Фактор мести
Шрифт:
Я недоуменно вздернула бровь и отвела взгляд. Приготовилась терпеть боль. Вскоре ощутила, как постепенно выходил из пореза осколок, сморщилась, прикусила губу, сдерживая случайный крик.
«Терпи, Кристина, молча терпи!» – велела себе.
– Сейчас все пройдет, – уверил Кевин. – Твоя колымага на ходу?
Он попытался отвлечь меня.
– Не знаю. Вряд ли. – Я замотала головой и сразу пожалела об этом – виски пронзила тупая боль.
– Как далеко ты живешь, невезучая моя? – голос прозвучал жестко, но от этого
– Отсюда полмили. Я позвоню другу, он меня заберет.
– Как знаешь.
Закончив перевязывать предплечье, Кевин отошел на пару шагов и замер, скрестив руки на груди. Он выглядел напряженным, словно натянутая струна. Казалось, тронешь, и она лопнет.
Вынув из кармана куртки телефон, осторожно слезла с капота и набрала номер Дуайта. Но голос сотового оператора сообщил о недосягаемости абонента.
– Что, некому помочь? – Кевин ухмыльнулся.
– Отключил телефон, – раздосадовано произнесла я.
– Придется отвести тебя домой, – с неохотой отозвался он, вздохнул и тихо добавил: – Черт.
– Я не напрашиваюсь. Дойду сама. А ты лучше займись своей машиной. Кстати, где она вообще? – я огляделась.
– Где-то там. – Кевин махнул рукой в неопределенном направлении.
– Наверное, в кювет слетела, – предположила я. – Ты же так несся, что даже не заметил меня.
Неожиданно для самой себя я перешла в наступление.
– Заметил, но было уже поздно. – Равнодушно пожал плечами Кевин. – Тебе повезло, что удар был скользящим. Иначе твои травмы оказались бы посерьезнее.
– Да если бы ты не попался на моем пути, – завелась с пол оборота, – я была бы уже дома. Знаю, что виновата, но ты не меньше. Какого черта летел на такой скорости?!
– Спешил, вообще-то, – уголки его губ легкомысленно приподнялись.
– И улыбается еще, – возмутилась я и поняла, что зря вспылила. – Извини. Мы оба виноваты. Давай вызовем полицию.
– Никакой полиции! У меня, вообще-то, еще дела есть. Без того потерял слишком много времени. Значит, так! Я провожу тебя домой и, возможно, еще успею закончить дела. А с полицией все сам улажу. Пойдем.
Он ухватил меня за руку и потащил на трассу. Я не сопротивлялась. Но уже на дороге вырвала ладонь. Мы пошли по обочине в сторону города, держась на некотором расстоянии друг от друга. Вскоре взгляд выхватил из темноты белое пятно покореженного металла. Это что, его машина? Поразительно, от удара мой «Форд» всего лишь развернуло, скинув с проезжей части. А автомобиль Кевина, кажется, здорово крутило, судя по разбросанным осколкам фар и сбитым столбикам вдоль обочины. Машина находилась довольно далеко от места столкновения, лежала на боку.
– Это чудо, что ты не пострадал, – удивилась я, – чего не скажешь о твоей машине.
На нем, в самом деле, нет ни синяков, ни ссадин и, кажется, дорогое пальто даже не помялось.
– Действительно чудо, –
– Куда же ты так гнал?
– Сказал же: по делам.
– А из-за меня все накрылось, да? – я виновато поджала губы.
– Ничего страшного, это поправимо. Ведь главное, что с нами все в порядке, так?
– Ты прав. И все же, жаль твою машину, – я совестливо потупила взгляд.
– Не переживай. «Порш» не первый под списание.
– Интересно. Сколько же машин ты разбил?
– Много, – усмехнулся Кевин, сунув руки в карманы пальто.
– И все такие дорогие? – не отставала я.
– До этого была «Ламборджини галлардо».
– Ты разбил авто за миллион баксов? – я удивленно выпучила глаза.
Кевин кивнул и засмеялся.
– Любишь бить дорогие тачки? – хмыкнула я, и заметила, что напряжение спало, осталось только легкое волнение.
– Вовсе нет, но так получается. Люблю быструю езду. Могут ведь быть у человека маленькие слабости?
– А как же. У каждого они есть.
– Интересно, какие слабости у тебя? Наверное, как и большинство женщин, любишь шопинг? – улыбнулся он и остановился у меня на пути.
В течение нескольких мгновений Кевин пытливо изучал мое лицо. Я завороженно смотрела на него и не могла определиться с ответом. Мысли пришли в полнейший беспорядок. Взгляд замер на четко очерченном рте. Если бы только его губы коснулись моих… Я потрясла головой, прогоняя навязчивую мысль. Он слегка улыбнулся, будто догадался, о чем я думаю. Что это со мной?
– Ненавижу ходить по магазинам, – после паузы созналась я.
– Правда?
Я кивнула.
– Ну окей. На какой улице ты живешь?
– Мэйн-стрит.
Немного погодя мы свернули с дороги и оказались на широкой тропинке, ведущей на Мэйн-стрит. Несколько ярдов пути, наполненных тревожным молчанием, и перед нами предстал окруженный деревьями двухэтажный белый дом с высоким крыльцом и уютной верандой. Справа от него стояли качели, а перед окнами росли вечнозеленые кустарники. Рядом, как стяг, взмывало к небу громадное старое дерево с голыми ветвями. Я даже не знала его названия. В детстве с братом мы любили лазать по толстым засохшим веткам, чтобы с высоты птичьего полета увидеть, как раскаленное желто-красное солнце плавно скрывается за горизонтом.
– Здесь живешь ты? – удивился Кевин.
– Да. Это дом дяди, – пояснила я. – Я переехала сюда после его смерти.
– Соболезную потере, – Кевин поджал губы и, кажется, сглотнул.
– Спасибо, – с грустью поблагодарила я. – А ты знал дядю? Мне показалось, тебя удивило, что здесь живу я.
– Не знал, – возразил Кевин, приглаживая назад волосы. – Просто меня всегда привлекал этот дом.
– То есть, ты здесь уже бывал?
– Да. Подыскивал жилье.
– Нашел?
– Кое-что, – загадочно произнес он.