Фабрика грез
Шрифт:
А Пол давил на нее, требуя дать согласие на свадьбу. И хотел, чтобы она сразу после этою забеременела.
Вот уже три месяца она медлила и тянула.
А сегодня утром вдруг почувствовала, что стены начинают сдвигаться вокруг нее. Надо решать. А она понятия не имела, что делать.
Элеонор посмотрела на Тома, склонившегося над ней и уставившегося ей в глаза каким-то странным испытующим взглядом.
— Правду хочешь? Не все хорошо.
— Работа давит?
Он явно изучал ее. На миг ей показалось, что он хотел услышать от нее не просто «да», а что-то
Она хотела было сказать, что Пол весь в делах.
— Пол хочет, чтобы я вышла за него замуж. А мне… я не готова к этому, — сказала она. — А У тебя? Как у тебя дела с Джордан?
— Да тоже не очень. — Том печально улыбнулся, лотом отвел взгляд. — Я, видимо, недопонимал, что такое разница в возрасте.
— Надеюсь, ничего серьезного? — О Боже, злясь на себя, подумала Элеонор, я еще пытаюсь его успокаивать. С чего бы это?
— Нет, я уверен, все утрясется. Особенно когда мы забеременеем.
Она кивнула, пытаясь скрыть разочарование. Какой удар для нее — «когда мы забеременеем»! Том жаждет стать отцом. Он мечтает иметь детей. Но не с ней.
— Но должен признаться, иногда мне на самом деле тяжко. Я имею в виду — говорить с ней.
Элеонор видела, с каким трудом он подыскивает слова, желая объяснить ей свою проблему, не критикуя жену.
— Ну… не так, как с тобой. Она не интересуется ни…
Да ничем она не? интересуется. Только как взбираться по общественной лестнице и нарядами подороже, чтобы подпитывать колонку светских сплетен, подумал Том. Да, конечно, он никогда не устанет заниматься сексом с Джордан.
Он и не уставал. Но не утомился ли он от всего остального?
Том слышал, как его голос замер на полуслове. Он не мог признаться даже Элеонор. Хотя они очень хорошо понимали друг друга., А если честно, то именно Элеонор он не мог признаться. Ей, тонкой и умной женщине, от которой исходит чувственность. Флирт с ней был для него постоянным занятием с момента знакомства. Но в последнее время, казалось, этот флирт переходит в новую стадию. В общем-то он всегда хотел ее, но его уважение к их дружбе, осторожность, боязнь повести себя не правильно и его страх…
Перед чем? Быть (связанным? Связанным из-за секса, от которого он не сможет отказаться? Его страх перед отношениями, которым он не мог подобрать названия. Все это удерживало его, не позволяло сделать шаг… Желание должно быть радостным, ясным. Желание, которым ты мог бы управлять. И в конце; концов он женился на девушке, способной удовлетворить его желание виртуозно.
Джордан. Она гораздо привлекательнее Элеонор, бесспорно. И на четырнадцать лет моложе.
Так почему желание исподволь все-таки охватывает его?
Почему он ощутит в чреслах тяжесть и тепло, стоило ему прикоснуться к подбородку Элеонор?
— Наверное, я просто уже слишком старый и слишком консервативный, — закончил Голдман.
Элеонор посмотрела на него через стол. Стаканчик с кофе остывал передо ней.
— Нет, Том, — сказала она.
Повисло молчание.
Голдман протянул руку и накрыл своей большой ладонью ее тонкие пальцы, крепко стиснул
— Элеонор…
— Привет, два моих самых любимых человека.
Даже не взглянув на нее, Том Голдман отдернул руку, как будто на кожу плеснули кислотой. За спиной Тома Элеонор увидела одетого с иголочки Джейка Келлера, старшего вице-президента. Ее помощник, Джейк, был тем, кого обошли, не предложив президентский пост. Его заняла Элеонор. Он всегда держался вежливо и дружески, но был настоящим врагом, Элеонор это знала. От его внезапного появления по спине ее пробежала дрожь. Как неприятно, Похоже, он ничего не заметил.
Во всяком случае, она надеялась.
— Элеонор, найдется секунда? Я хотел поговорить о сценарии, который мне вчера послали. «Увидеть свет».
— Ну конечно, Джейк, конечно.
Элеонор взяла рукопись со стола, протянула Тому и сказала:
— Том, ты бы тоже просмотрел. Это сценарий для проекта «Зак Мэйсон — Фред Флореску». Он подходит.
— Так вы даете ему зеленый свет? — изумился Келлер.
В его тоне явно слышалось неодобрение.
Она не стала ничего объяснять или отвечать на оскорбительный тон. От Джейка Келлера не требуется одобрения или неодобрения. Она его начальник.
Том Голдман быстро перевел взгляд с одной на другого.
— Джейк, может, стоит поднять этот вопрос на производственном совещании в десять?
Он поддерживает ее, Элеонор понимала. Она знала, Том выслушает очень внимательно любую критику Джейка, но он не станет мешать ей принимать решение. В конце концов, быть президентом и означает решать самой. Но Джейку будет позволено обозначить протест. И если вдруг фильм провалится, Джейк может сказать, что он предупреждал.
— Конечно, — легким тоном сказал Келлер. — До встречи.
Он повернулся к двери. Том направился за ним.
— Увидимся позже, Элеонор.
— Конечно.
И ни следа от их интимности не осталось. Но она ничего другого не ожидала. Возможно, он уже пожалел об откровенности.
— Том, постарайся просмотреть этот сценарий до совещания, если сможешь. Он действительно хороший. Дэвид Таубер представляет автора.
— Я думал, Кевин Скотт представляет всех авторов.
— Да, всех, кроме этого. Дэвид Таубер сам нашел ее.
— Да что ты? — удивился Том и улыбнулся. — Парень времени даром не теряет. О'кей, я просмотрю.
Элеонор посмотрела Тому вслед, понимая, что имя Дэвида Таубера имеет какой-то вес. Он прочтет сценарий быстро только потому, что Таубер нашел его. В этом есть смысл.
В конце концов, Дэвид Таубер привел Зака Мэйсона, и это его фильм. Фред Флореску — наиболее важный участник сделки, а Фред — личный клиент Сэма. Но все-таки… Если Голливуд называют джунглями, то в девяностых годах в нем хозяйничают именно такие шакалы, как Дэвид. Она заметила, что Том никак не отреагировал, услышав ее мнение о сценарии. Она понимала: он оставляет за собой право сделать собственный вывод. Элеонор посмотрела на часы на компьютере. Без четверти девять. Производственное совещание в «Артемис» должно начаться через час.