Факелы ада
Шрифт:
Олегу ничего не оставалось, как развести руками.
Машину на этот раз оставили в самом начале Заречного бульвара, около кинотеатра «Россия». Драго попытался напроситься со старшими, но Милинович осадил его, велел «ждать и по сторонам поглядывать», так что парень остался сидеть в машине.
Дождь, как показалось выбравшемуся из машины Олегу, стал еще холоднее, а когда глянул на часы, выяснилось, что двадцать восьмое августа закончилось, и началось двадцать девятое.
Клуб «Секвойя» арендовал помещение у городской научно-технической библиотеки, а та целиком занимала первый этаж желтой
Когда ступили в пределы сквера, у Олега закружилась голова, а затем он обнаружил, что идет не к дому, а параллельно ему.
– Рррры? – сказали из-за спины, и Турнов обернулся.
Пребывавший в обличье волкодава Милинович выглядел озадаченным, хвост его был слегка приподнят, а пасть приоткрыта.
– Вот надо же… «Лесное колесо», сатровский отвод глаз… – проговорил Олег. – Не ожидал встретить подобную штуку в городе. Но не пожалели «зеленые», прикрыли свой клуб как следует.
«Лесным колесом» называли хитрое заклинание, которым сатра пользовались с глубокой древности, чтобы защищать укрытые в чаще святилища. Попавший в зону его действия чужак начинал ходить по кругу, постепенно запутывался и затем либо падал без сил, либо убредал вообще не туда, куда собирался.
Милинович встряхнулся и стал человеком.
– Что делать будем? – спросил он с рычащими нотками в голосе.
– Сделаем «лесное колесо» видимым, а затем спокойненько пройдем мимо. Снимать – долго, да и не уверен я, что смогу его ликвидировать, а уж так, чтобы незаметно, точно не сумею.
На то, чтобы разобраться с отводом глаз, Олегу понадобилось десять минут и некоторое количество магической силы. Закончилось все тем, что с пальцев его заструилась белесая дымка, поплыла в стороны, растекаясь по скверу, образуя вытянутые вертикальные контуры.
Более всего это напоминало забор из громадных стеклянных веретен, причем каждое из них вращалось, чуточку покачиваясь из стороны в сторону. Вихри-веретена были с помощью многочисленных энергетических каналов связаны с деревьями и кустами, около которых они находились, сверкающие белизной нити уходили в землю, терялись в траве.
– Красиво, – заметил Олег. – Около самой стены дома можно пройти.
– Значит, пройдем. – Милинович чихнул и вновь обернулся волкодавом.
Пришлось сделать небольшой крюк, протопать под самыми окнами, и они оказались у двери библиотеки. Замок на ней был самым обычным, а сигнализацию ставили, похоже, в середине прошлого века. То ли хозяева целиком понадеялись на активируемое ночью «лесное колесо», то ли внутри не имелось ничего особенно ценного или интересного.
После осмотра «Секвойи» Олег решил, что второй вариант ближе к истине.
Никакого водопада, простая дешевая мебель, кучи книжек и альбомов, немалое количество горшков с цветами и без, мешки с землей и удобрениями, лопатки, небольшие грабли и ножницы – красть это станет только безумец.
Они добыли несколько значков с эмблемой клуба – силуэтом могучего дерева на фоне восходящего солнца, а амулет-фиксатор заполнился данными об очередном заклинании из голубых нитей. На этот раз удалось обойтись без неприятностей,
– Два посетили, – сказал Олег. – Осталось еще шесть. Успеем до утра?
Милинович кивком и размахиванием хвоста показал, что шансы на это есть, а затем внезапно замер. Из-за кинотеатра «Россия», где осталась машина с Драго, донесся приглушенный вой, и серый волкодав сорвался с места так, что брызги полетели с его лап.
Олег заторопился следом.
Пробежал мимо входа в кинотеатр, стали видны автомобиль молодого оборотня и два кружащих над ним «одуванчика», два туманных шара, внутри которых угадывались очертания человекоподобных фигур. Альвы! Они сумели встать на след тех, кто проник в «Свирель», и пройти по нему достаточно далеко и достаточно быстро, чтобы настигнуть беглецов.
Один из «голубых» резко пошел на снижение, и в тот же момент дверь машины раскрылась. Драго выкатился из нее кубарем, но оборачиваться и не подумал. Лежа спиной на земле, выбросил правую руку, и с его ладони ушел вверх конус голубоватого сияния, полетели белые звездочки.
Чтобы избегнуть удара «заморозки», альв вынужден был свернуть, и его собственная атака не состоялась. Второй развернулся в сторону мчавшегося огромными прыжками Милиновича, и навстречу старшему маах’керу устремилась возникшая из ничего снежная лавина.
В том, что касалось иллюзий, Танцорам равных не было, нет и не будет.
Драго вскочил и даже подпрыгнул, норовя цапнуть пролетавшего над ним врага за ногу, но промахнулся. Альв в ответ швырнул вниз белую стремительную тень «муравьиного чиха» и, судя по тому, как задергался, заплясал на месте юный оборотень, попал в цель.
Лавина накрыла Милиновича, прошла еще несколько метров и сгинула. Старший маах’керу остался на ногах, но на спине и плечах его возникли кровоточащие раны. Маг-Танцор спрятал боевое заклинание внутри иллюзии, и не увидевший его «фиолетовый» не смог ни отбить чары, ни увернуться.
Милинович зарычал, прыгнул вверх и прямо в прыжке начал трансформацию.
Мгновение он напоминал химеру из греческих мифов – собачьи лапы и голова, из боков торчат крылья, а хвост больше похож на змеиный, но затем превратился в огромную хищную птицу. Щелкнул клюв длиной сантиметров в тридцать, и старший оборотень ринулся в атаку на врага.
Олег же поспешил прийти на помощь младшему.
Учитывая большое расстояние и то, что колдовать приходилось на бегу, выбрал «огни архангела Михаила», оружие проверенное и в то же время самостоятельно наводящееся на цель.
– Держи! – воскликнул он, когда очередь из дюжины шариков бледного пламени сорвалась с руки.
Альв закрутился, превратившись в небольшой смерч, навстречу огненным клубкам потянулись туманные щупальца. Драго, воспользовавшись паузой, отскочил в сторону, и его тонкая фигурка окуталась светло-зеленым огнем – молодой маг пытался снять «муравьиный чих».
Танцор перехватил все до единого шары пламени, но Олег пустил в ход «ветер перемен», и альва повело в сторону. Его сородич, с помощью разнообразных заклинаний отбивавшийся от Милиновича, издал тонкий гортанный крик, полный разочарования и боли.