Эйфелева башня
Шрифт:
Башни Киплинга (см. Киплинга Башня). Рядом живописных произведений завоевал также репутацию певца Востока».
Тишина давила на него, будто он находился в какой-нибудь черной дыре в космосе. Он прочел кусок, относящийся к статье «Киплинга Башня»: «… названная в честь своего конструктора Редьярда Киплинга (см. Киплинг, Редьярд) железная башня фахверковой конструкции высотой 300 метров, возведенная в 1897 году на южном берегу Темзы поблизости от Баттерси-парка. Б. имеет три платформы на высоте соответственно 57, 115 и 276 метров, куда можно подняться как по лестницам, так и на лифтах (два
Он долго сидел не в силах вымолвить ни слова, а очертания того, что ему хотелось назвать Эйфелевой башней, выступали перед ним с книжных страниц на фоне Темзы и Баттерси-парка. На заднем плане ему чудился столб пара от локомотива, двигавшегося по мосту Виктории к вокзалу Виктории.
— Башня Киплинга, — сказал он самому себе, словно для того, чтобы попробовать название на вкус. — Башня Киплинга.
Он был уверен в том, что никогда раньше не произносил это название.
— Эйфелева башня, — сказал он. — Эйфелева башня.
И сразу понял, что произносил эти слова сотни раз за свою жизнь. Он поднялся и поставил тома обратно на полку. Но не смог удержаться, чтобы не посмотреть, нет ли там книги, которая ему приснилась. А не найдя ее, испытал чуть ли не облегчение.
— Ты не примешь душ? — послышался голос жены из спальни.
— Да-да, — пробормотал он. — Да. Я приму душ.
Стоя голым под струями горячей воды, стекавшими по телу, он вдруг подумал о Нобелевской премии. Ему стало тревожно оттого, что Нобелевской премии, может быть, тоже нет или она называется Крюгеровской премией или как-нибудь еще в том же роде. Он попробовал слово на вкус: Нобелевская премия.
Нобелевская премия по литературе. Возникло ощущение подлинности.
Ему показалось, что в душе вода слишком холодная, и он протянул руку к крану с горячей водой, чтобы повернуть его. Но на мгновение остановился. А что, если «горячая» означает «холодная», а «холодная» — «горячая»? Тогда можно ошпариться или в лучшем случае невольно нарваться на холодный душ.
Он вышел из-под душа и одновременно закрутил оба крана. Нобелевская премия, повторял он, Нобелевская премия.
Закрыв дверь ванной, он крикнул жене:
— Лена? Нобелевская премия? Когда Киплинг получил Нобелевскую премию?
— А Киплинг получил Нобелевскую премию? — удивленно спросила жена.
— Тогда, наверное, по физике?
— Ну, я не знаю, — сказал он неуверенно. — Я считал, что он получил Нобелевскую премию.
Слова «Нобелевская премия» он выговаривал преувеличенно четко, чтобы убедиться, что жена не ослышалась.
— Я не знаю, — ответила жена.
Он испытал облегчение оттого, что слова «Нобелевская премия» не вызвали удивленных комментариев.
— Я посмотрю в энциклопедии, — сказал он.
— Только поторопись, — сказала жена. — У нас мало времени. Мы должны быть у Лассе и Карин в одиннадцать.
Он осторожно подошел к книжной полке. Четырнадцатый том — от Мейербера до Нюфорса. «Нобели, шведский род, происходящий из Сконе…», «Альфред Бернхард, учредитель Нобелевских премий, химик,
Он никак не мог найти Нобелевскую премию. Хотя подождите, вот… «Нобелевский фонд основан по завещанию, составленному Альфредом Нобелем (см. Нобель, Альфред) 27 ноября 1895 года… Премий имеется пять… Нобелевские лауреаты… Литература… Моммзен… Мистраль… Кардуччи… Верн… Эйкен… Лагерлёф… Тагор… Хейденстам… Шпиттелер… Йейтс…» Верн?! Жюль Верн?
Он сорвал с полки том энциклопедии на «В»: «Верн, Жюль, французский писатель(1828–1912)… В. дебютировал сборником рассказов о жизни крестьян французской провинции… затем посвятил себя исключительно беллетристике… Он стал ведущим представителем импрессионизма во французской литературе… Его новаторский язык, подчеркнутый драматизм повествования, актуальность в выборе предмета и реализм произвели фурор во французской поэзии, которой нужен был новый тон и более тесный контакт с…»
— Ты знала, что Жюль Верн писал стихи? — спросил он жену.
— Что ты сказал? — переспросила жена.
Он осекся.
— Да нет, ничего.
Он стал проглядывать страницу за страницей дальше: «В 1907 году получил Нобелевскую премию по литературе и посетил Швецию…» Он опустился на стул.
— А «20 000 лье под водой», — пробормотал он. — «Вокруг света в 80 дней»?
Он услышал, что жена зовет его из спальни. Пора было собираться. Действительно, надо спешить. Как в тумане, он подошел к гардеробу и начал одеваться.
«Михаил Отрогов», — сказал он сам себе. — «Путешествие на Луну».
— О чем ты говоришь? — спросила жена.
— Жюль Верн, — сказал он.
— Жюль Верн? И ему они дали Нобелевскую премию, — сказала она. — За эти плаксивые умильные стишки?
Он не мог не засмеяться.
— Над чем ты смеешься? — спросила жена.
— Жюль Верн, — сказал он. — Лучше бы он писал научную фантастику.
— Возможно, — сказала она. — А теперь нам надо ехать.
— Подожди минутку, — сказал он.
Он вышел в гостиную и стал наугад вытаскивать разные тома энциклопедии. Хемингуэй, Джойс, Шекспир, Элиот… все имена были ему знакомы. Все иллюстрации рядом с именами Пикассо и Рембрандта он видел раньше. Профиль Моцарта так же шаловливо, как всегда, улыбался с одной из своих партитур, а за складками лба Бетховена звучало эхо всех его симфоний. В шестом томе энциклопедии он нашел рисунок, на котором был изображен Томас Алва Эдисон, сидевший, склонясь над фонографом, перед полкой с лампочками накаливания, а под фамилией Александера Грейама Белла читателя отсылали искать слово «телефон».
Он облегченно вздохнул. Не совсем все-таки он потерялся в мире. Некоторые небольшие исторические детали сдвинулись, и он никогда больше не сможет открыть «20 000 лье под водой». Но он подумал, что это все же довольно небольшая цена за право сохранить свое место среди живых в этом мире. Для последней проверки он открыл энциклопедию на фамилии Г. Уэллса. Он читал названия книг — «Машина времени», «Человек-невидимка» и «Война миров» — как блестящие подтверждения истинности и надежности мира.