Евроняня
Шрифт:
Через секунду мстительница спала. Во сне она мнилась себе великой Марфой Посадницей, ее любимый муж, которого она защищала от подлых московских происков, был конечно же ЕВРом, а у злобного старикашки Ивана III с лицом Гены из-под тяжелой золоченой короны глумливо торчали во все стороны сине-оранжевые лохмы…
Ника с удовольствием дострачивала трусы-протез и обдумывала, как она будет объясняться с детьми, – утром на разговоры времени не было. ЕВР, прилетев, не заезжая домой поехал в банк, и пробуждение Гены, которое так хотелось увидеть, она тоже пропустила.
Гена, очнувшись, поспешила улизнуть, сообщив недоумевающему Жану, что осталась заночевать, потому что задержалась. Причем, видимо, так спешила, что свалила бутыль с шампанским! Шампанское пролилось на пол, к лужице тут же подскочила Анжи и стремительно ее уничтожила.
Рядом с Никиным рабочим местом аккуратно высились спасенные книжки. Венчала стопку все та же загадочная Марфа. К Марфиному имени после ночной увлекательной лекции Вовчика Ника теперь тоже относилась по-другому, с уважением. Наконец-то она полностью осознала величие замысла ЕВРа, давшего двойняшкам такие звучные исторические имена. Их соседство, несомненно, символизировало нерушимое единство свободолюбивого русского народа с мудрой и правильной русской же властью, ориентированной на Запад. Которое вкупе просто обязано было завершиться наступлением вселенской гармонии.
Ника сделала последнюю красивую строчку, отложила трусы и открыла книжку про Марфу. Что? Речка? На Кольском полуострове? Вот это она влипла… С одной стороны, без книжки ЕВРу на глаза не покажешься, а с другой… Ника представила недоуменное лицо хозяина и затосковала.
– Вовчик, придумай что-нибудь, книжка-то «Марфа» оказалась про речку… – попросила она брата, для начала обрадовав его готовностью первого опытного экземпляра трусов-протеза.
– Не парься! – утешил ее счастливый Вован. – Скажи банкиру, что речку эту в честь Марфы Посадницы назвали новгородские ушкуйники, которые сбежали от Ивана III на Мурман.
– А на самом деле как было? – насторожилась Ника.
– Никто точно не знает, отвечаю! – уверил братан. – Жди, скоро буду.
Примерка Никиного шедевра состоялась в шикарном лимузине цвета слоновой кости, на котором Вован подрулил к дому ЕВРа. Ника при самом действе не присутствовала, ожидая вердикта в кабине рядом с Гориллой. Вовчик возился довольно долго, потом опустил стеклоперегородку.
– Сестренка! – В его голосе звенели слезы счастья. – Работает идеально. Я – твой вечный должник!
– Да ладно! – зарделась от заслуженной похвалы кутюрье. – Скажи лучше, откуда у тебя столько машин? Кабриолет, джип, теперь лимузин?
– Веруня, золотце, это же все шелуха, пыль. Ты что, забыла, кто у тебя братан? Хочешь, бери любую!
– Зачем? – удивилась Ника. – У меня и прав-то нет!
– Подарим!
– Не надо! – испугалась девушка, мгновенно вспомнив историю с Гениными правами. – Лучше на курсы пойду!
– Правильно, сестренка. А пока не выучишься, я тебе водилу к машине подарю. В придачу. Надоест – вернешь.
Вероника вспомнила слова Гены о дороговизне автомобиля и решила, что уж если что-то и брать, на время, разумеется, то именно кабриолет, машиненку маленькую, незаметную, неказистую.
– Самому что, не надо? – из вежливости спросила она. – Зачем тогда покупал?
– Я и не покупал, – пожал плечами Вовчик. – Я ее у Мишки Трипроцента в чехарду выиграл. – Он весело прижмурился, видно, вспоминая увлекательное состязание. – Мишка-то на должности пузо наел, скакал тяжело, а я еще одному из быков, через которых прыгали, стольничек сунул, ну, чтоб задницу приподнял, когда Мишка пойдет… – Вован весело расхохотался. – На четвертом человеке Мишка и сверзился. Я-то тренированный, семерых перепрыгнул!
Ника совершенно не представляла, кто такой Мишка Трипроцента, но и уточнять не стала – зачем? И так понятно – мафиози. А об этом страшном мире она ничего не хотела знать! Головастик, истолковавший ее молчание как согласие, коротко бросил кому-то в мобильник: «Кабриолет ко мне, мигом!»
Они не успели перекинуться еще и парой-тройкой фраз, как рядом с лимузином припарковался тот самый кабриолет, вчерашний. При дневном свете он выглядел куда лучше: и цвет такой мерцающий, зелено-голубой, словно хамелеон, и фары лупастенькие, и корпус ладненький, как облизанный. Вот если б еще крышу настоящую, а не эту черную брезентуху. На чистеньком задке кто-то, видимо, для понту пришпандорил эмблему от «Мерседеса». Зачем? «Мерседесы», они вон какие…
– Документы оформлю сегодня же, – пообещал Вовчик, усаживая сестру на водительское сиденье, и долго любовался, как Вероника, словно маленькая девочка, крутила руль, нажимала на педали, играла с рычагом автоматической коробки передач и подпевала мелодично пиликающему клаксону.
Увлеченная освоением очередной опции – открыванием и закрыванием черной мягкой крыши, – девушка совершенно не смотрела по сторонам. А потому и не заметила, как рядом со светлым лимузином Головастика солидно пристроился темный лимузин ЕВРа, как из него выскочили Петя с Марфой и следом вышел сам банкир.
– Ника! – уже заглядывала в кабриолет любопытная Марфа. – Чья это машинка? Можно, я тоже крышу пооткрываю?
– Ух ты, клё-ёвая тачка! – одобрил Петр.
– Здравствуйте, Вероника Владиславовна, – поприветствовал ее удивленный ЕВР.
Ника боком, неловко, вылезла из низкого салона, за ней вышел Вовчик.
– Знакомьтесь, – пролепетала Ника. – Это Евгений Викторович, мой работодатель, а это – Владимир… – она на секундочку запнулась, – мой брат.
– Вован! – энергично тряхнул Вовчик тонкую и сухую руку ЕВРа.
– Ропшин, – ответил ЕВР, глядя на незнакомца как-то очень странно. – А я и не знал, что у вас есть брат.
– Троюродный, – заторопилась в объяснениях Ника, – только что из Орска приехал!
– Из Орска? – ЕВР пристально смотрел на Вов чика. – Орский, значит?
– Он самый, – подтвердил Вован, тоже глядя на ЕВРа как-то странно. Вроде и снизу, поскольку был значительно меньше ростом, но в то же время явно свысока.
– Приятно было познакомиться, – вежливо прервал перестрелку глазами ЕВР. – Дети, пошли.