Факелы ада
Шрифт:
– Ты думаешь, у тебя получится?
– А как же, – Милинович для пробы взмахнул руками и скривился. – Маг я или шавка подзаборная? Да и тебя, бесхвостый, не пальцем сделали. Так что иди сюда, будешь помогать.
Глава 14
Двадцать девятого августа две тысячи второго года в Нижнем Новгороде властвовала непогода.
Сизые тучи ползли так низко, что с земли не было видно расположенной на площади Лядова телевышки. Дождь то начинался, то прекращался, то припускал с удвоенной силой, ветер носил по улицам сорванные с ветвей желтые листья,
И поэтому никто из умеющих летать обитателей древнего города, расположенного при слиянии Оки и Волги, не думал о том, чтобы подняться в воздух. Элохим держали крылья сложенными, альвы оставались на земле, верог предпочитали передвигаться либо пешком, либо в автомобилях.
Меж тем, рискни кто-нибудь из «белых», «красных» или «голубых», взлети он около двух часов дня в небо и остановись на той высоте, откуда виден весь Нижний, такого смельчака ждало бы необычное зрелище…
Первым вспыхнул тот источник, что находился в Подновье и принадлежал одному из кланов дейвона. Загорелся, точно фонтан подожженной нефти, и столб огня поднялся в небеса. За ним последовали колодцы в Верхних Печерах, на улице Родионова, в Кузнечихе, на Советской площади.
Загорались энергетические центры, которыми пользуются маги города, словно лампочки в огромной гирлянде, и сияние их пробивалось через Пелену, сквозь все наброшенные на них маскирующие заклятия. Волна свечения катилась с северо-востока на юго-запад, через Советский и Нижегородский районы дальше в Приокский, Канавинский, Ленинский…
До висевшего в небесах наблюдателя долетели бы изумленные, раздраженные и испуганные возгласы. Многие случайные прохожие остановились, вытаращившись на необычное зрелище, засуетились маги, оставленные присматривать за источниками, кое-кто из водителей упустил руль, и к восклицаниям добавился звон, грохот и завывание сигнализации.
Несколько мгновений светились все до единого источники Нижнего Новгорода, «адские факелы» полыхали от завода «Красное Сормово» до Гнилиц, от Щелоковского хутора до Дубравной, а затем в той же последовательности они начали гаснуть: Подновье, Печеры, Родионова, Советская площадь, Ванеева, Бекетова, Сенная…
Для тех, кто не умеет видеть через Пелену, город становился обычным.
Для тех, кто умеет, – тоже.
Над энергоанализатором неспешно крутилась большая и очень сложная схема: двенадцать опорных точек, из них шесть горели более ярким огнем, и все были соединены между собой полыхающими голубыми нитями, плюс обрывки немного более тонких нитей торчали во все стороны и шевелились, подобно волосам утопленника, и вокруг каждой дрожал еле заметный ореол.
Поворачивалась то одним боком, то другим, давала возможность рассмотреть себя с разных сторон.
– Сейчас мы, выходит, наблюдаем его работу в режиме реального времени? – сказал глава «Союза семи», разглядывая действующую модель вражеского заклинания. – Интересно, очень интересно. Ну что, Сал-Тин, твои теоретические выкладки насчет неизбежного возникновения цепной реакции оправдываются?
– Конечно, – кивнул брат Нар-Тина, очень на него похожий, и обликом, и голосом, и манерой поведения. – Смотри, оно потихоньку копит энергию, вбирает в себя то, что было выброшено в пространство во время гибели последнего источника.
Мигание прекратилось, но через мгновение принялась моргать уже вся модель, по ней побежали настоящие волны, нити из голубого огня принялись извиваться, как щупальца напуганного осьминога.
– Что это? – спросил Иван, и тут телефон у него в кармане заиграл «Марсельезу».
Глава «Союза семи» вытащил сотовый и приложил к уху:
– Да? Что? Не может быть! Маскируйте их, не жалейте сил, держитесь, я сейчас приеду.
Но едва он разорвал соединение, как мобильник затрезвонил вновь.
– Ни сна, ни отдыха, – хмыкнул Сал-Тин, не отрывавший взгляда от все так же мерцавшей схемы.
– Да? – лицо верог осталось спокойным, только голос выдавал, что он раздражен. – Успокоились? Я понял, ладно. Отбой тревоги, но следите за ними во все глаза и займитесь свидетелями.
Модель заклинания прекратила мигать, сделалась такой же, как прежде, но что-то в ней изменилось. Чуть тусклее стало сияние точек пересечения и огненных нитей, уменьшились ореолы вокруг «волос утопленника».
– Только что наши источники загорелись все одновременно, – сказал Иван. – Заполыхали так, что вся маскировка полетела псу под хвост. Триста лет живу, а такого не видел. Наши запаниковали, решили, что сейчас все взорвется, а колодцы взяли и погасли.
– Думаю, что дело не только в ваших источниках… – проговорил Часовщик. – Наше заклинание изменилось. Похоже, нечто случилось с Пеленой, по ней пробежала некая волна искажения…
Сал-Тин сунул руки в «блок управления», схема исчезла, ее место заняла кубическая таблица из тысяч ячеек, из которых было заполнено чуть меньше половины: цифрами от единицы до пяти или чудными значками, смысла коих не понял бы ни один математик.
Глава «Союза семи» терпеливо ждал, он хорошо знал, когда нужно давить на помощников, требуя результата, а когда нужно постоять в сторонке, давая людям (в широком смысле слова) действовать самостоятельно.
Кроме того, Сал-Тин был скорее не помощником, а партнером, и особого права давить на него верог не имел.
– Хм-хм-хм, – прохмыкал Часовщик, некоторое время понаблюдав за таблицей, за тем, как меняются циферки и символы в ее ячейках. – Похоже, что потенциальное напряжение резко повысилось… имело место аномальное воздействие, схожее с «адскими факелами»… и теперь мы имеем… что мы имеем, кстати?.. Нужно опять взглянуть на схему…
Громадный куб сгинул, вернулась модель заклинания, и Сал-Тин принялся ее изучать, время от времени приближая отдельные участки, увеличивая их до максимума и утыкаясь в них носом.
– Ну что? – спросил Иван, когда Часовщик принялся яростно чесать в затылке.
– Похоже, оно перестало работать согласованно… Исчезла корректировка, те нити, что держали его в узде, ослабли… Накопление энергии прекратилось, и если не возобновится в течение часов трех-четырех, то изменения станут необратимыми, и к вечеру заклинание рассыплется окончательно. Фрагменты перестанут стыковаться, и можно будет не бояться очередного взрыва.