Европейское турне
Шрифт:
— Просто помните, — добавил Фланаган, — русские уже в Германии, а сдаваться в плен, когда твоя сторона побеждает, это не по мне.
— Разрешите, мы посовещаемся, — попросил пожилой интендантский капитан, оглядев коллег.
— Пятнадцать минут. Давить не хочу, но в зависимости от количества от количества людей планы придётся корректировать.
Выйдя из помещения, Алекс закурил. Не то чтобы тянет, просто табак действует на него, наподобие кофеина, а спать хочется отчаянно. Бездумно затягиваясь, смотрел на темнеющее к ночи небо, облаками. В голове никаких
— Господин полковник, — капитан Тилль вышел всего через пять минут, — наши мнения разделились. Трое из одиннадцати коллег считают должным принять капитуляцию, по разным причинам.
— Тем лучше, криво усмехнулся Алекс, отбрасывая окурок, — надеюсь, они не откажутся принять под своё крыло раненых и больных? Чудесно! Прошу всех капитулянтов удалиться, а боевых товарищей приглашаю остаться, проведём совещание.
Выждав, пока удалятся капитулянты, развернул карту с нанесёнными позициями своих и чужих, да не вообще, детально — где пруссаки стоят, а где всевозможные союзники.
— Как вы видите, господа, кольцо окружения вокруг города очень неравномерно, на чём и основан мой план. Пополнение фон Фалькенштейна прямо-таки воплощение немецкой пословицы Отбросов нет, есть резервы.
Послышались смешки офицеров, лица начали разглаживаться. План на глаза переставал казаться самоубийственным, становясь пусть и непростым, но вполне реальным.
— Как видите, в таких условиях прорыв из окружения становится возможным. Осталось только уточнить детали написать несколько сценариев на разные случаи.
Фокадан раздал бумаги, где вражеские позиции вокруг города расписаны более детально, с акцентами на особенностях конкретных батальонов и рот, местности и прочем. Офицеры принялись внимательно изучать бумаги, столпившись перед картой и оживлённо переговариваясь.
— … да нет же, Мойзель, как ты не понимаешь, стрелки из Саксен-Кобург-Гота по сути — егеря! Стрелять они умеют мастерски, этого не отнять, но солдатами назвать? Нет, это именно обычные егеря, загонщики дичи под ружьё правителя. Удара в штыки они не выдержат!
— … по Влтаве, потом через Стрелицы… да, именно так.
К вечеру разошлись, готовясь к утреннему прорыву, но планы полетели кувырком.
— Значит, сутки на размышление ему много? — Прошипел Алекс змеёй, — ладно… Сбор всех частей!
Баварские части стянуты заблаговременно в один лагерь, дабы свести к минимуму человеческий фактор.
— Зиверс решил капитулировать до истечения срока, — коротко информировал Фокадан офицеров, — будем уходить в ночь.
Присутствовать на капитуляции Фокадан не захотел, Зиверс и без него справится с разъяснениями, почему гарнизон капитулирует не весь.
Просочившись по траншеям и подземным ходам, сходу смяли потешные войска из дворцовых гвардий карликовых княжеств, и вышли на расположение кавалерии. Расчёт прост — такой наглости кавалеристы точно не ожидают. Немногочисленная кавалерия пруссаков при осаде практически бесполезна, потому использовалась исключительно для нечастых разъездов, расслабившись в итоге до крайности.
Капитуляция,
В первых рядах шли ветераны индейских и бандитских войн, привыкшие воевать в сумятице и полумраке. Пристрелив немногочисленных часовых и праздношатающихся, тут же рассыпались по расположению, ведя привычные бои малыми группами.
Основная масса, состоящая из бойцов Кельтики, идёт монолитом, ощетинившись штыками и уничтожая зачатки сопротивления. Сборная солянка из баварских частей по флангам, выискивая недобитков и не давая лошадям разбежаться.
Фокадан в первых рядах — сейчас тот случай, когда нужно служить примером, этаким знаменем. Бежит чуть пригнувшись, выставив винтовку с примкнутым штыком. Не зря! Выскочивший из-за палатки кривоногий кавалерист, пахнущий луком и спиртным, сделал выпад, но лезвие палаша проскрежетало по стволу винтовки, а ответный выпад поставил точку в коротком противостоянии.
Попаданец оскалился слегка, входя в боевой азарт, сканируя вокруг чем-то вроде радара, имеющегося у многих военных с боевым опытом. Присев, прижал винтовку к плечу и снял прусского лейтенанта, вокруг которого начало было появляться ядро сопротивления. Ещё, ещё…
— Всё, командир, — решительно сказал Фланаган пару минут спустя, останавливая Алекса, — хватит. Лагерь взят, а недобитков выискивать не дело для командира.
Полковник кивнул нехотя и принялся командовать, наводя порядок. Лагерь кавалеристов взят, но тревога у основных силах поднялась знатная. Пока выручает тот факт, что кавалеристы стояли наособицу, в стороне от основных сил.
— Кони, оружие, казна, — ещё раз продублировал полковник основную задачу, но ветераны, попавшие в свою стихию, не нуждались в приказах. Пять минут спустя отряд Фокадана галопом обогнул лагерь пруссаков, направляясь в сторону Подебрадов, в противоположную от Праги сторону.
Не все солдаты умеют ездить верхом в достаточной мере, но удержать в седле может каждый. А дальше… хочешь жить, хоть зубами держись.
Невеликая казна драгунского полка, вместе с документами — скорее символ. Они не просто ушли, они прорвались и даже можно сказать — победили. По крайней мере, проигравшими после такого назвать их никто не может.
Полчаса спустя, окончательно оторвавшись от возможной погони, перешли на рысь. Начало темнеть, но света звёзд для движения по дороге хватает. Километров через пятнадцать, свернув в сторону, встали на ночлег. Настроение самое боевое — они смогли!
— Сколько? — Негромко спросил полковник у начальника штаба, капитана Даффи.
— Каждый пятый остался, — так же тихо сказал тот, морщась от боли в простреленной ноге, наспех замотанной на ходу, — да и среди оставшихся вояк немного.
Молча кивнув, Фокадан отправился на обход лагеря. Сейчас важно заставить бойцов перевязать раны не наспех, а как следует. Обработать потёртости на бёдрах, которые могут стать причиной нагноений и жара. Поднять боевой дух, наконец.