Еврейское остроумие
Шрифт:
На столике стоят соленые крендельки. Он съедает один — и вдруг чувствует, что сыт.
— Знал бы, заказал бы с самого начала один кренделек! — говорит он.
Хелмский меламед нашел работу в соседнем городе. Хотя это не очень далеко, домой он приезжает только раз в год, по большим праздникам.
— Почему ты не приезжаешь каждую неделю? — спрашивает его кто-то.
— Не могу себе этого позволить. Я бываю дома раз в году — и каждый раз после этого жена рожает мне ребенка. Представь, что было бы, если бы я приезжал каждую неделю!
Гершеле
Согласно старинному поверью, в ночь на Тиша-Беав небо разверзается, и в этот миг исполняются любые желания.
В ночь на Тиша-Беав Гершеле и другие евреи сидят перед синагогой, каждый произносит свое заветное желание. Гершеле мечтательно говорит:
— Я хотел бы быть королем. На мое королевство нападают враги, мой дворец в огне — я выбегаю в одной рубашке…
Его слова слышит ребе — и спрашивает удивленно:
— Странное желание! Чего ты, собственно, желаешь? Гершеле, вздыхая:
— Рубашку, ребе!
Вариант.
Гершеле говорит:
— А еще я хотел бы быть единственным попрошайкой в Бердичеве.
Собеседники, ужасаясь:
— Ты хочешь быть нищим?
— Почему нищим? Вы знаете, сколько денег выплачивают за год бердичевские благотворительные кассы? Десять тысяч рублей! И все это досталось бы мне!
Гершеле Острополер пропил последнее, что у него было, и спит на голой скамье. Люди советуют ему:
— Меньше пей и купи себе подушку, набитую перьями!
— Ну уж нет, — говорит Гершеле. — Как-то раз я спал на одном-единственном перышке. Утром я был весь разбитый. А теперь вы говорите, чтобы я спал на целой подушке с перьями!
Когда к ребе, у которого служил Гершеле, приходили за советом иногородние евреи, Гершеле — в отсутствие хозяина — часто выдавал себя за него.
Однажды к ребе пришел молодой мужчина и спросил, искуплен ли его грех. Он честно отбыл свое наказание: три дня жевал солому. Удивленный ребе заподозрил, что дело тут не обошлось без Гершеле, и призвал его к ответу.
— Да, ребе, — ответил Гершеле, — я принял парня, когда вас не было. Он рассказал, что ночью ошибся дверью, а когда собрался лечь в постель, оказалось, там уже лежит смазливая девушка. Он удрал, но все-таки чувствует себя грешником и хочет искупить свой грех… Ну так вот: если ты убегаешь от красивой девушки, которая лежит в постели, то ты — скотина и должен жевать солому.
К цадику, у которого служил Гершеле Острополер,
— Ребе, вы смотрели в свои фолианты, и у вас выходило, что в конце концов муж должен вернуться. А я посмотрел на женщину, и мне стало ясно: он ушел навсегда!
У бедной женщины тяжелые роды. Ее мать приходит к ребе за советом; когда она уходит, Гершеле тоже дает ей совет: пусть положит роженице на пупок крейцер. И что вы думаете: совет Гершеле оказался удачным.
— Как это тебе пришла в голову такая идея? — спрашивает его ребе.
— Очень просто, — отвечает Гершеле. — Я же знаю: если бедняк почует где-нибудь крейцер, он сразу туда прибежит.
Гершеле оказался в чужом городе. Вечер пятницы. Никто из местных и не думает пригласить его к себе на шабес.
Тогда Гершеле идет в дом богатого ювелира и спрашивает:
— Сколько бы вы заплатили за бриллиант с яйцо величиной? Или, может, лучше мне спросить у ваших конкурентов?
Ювелир, разумеется, приглашает Гершеле провести у него шабес. Ведь в святой день нельзя ни продавать, ни покупать, а если отпустить чужака, конкуренты его в конце концов перехватят.
Гершеле принимают, как герцога. Когда шабес завершился, ювелир говорит:
— Ну, показывайте ваш бриллиант!
— Какой бриллиант? — удивленно спрашивает Гершеле. — Я торгую подержанной одеждой. Я хотел только узнать цену, на случай, если вдруг найду такой бриллиант в кармане старых штанов.
Гершеле долго жил у дяди и смертельно ему надоел. Когда он наконец стал прощаться, дядя, человек хорошо воспитанный, сказал:
— Приезжай еще, когда будет какой-нибудь праздник!
Гершеле уходит. А через час опять является.
— Что это значит? — спрашивает дядя.
— Вы сказали, — отвечает Гершеле, — чтобы я приезжал, когда будет праздник. Я уверен: когда я уезжаю, для вас это большой праздник!
Гершеле заложил свои часы.
Среди Ночи он барабанит в дверь ростовщика и кричит:
— Который час?!
— Вы что, с ума сошли — будить меня из-за этого?
— Я верю только своим часам, а они у вас!
В бедное жилище Гершеле Острополера забрался вор. Он обыскивает все углы, но ничего ценного не может найти. Наконец он останавливается, чтобы прикинуть, где еще поискать, и в задумчивости берет понюшку табака. Гершеле, который до сих пор, затаившись, лежал под своим тряпьем и наблюдал за вором, тихо подходит к нему и тоже пытается взять щепотку табака. Вор испуган.