулся через несколько минут и протянул мне пол-литровую упаковку гранатового сока.

— Спасибо, — загребла я обеими руками напиток. — Слышишь, ты не Август. Ты — Январь. Мороз минус тридцать.

Он улыбнулся в ответ и достал смартфон из кармана.

—

Вот сюрприз. Только я неуверен, насколько он будет тебе приятен, — с этими словами Август разблокировал его одним касанием к экрану. А затем нажал на кнопку воспроизведения записи.

— А теперь повтори все, что ты говорил до этого.

— Ты меня сдашь ментам?

Первый голос принадлежал Августу, а второй — мужу Веры. И он не спрашивал, он умолял.

— Просто я сделаю с тобой все то, что обещал, если не повторишь признание на диктофон.

— Нет, пожалуйста, не надо. Я скажу, скажу.

По звукам было слышно, как Олег сначала прокашлялся, сплюнул, а затем продолжил говорить:

— Я предложил Вере съездить в субботу на озеро, чтобы загладить свою вину. Естественно, предложенный мной пикник с шашлыками в несколько тысяч раз проигрывал Египту, и она немного возмущалась. Но согласилась. Я привез ее на то место, которое мне сообщили ранее. Сказал жене, что пойду в лес отлить и оставил машину с ней на трассе. А потом, когда вернулся, в машине вместо Веры лежала сумка с обещанными деньгами… Я... я честно не знаю, кто они такие. Говорили со мной только по телефону…

Август остановил воспроизведение.

— А теперь догадайся, кто лежит в багажнике?

Вместо ответа, я раскрыла рот. Но злость быстро поборола удивление, и секундой позже я со всей силы сжимала упаковку сока.

Убить его мало! Сукин сын, мразь — и прочие матерные синонимы сидели буквально на кончике языка, готовые в любой миг сорваться и выплеснуться в длинную тираду. Меня буквально трясло от злости.

— Вчера, когда я уже ехал по городу в сторону базы, увидел, что Олег вылез со своими друзьями из бара. Я задержался немного и упаковал его в багажник. После вчерашнего опроса потенциальных свидетелей, я уже не сомневался, что он виновен. Никто, заметь, не видел, чтобы какая-либо другая машина парковалась в субботу под домом или Вера сама куда-то выходила. С учетом того, что твоя сестра не любит сидеть дома, даже если у нее плохое настроение.

— Есть такое, — пробормотала я, вспоминая, как она меня постоянно тащила куда-то гулять. Особенно когда я была не в духе. Свежий воздух и хандра — несовместимые вещи, заявляла сестра.

— Скорее всего, Олег каким-то образом уговорил Веру поехать на заднем сидении. Боковые окна у машины ведь тонированные, вот ее никто и не видел.

Август выхватил из моих сцепленных рук помятую упаковку сока, открыл ее и вернул. Я с жадностью присосалась к горлышку и опустошила почти половину упаковки за несколько глотков.

— Вчерашним вечером я его допросил и оставил ночевать в джипе. А сам забрал свою ауди из ремонта, в колесо которой ты вогнала нож, и поехал на базу.

Я как раз собиралась попросить крышечку от упаковки обратно, как Август забрал у меня сок и быстро допил его.

— Ты… — начала говорить я, но запнулась. Жутко страшно будет услышать ответ на вопрос: «Ты передал мое дело другому Инспектору?» Да, лучше спросить его об этом позже. Сейчас важно иное. И для поддержания разговора я поставила вопрос иначе: — Ты нашел ключи от машины?