Эй-ай
Шрифт:
Карусель светящихся пятен медленно кружилась вокруг ныряльщика, и, пожалуй, впервые в жизни он почувствовал себя маленьким и незначительным в глубине озера. Чувство тревоги заставило его сделать то, чему он был обучен, — серию быстрых энергичных вдохов, дабы освободить кровь от углекислоты и расслабить диафрагму. Однако на сей раз эта мера не помогла — первый же вдох заставил Джона вздрогнуть и замереть. Затем, не в силах поверить самому себе, он медленно потянул носом поступающий в маску воздух. Пахло розами.
В хаотическом мелькании огоньков вдали
Дна не было. Человек смотрел вертикально вниз, но все, что он видел, была вода и хоровод далеких огней — внизу, вверху… всюду. Поверхности не было тоже! Запах роз накатывал волнами и был прохладен и нежен. Звучала флейта. Почему-то человеку было сложно концентрировать свое внимание на чем-то одном. Хотелось расслабиться и идти ко дну. Джон нерешительно потянулся и отключил эхолот, переключаясь на обычное, человеческое зрение. На маске зажегся фонарик.
НИЧЕГО НЕ ИЗМЕНИЛОСЬ. Все так же кружились огни, все так же звучала музыка и пахло цветами.
— Объект наблюдения осматривается визуально, — сообщила Кира. — Он отключил эхолот.
Эй-Ай испытывала существенные трудности с ориентацией на такой глубине. До того момента, как Джон выключил сонар, можно было худо-бедно использовать его в качестве своеобразного источника света, теперь же этого источника не стало. Свой эхолот у Киры был, хотя и попроще, чем Джонов, но включать его она не хотела из соображений маскировки.
— Прижимаюсь ко дну, — наконец сообщила она. — Подхожу поближе.
— На берегу появились новые люди, — отозвался Люк. — Те, которые сидели в машине, бросают что-то в озеро… Уезжают.
— Добавление. Они бросили ультразвуковой излучатель. — Кира оставила попытки приблизиться к объекту наблюдения. Света, если так можно выразиться, в озере теперь было более чем достаточно, а уж по части обработки сложной картины отражений ультразвуковых импульсов Эй-Ай могли поспорить с любым компьютером.
— Человек опять применяет оружие.
— Люди на берегу поменялись ролями. Те, кто ждал в джипе, уехали под гору, не включая мотора, а те, кто прибыл, приводят в сознание полицейских.
«Те, кто прибыл» — это были Молли и Палмер. Они возвращались с поездки по окрестностям — поездки, на которую их толкнуло сочетание двух факторов. Во-первых, в помещении спать было решительно невозможно из-за снующих по углам крыс: то ли начальник полиции не случайно выбрал именно этот коттедж, маленькая месть за то, что ему пришлось, запершись в кабинете с «вонючими» фэбээровцами, целый час вводить их в ситуацию, то ли зверюшек потревожил запах меркаптана — кто знает? А во-вторых, спать на улице было холодно.
— Свяжись с начальником полиции, — велел
— Кто «они»?
— Те, кто усыпил наряд полиции.
— С чего ты взял, что они не сами заснули?
— У них руки связаны. И ноги.
— Сейчас свяжусь, — с досадой отозвалась девушка. Досада ее была направлена главным образом против нее самой — как можно не заметить, что кисти и щиколотки у этих ребят перетянуты липкой лентой!
— Попытки разбудить полицейских провалились, — сообщил парой минут позже Люк. — Новоприбывшие обыскивают берег озера близ места погружения аквалангиста.
— Возможно, брошенный в воду излучатель является сигналом.
— В таком случае те, кто был здесь раньше, работают против этих двоих.
— А эти двое пытаются помочь полиции.
— Следовательно, первая группа и аквалангист являются преступниками?
— Полиции боятся не только преступники.
— Предлагаю уточнить характер груза в багажнике затонувшей машины.
— Согласно данным анализа воды за бортом, после расстрела человеком груза возросло содержание пяти родственных органических соединений. В базе данных по химическому оружию их нет.
— Ищу в Интернете, — сообщил Мак.
Он прозевал момент, когда светящийся хоровод изменился. Если раньше огоньки скользили по поверхности сферы, не проникая внутрь, то теперь они образовали новый, гораздо более сложный узор, трехмерный. Наконец-то у Джона появилась возможность разглядеть одно из этих светящихся пятен…
Когда ныряешь с аквалангом, задерживать дыхание не рекомендуется, но Джон ничего не мог с собой поделать. Мимо него, медленно извиваясь в такт флейте, проплыл дракончик. Но это не был просто дракончик, о нет! Прежде всего он светился, светился нежнейшим, радующим глаз голубым светом, столь чистым и в то же время каким-то мягким, что просто не верилось. Тело дракончика более походило на тело змеи, чем на тело дракона, как его рисуют в детских книжках, и уж определенно не был он похож на китайских драконов. Это было хрупкое и элегантное полупрозрачное создание с очаровательной вытянутой мордочкой и двумя гребнями — на спине и на брюхе, как и полагается у морского жителя… точнее, у озерного. Гребни эти не были жесткими, и пробегающие по ним волны свидетельствовали, что да, они были не средством защиты, а скорее плавниками.
И еще у дракончика были крылья. Тончайшая светящаяся и в то же время почти прозрачная перепонка, натянутая на каркас… нечто подобное можно видеть у бабочек, но это — очень далекая аналогия. По крыльям тоже пробегали медленные волны. Все это чудо красоты и изящества было от силы полтора метра длиной.
— Привет, Джонни! — дружелюбно сказал дракончик и проглотил своего собеседника.
— Человек размахивает руками, — заметила Кира. — Кажется, он дезориентирован.