Fair Play
Шрифт:
— Можно просто воды, — брякнул он, хотя я уже заканчивала.
Тормоз. Только не хихикай, Мел.
— Поздно, — я залила заварку кипятком. — Так чего ты примчался, Сторм? Ругаться? Выпустить пар?
Он как-то небрежно рассмеялся и провел рукой по волосам. Боже, я тоже хочу так расчесывать его пальцами. Что со мной творится? Я что, уже подхватила какое-то ЗППП, которое быстренько размягчило мой и без того не очень твердый мозг.
— Мне не нравится весь этот бред в «Таймс», — проговорил Майк, но как-то неуверенно, словно проблема перестала быть актуальной.
—
— Дай опровержение, — потребовал он.
Я рассмеялась, не в силах больше сдерживаться. Ну он шутник. Какое еще опровержение? Это же «Таймс». К тому же опровергать истину — это, знаете ли… Я даже не успела толком повеселиться, как Майк дернул меня за руку и прижал к себе.
— Это не смешно, — выдохнул он, почти касаясь моих губ своими.
— «Таймс» не дает опровержений, — я попыталась отстраниться, стараясь не смотреть на него.
Сторм держал очень крепко, ловя мой взгляд. Не осталось ничего, кроме как смотреть на него в ответ. Я же не трусиха какая-то.
— Серьезно? — он вздернул бровь.
О чем мы говорили?
— Абсолютно, — на всякий случай согласилась я и даже не моргнула. Ох черт, мы же об игре. Может, попробовать еще раз довести его до ручки? — И прекрати уже…
— Что? — он понюхал мои волосы, погладив кончиком носа кожу у виска. — Что прекратить? Что он делает? Почему я опять дурею? Кто кого теперь доводит? И куда?
— Делать вид, что вчера был красавчиком, — выдохнула я, прекратив вырываться. — Это не так.
— Я знаю, — ответил он. Мне кажется, или ему уже наплевать на мои письменные экзерсисы? Рука Майка скользнула мне под халат, а его пальцы накрыли грудь. Боже. Определенно у него совсем другие намерения. Но нужно бы уточнить… Или не нужно?
— Так какого черта? — простонала я, сама не понимая, то ли мы продолжаем разговор о статье, то ли я недоумеваю по поводу его манипуляций с моей грудью. Кажется, мозги опять поплыли.
— Ты мне скажи… — шепотом выдохнул Майк.
Я опять застонала, словно шлюха какая-то. Между ног все горело и увлажнялось. Клянусь, я чувствовала, как по внутренней стороне бедра стекает теплая влага. Я хотела умолять его снова заняться со мной сексом, но пока сдерживалась. Есть ли в этом смысл? Как только он дотронется до меня или поцелует, я снова не выдержу. Сама не знаю, почему мое тело так реагирует на этого засранца. Это плохо, понимаю, но загоняться буду потом. Сейчас — только он… И мне необходима разрядка. Хочу его пальцы или рот, что угодно, только бы избавиться от этой сладкой боли.
— Мелли, что за дерьмо? — бас Коннора прервал мои развратные мысли, а руки Майка замерли у меня под халатом. — Дверь не заперта, в прихожей раскиданы газеты. Ты на кухне что ли?
Кажется, у меня волосы встали дыбом даже в носу. Я просто остолбенела. Хорошо, что Майк додумался отодвинуться, иначе Кони так и застукал бы его, тискающего мои сиськи. Попались. Я тут же представила, как мы выглядим со стороны.
— Что за?.. — рыкнул Коннор, осматривая меня с головы до ног налитыми кровью глазами.
Я поспешила запахнуться, но поздно. Он уже провожал взглядом влагу, которая стекала по внутренней стороне моих бедер. А самое ужасное, что там были красные вкрапления крови. Пока я медленно моргала, мечтая провалиться под землю, Коннор, не мудрствуя лукаво, замахнулся. Сторм отклонился в последний момент, и Мак врезал кулаком по шкафу за головой форварда.
В тупых фильмах с Джеки Чаном это всегда смешно, но в жизни — не очень. Мне было жалко Коннора, который в кровь разбил костяшки о мой шкаф, да и Майк уж точно не заслужил фингал под глазом. А это меньшее, что грозило ему от удара Мака. Конни взвыл, как раненый бизон, ругнулся и тут же снова отвел кулак назад. На этот раз я не считала ворон, а схватилась за его запястье, повиснув на руке Мака всем весом.
— Коннор, нет, — взвизгнула я. — Ты с ума сошел?!! Что ты делаешь?!!
— Это я с ума сошел? Это он двинулся. Какого хера ты о себе возомнил, ублюдок? Как ты посмел вообще! — орал Мак грудным басом, брызгая слюнями и задыхаясь от гнева и возмущения.
По его виду было ясно, что он сделал выводы и, скорее всего, неправильные. Я видела его в таком состоянии только однажды. В тот злополучный день, когда он нашел меня в стельку пьяной на вечеринке в своем доме. Но сейчас его гнев был обращен не на меня, а на Майка. Я снова создала проблемы, хоть и невольно. Нужно спасать парня. Дабы пресечь новые попытки ударить Майка и стряхнуть меня с руки, я повисла у Коннора на шее.
— Конни, я виноват, но… — залепетал Сторм.
Боже, помолчи лучше. Не успела я попросить Майка заткнуться, как Кони завопил дурным голосом.
— Виноват?! Чтоб тебя черти в аду драли, Сторм! Он виноват! Запомни это, дебил. Это словцо будет очень кстати в суде. Клянусь, ты у меня сядешь, а в футбол будешь только по большим праздникам с сокамерниками гонять! — кипятился МакКинзи. У меня помутился разум от этих слов.
Действительно, выводы более чем неверные.
— Мак, Мак, посмотри на меня! — я обхватила лицо Коннора ладонями, заставляя его налитые кровью глаза встретиться с моими. — Все не так. Все нормально. Я хотела, слышишь. Успокойся, бога ради.
— Но… но… Но ты… он… У тебя же… — сопел Кони, заикаясь, не смея закончить свою мысль. Я не разрывала контакта, чтобы он не отвлекался на Майка. Придется прямо сейчас прояснить ситуацию.
— Кровь? — я отстранилась и вздернула бровь.
Кони сглотнул и кивнул.
— Пошевели мозгами, Мак.
На лице капитана отобразились муки мыслительного процесса. Брови сначала поползли вверх, а потом опять сошлись на переносице. Он снова взглянул на Майка, сжимая кулаки.
— Так, тихо, — я рванула вперед, вставая между мужчинами, и сжала запястья Коннора, умоляя его глазами: «Не надо».