Эйваз
Шрифт:
– Но ты с ума сошла! – воскликнула мать. – Надо было отдать ему сумку! Кто же держится за вещи в такой ситуации…
– Да отдала бы, – сокрушенно вздохнула дочь. – Но если помнишь… Ты сегодня просила меня забрать от ювелира бабушкины серьги и кольцо после реставрации, – она опустила голову, и по ее щеке прокатилась слеза. – А я ведь знаю, как они для тебя памятны.
– Детка! – закрыв лицо ладонями мать зарыдала и скрылась в коридоре.
– Прошу прощения… – произнес Вадим Максимович. – Вы раздевайтесь
– Проходите, – Тома сбросила свое пальто прямо на пол и прошла на кухню, я последовала за ней.
Там мы уселись за накрытый круглый стол – с пирогом и блюдцами, полными печенья и конфет, – а спустя несколько минут к нам присоединились родители девушки.
– Может, вы голодны? – обратилась ко мне мать Томы. – Я приготовлю ужин.
– Нет, благодарю, – с улыбкой ответила я, желая поскорее оказаться дома, но прежде обзаведясь нужным контактом с военной прокуратурой.
– Итак, Тая, давайте знакомиться, – произнес глава семьи.
– Так ведь уже вроде знакомы… – приподняв чашку, чтобы вытащить из-под нее блюдце для пирога, заметила, как все уставились на мою искалеченную руку с отсутствующим мизинцем.
Я привыкла к подобной реакции – люди всегда не без интереса глазели на меня. Благо, это было не часто, я жила скрытно, оставаясь в тени и воздерживаясь от лишних контактов с людьми.
– Чем вы занимаетесь? – странно было бы ожидать другой вопрос от военного прокурора после увиденного.
– Да, чем? Ужасно интересно, – игриво пожала плечами Тома, сморщив носик.
Кажется, домашние стены начали приводить ее в чувство…
– Работаю с бездомными собаками в приюте. Производственная травма, – бросив взгляд на руку, ответила я.
– О-о, – мама приложила руку к губам. – Это ужасно…
– Да, было неприятно. И вспоминать, если честно, не хочется, – весело отозвалась я, давая понять, что тема закрыта.
– А где так круто научились бить подонков? – Тома задала вопрос и, не дав мне ответить на него, тут же затараторила. – Пап, мам, вы себе не представляете! Тая так круто его отделала, как в каком-нибудь нереальном боевике. Я глазам своим не поверила. Этот засранец, вероятно, тоже был ошарашен, он даже не попытался дернуться.
– Э-э… Я просто догнала и сбила его с ног, – спеша прервать ненужную многословность девушки, я пожала плечами и встретилась с проницательным взглядом ее отца.
– Вот значит как? – поджал он губы. – И где вы так научились нейтрализовывать обидчиков?
За столом повисла пауза – вся семья уставилась на меня в ожидании ответа.
– Да-а… Это у меня с детства, – беспечно протянула я. – Была жутким сорванцом, дружила только с парнями, они и научили.
– Знаете еще какие-то приемы? – поинтересовался отец.
– Нет, что вы, – отмахнулась
– Но это была вовсе не подножка! – с восхищением в глазах воскликнула девушка. – Тая, как Джеймс Бонд долбанула его ногой в спину прямо на бегу, да так, что парень улетел ого-го!
«Да чтоб тебя! – зыркнула я на девку. – Неугомонная болтушка!»
– Тебе показалось, – смерив ее взглядом, буркнула я, продолжая жевать пирог.
– Вовсе нет! – не унималась она.
– Тебе показалось, – настаивала я. – Со страху привиделось, я просто подсекла его, и он улетел вперед. Вот и все.
Я перевела взгляд на отца – он с интересом разглядывал меня. А мама, подставив руки под подбородок, не сводила любящих глаз с дочери.
– Ладно, в любом случае все живы и здоровы, – слегка хлопнула в ладоши мать. – Спасибо Тае. Вы, кстати, как здесь оказались? Живете недалеко?
– Да, в паре кварталов, однако часто хожу пешком. Полезно, – надеюсь, что моя выдавленная улыбка была похожа на искреннюю.
– Как нам повезло! Как нам повезло! – запричитала мама. – Ведь не окажись вы рядом – страшно и подумать…
– Ну все, хватит, – прервал ее отец. – Теперь будешь целую вечность «обсасывать» это событие.
– Вадим! – с недоумением уставилась женщина на мужа. – Ты сам подумай… Сейчас такое время – люди пройдут мимо, посчитав это не своей проблемой, и все. Мужчины-то не всегда готовы прийти на помощь. А тут девушка не побоялась вступить в схватку. Считаю, что это достойно награды!
– Да-да! – аккуратно зааплодировала Тома, и отец улыбнулся.
– Простите… – я поднялась из-за стола. – Мне пора.
– Но нет, Тая! Прошу, еще пять минуточек… – умоляюще посмотрела девушка, заставив меня опуститься на стул.
– Вы сегодня спасли не только самое важное для нас – жизнь нашей дочери, но и бабушкины драгоценности. Томочка забрала сегодня у ювелира украшения, которые мы отдавали на реставрацию, они, надо сказать – страшно дорогие, но дело даже не в их стоимости – это семейная реликвия, – добавила мать Тамары.
– Извините, я должен сделать срочный звонок, – поднялся из-за стола отец.
Я старалась «участвовать» в продолжившейся беседе за столом, но мой слух был устремлен в коридор, где Вадим Максимович делал срочный звонок. Мои переживания оказались напрасными – он позвонил, чтобы направить людей в ювелирную мастерскую, ту самую, куда семья сдавала на реставрацию драгоценности.
«Все верно, мужик, – мелькнула мысль. – Это нужно было сделать в первую очередь. Может, конечно, налетчик просто хотел рвануть у девчонки сумку в надежде на дорогой айфон и немного бабла, а может, и нет…»