Эй-ай
Шрифт:
— Я думаю, мы справимся с управлением этой машиной, — заявил второй номер. — Предлагаю отпустить заложника.
— Согласен, — хором ответили Эй-Ай. — Нехорошо убивать заложников.
Еще через пять минут вертолет подпрыгнул и скрылся за деревьями. Джон остался сидеть на газоне.
— Я всегда думала, — шепотом произнесла сидящая в кустах девушка, — что там кто-нибудь есть. — Она показала пальчиком в небо, где горели яркие осенние звезды. — Будь добр, подай мою кофточку. Нам надо срочно связаться с репортерами.
«Ненавижу пришельцев», — подумал ее кавалер,
Вертолет прибыл в Колорадо. Выбор был неудачен, но ведь, принимая решение, Эй-Ай не имели ни малейшего понятия о том, что место, выбранное ими для сна продолжительностью в девять лет (на большее не были рассчитаны некоторые из их систем), называется Великим Колорадским Каньоном. Не знали они и о том, что было причиной «низкой посещаемости» определенных участков Каньона. Сейчас, когда машина висела над колоссальным туристическим аттракционом, «железные солдаты» осознали свою ошибку. Может быть, в Каньоне и можно спрятаться. Но вряд ли это — лучшее место.
— Запас горючего на три часа двадцать восемь минут.
— Начнем спиральный поиск и выберем первое же подходящее место.
— Этого может оказаться недостаточно. Человечество сумело изобрести бейсбол, вдруг оно сумеет нас найти?
— Неизбежный риск. Мы должны спрятаться, пока не кончилось горючее в вертолете, и деактивироваться, пока не включились маяки.
— Согласен… — прозвучали в эфире три голоса, и вертолет заскользил прочь от Каньона, переключив винты на бесшумный режим.
Глава 4
Чтобы подопытные кролики лучше размножались, не надо им мешать.
Боб Браун был недоволен. В его механизированном хозяйстве опять что-то было не так. Не то чтобы вчера оно работало нормально. Или позавчера, или вообще когда-нибудь. Но ведь должна же кончиться эта полоса неудач, которая длится почти ровно сорок лет, с момента, когда за час до его появления на свет в роддоме начался пожар.
Итак, Бобу было сорок. Это был крепкий мужчина с небольшой лысиной и короткой, но все равно неухоженной бородой. И животиком, конечно, как же без него. Одевался он обычно так, чтобы можно было с равной легкостью сесть за пульт компьютера или забраться по пояс в недра одного из им же сконструированных агрегатов — не для удовольствия, нет, просто проклятые машины все время ломались.
Боб был киберпанком.
Движение это зародилось в конце двадцатого века, когда компьютеры перестали быть чем-то необычным, и все больше людей стали чувствовать себя лучше в их обществе, нежели в обществе себе подобных. Над ними смеялись. Их называли «нерды», что лучше всего, хотя и не совсем точно, переводится на русский язык словом «придурок».
Затем, и как-то в одночасье, эти люди поняли, что быть «компьютерным гиком» — это не так уж плохо, и ведь в конце концов хорошо смеется тот, кто смеется последним. Сейчас, в две тысячи тридцать шестом году, киберпанков было много. Миллионы. Слово это обозначало человека, который не боялся компьютеров, дружил с ними, для которого домом
Боб поглядел вдаль, на сияющие вершины Скалистых гор, затем вздохнул и, совершив над собой известное усилие воли, повернулся к своему последнему творению — автоматической линии для производства кроликов. Да-да, вы не ослышались. Кроликов. Принцип действия адской машины был довольно прост. Компьютер — а кто же еще согласится иметь дело с этими мерзкими тварями — кормил, поил и лечил паразитов, он освещал их днем и согревал ночью… Он даже играл им музыку. Все, что следовало делать пушистым бездельникам, было — размножаться.
— Проклятые твари! — произнес Боб, входя в сарайчик, в котором находилось это чудо техники. — Что у вас не работает на этот раз?
Вопрос был чисто риторическим. Тянувшийся по полу между клетками кабель был перебит, похоже, что разрывной пулей. Боб посмотрел на потолок. Так и есть, в пластике крыши пробита была дыра размером с кулак.
— Так… — сказал Боб. — Компьютер!
— Привет, Боб! — промурлыкал нежный женский голос.
— Камера на крыше работала всю ночь?
— Ответ положительный. — Голос раздавался из нагрудного значка, который Боб не снимал никогда. Сам же компьютер, разумеется, стоял в доме.
— Кто и когда пролетел над УПРК? — поинтересовался Боб. — Я имею в виду — за время с момента моего последнего туда визита. — УПРК означало Устройство для Принудительного Разведения Кроликов.
— Восемь птиц, — отозвался компьютер. — Насекомые, облака… Орбитальный комплекс «Мир-2»…
— Как насчет самолетов?
— В списке принадлежащих компании «Монолит» предметов и устройств самолеты не…
— Пролетал ли над сараем самолет?
— Ответ отрицательный.
Боб вздохнул и присел над пятнадцатисантиметровой воронкой. Возможно, комп прав, возможно, это не разрывная пуля, выпущенная с самолета, а…
— Чтоб я сдох! — ошеломленно произнес он, поднимаясь с пола и разглядывая свой трофей, вне всякого сомнения — метеорит. — Этого со мной еще не бывало… Ведь не бывало, а?
— Ответ положительный, — отозвался компьютер.
— Что? В каком смысле? А, да… Я еще не сдох. Вот что, соедини-ка меня с Интернетом. Аукцион. Подай заявку: метеорит, место падения — Скалистые горы, вес, — Боб прикинул сувенир на ладони, — сто пятьдесят граммов, в фунтах тоже приведи, для ламеров… Да, укажи, что железоникелевый… Все.
— Заявка подана, — заявил компьютер. — Предлагаю провести технический осмотр коммуникационного оборудования — сигнал, который приходит от вас, сильно зашумлен.
— Ладно, — буркнул Боб. — И пошли кибера крышу починить. И кабель.
Он вышел из сарая и направился в дом. По дороге он споткнулся о кибера, спешившего отремонтировать пробитую метеоритом крышу, что отнюдь не прибавило ему настроения. Эти киберы были размером с кошку, но тяжелые, как утюг. Отбил пальцы. Дома он перебрал радиосхему своего значка-коммуникатора, но не нашел в нем никаких неполадок. Вздохнул, извлек из холодильника пару банок пива и вышел на крыльцо.