Эволюция

Директива 81/17 выполнение невозможно…

Директива 81/18 выполнение невозможно…

Директива 81/21 выполнение невозможно…

Директива 82/04 выполнение невозможно…

Зафиксировано

изъятие из системы основного источника питания.

Переход на резервную батарею — невозможен. Активирован аварийный модуль питания, отключение системы приостановлено.

Объем энергии девяносто семь процентов, истощается.

Директива B 23/001 — Приоритетная задача обеспечить выживание… Статус… Выполняется.

Все!

Это конец!

Внутри меня словно что-то оборвалось. Разум отказывался верить в то, что видели мои глаза. Крейсер «Фауст» — наша единственная надежда на спасение, сейчас объятый пламенем, просто падал вниз…

Сбитый неизвестным, но крайне мощным оружием…

Эта огромная махина, вооруженная тяжелыми корабельными фазерами, прочнейшей броней и мощной энергетической установкой — гордость флота Федерации. Один из лучших кораблей Земли.

Я настолько сильно сжал приклад винтовки, что раздался хруст. То ли пластик, то ли мои кости не выдержали.

— Не-е-ет! С-суки! Не может быть, — это был захлебывающийся голос Анны. — Как же так?

Я мельком глянул на посеревшее от напряжение лицо майора Раттлера. У офицера тряслись губы.

Почти все защитники пялились в небо, уже не заботясь о том, что охотники и летяги уверенно приближались к главным воротам.

Мне на плечо легла рука. Обернувшись, я увидел побледневшее лицо и округлившиеся глаза Анны.

— Алекс… Как это? Неужели все…?

Я судорожно выдохнул, отвернулся.

Все. «Фауст» больше не приоритетная цель. Сейчас бы отбиться, а там что-нибудь придумаем.

В этот момент раздался тяжелый удар. Земля вздрогнула. Крейсер рухнул где-то на равнине, километрах в ста отсюда. Если хоть что-то уцелело, нужно обязательно наведаться на место крушения. Но это потом. Если выживем.

— Раттлер! — заорал я, обернувшись к майору. — Командуй!

И майор, словно очнувшись, отреагировал.

Поморгал глазами, качнул головой, поднял ракетницу и, громко вскрикнув, первым выжал спусковой крючок.

— Огонь!

Его ракета влетела в самую гущу летяг, оглушительно рванув. Брызнувшие во все стороны осколки, разорвали сразу несколько десятков тел.

— Огонь! Огонь!

Дальше, перед бункером, словно приоткрылись врата ада. Заработали охранные модули, ударили танки, снайпера, гренадеры. Стреляло все, что могло стрелять. Плотные ряды приближающихся противников мгновенно скосило — плазменные и импульсные заряды, взрывы, дорожки

пуль уверенно делали свое дело.

Почти сразу рухнул огромный бронированный рак. Ракета угодила ему прямо в морду, разворотив глаза, пасть и незащищенную часть в клочья. Гигант, по сути оставшийся без головы, завертелся на месте и раздавив часть более мелких товарищей, завалился вниз, частично перекрыв дорогу.

Поток огня был таким, что выжить в этом рукотворном урагане было просто нереально. Разом сократив число нападавших почти на четверть, твари неожиданно отступили. Причем не абы как, а организованно…

Но дальше в дело вступили ОНИ.

Один из кораблей пришельцев завис в воздухе, приоткрыл борт и откуда-то из темных глубин трюма вылетели плотные шары, раскрываясь прямо в воздухе. Жахнула вспышка неизвестной энергии. Еще одна. Еще.

Танки и «Циклопы» неожиданно захлебнулись, почти одновременно прекратив огонь. Вся электроника вырубилась. Винтовки и рельсотроны еще работали, но без компьютерного наведения эффективность огня сильно снизилась.

Я знал, что это за странные шары. Открываясь, они создают круговую направленную электромагнитную волну, полностью выжигающую любую более-менее сложную электронику. И сейчас они деактивировали большую часть нашей обороноспособности.

— С-суки! — прорычал я, меняя магазин. Кажется, теперь это существенно изменит ход боя.

И я не ошибся. Дальше все резко изменилось…

В сторону наших стен и ворот полетели сотни кислотных сгустков, с легкостью дырявя толстый металл, словно обычную фольгу. Они застучали по броне, по стенам, воротам. Очень быстро прожигая металл, растекающиеся сгустки разом ослабили конструкцию ворот чуть ли не на треть. Рухнула левая сторожевая вышка, обвалилась восточная секция. Послышались крики. Грохот.

А затем все резко смолкло. Охотники и мелкие летяги резко отхлынули обратно в ущелье. На дороге остались только многочисленные растерзанные тела, окровавленные ошметки и фрагменты, лужи зеленовато-бурой жидкости…

Справа и слева послышались звуки перезарядки винтовок, минометов. Защитники пользовались моментом затишья.

Один из кораблей пришельцев сел прямо на дорогу, метрах в двухстах от ворот. Левый борт приоткрылся и наружу выбрался один из костлявых пришельцев.

Я сразу же узнал его.

Это был тот самый пришелец, что смотрел на меня в камеру, когда обезвредил группу Раттлера на базе колонистов. И хотя все эти уроды были сильно похожи друг на друга, все же этот чем-то отличался. И я не мог сказать, чем именно.

Пришелец медленно двинулся вперед, старательно обходя дымящиеся трупы. Черный шлем, скрывающий его морду, смотрел точно на башню, где стояли я и Раттлер. Но не долго, всего несколько секунд.

Вот он остановился, осмотрелся по сторонам. Почти одновременно с этим, правая половина ворот сорвалась с массивных петель и с душераздирающим лязгом, уткнулась нижним краем в камни.