Эволюция Юности
Шрифт:
– Ну, раз уж мы обратились к моей скромной персоне… Вы всё равно это узнаете, так что лучше я всё сам расскажу. Несомненно, Вы услышите кучу версий о том, каким образом я оказался в Академии. Самая популярная - это то, что здесь работала на административной должности моя тогдашняя девушка. Это, прямо скажем, не совсем так. Я действительно встречался с… кхм-кхм, - он закашлялся, - некоторыми работниками Академии, но всё это не больше, чем простое совпадение. Непрофильных преподавателей по очереди раскидывают по всем институтам, и вот Академии не повезло, - он засмеялся, предлагая оценить шутку. Большинство же приняло её всерьез. Что же касается Айении, то она сразу приняла аланиновскую версию как более вероятную. Ни одна вменяемая женщина не согласилась бы на то, чтобы это 'чудо' присутствовало
Русоволосая девушка робко подняла руку, что свидетельствовало о крайней стеснительности: даже Айения не испытывала никакого напряжения при мысли об общении с куратором.
– Извините, не могли бы Вы рассказать, пожалуйста, об аттестационном порядке?
– Ах, да! Как же я мог забыть?!
– он хлопнул себя по голове.
– Извините, совсем вылетело. Так вот, обучение у нас, можно сказать, традиционное, так называемый, 'предметный курс'. Вы проходите интенсивное обучение по нескольким предметам зараз, как только программа выполнена, сразу ставится экзамен, на подготовку к которому дается три дня. Плюс в декабре будет промежуточные срезы по основным предметам, как раз когда Вы пройдете половину курса. В числе этих предметов будут и те, которые преподает Ваш покорный слуга, - он дурашливо поклонился.
– На основе сданных экзаменов и тестов осуществляется перевод на следующий семестр. Учиться придется много, но не зубрёжкой одной жив человек, да и другие гуманоиды!
– он настолько разогнался, что Асатани пришлось притормозить его взглядом, способным заморозить Мировой океан.
– Я это о том, что у нас полно возможностей для внепрограммный занятий, хотя бы взять ту поляну для медитаций… Проблема в том, что они размещены по всем отделениям Университета, так что вам лучше обратиться на наш архив… А как это сделать - я вам не скажу!
– он протянул это с такой идиотской улыбочкой, что Ени испугалась: так явно выставлять себя идиотом перед кучей студентов, в том числе сидящей прямо под носом Королевой Льда (так она уже окрестила про себя Асатани), мог только явно психически нездоровый человек. Аланин, видимо, почувствовал, что что-то не так, потому что вместо понимающих улыбок он увидел, как его студенты начали группироваться за своими столами, готовые к немедленному старту, если он сделает какое-либо резкое движение.
– Понимаю, - он опять почесал в затылке и так грустно улыбнулся, что, по мнению Айении, ему можно было простить всё.
– Я опять делаю из себя дурака, не так ли?
– все осторожно кивнули, стараясь не моргать.
– Простите меня, пожалуйста, - этот его вздох Ени бы даже назвала сексуальным.
– Просто вы у меня всего вторая группа за чёрт сколько лет, а первую у меня отобрали через два дня… Но я в этом не виноват!
– поспешно воскликнул он.
– Какие-то бюрократические накладки. Вот я и старался вам понравиться… - серебристый виноватый смех куратора усладил слух всех присутствующих. 'Нет, не больной', - с облегчением подумала Ени.
– 'Просто придурок'.
– Так, может, я что-то упустил?
– просительно сказал Ксандр.
– Спрашивайте, теперь я отвечу на все вопросы.
Все сидели как замороженные. Куратор становился всё несчастней на вид с каждой секундой. И тут произошло невероятное - со своего места поднялась Королева Мрака (тоже вариант), кивнув преподавателю, повернулась к студентам и сказала:
– Что ж, если у нас больше нет вопросов, тогда, может, не стоит задерживать господина куратора?
– и, не дожидаясь ответа, который выразился в молчаливом одобрении, обратилась к преподавателю.
– Господин Аланин, мы благодарны Вам, за то, что Вы уделили нам часть своего времени и за эту вступительную лекцию. ('Хорошо хоть, не сказала - содержательную', - мелькнуло в голове у Ени) До свидания!
Огромнейшее облегчение отразилось на аланиновском лице, он смотрел на Асатани так, как будто был готов на ней жениться и передать всё имущество в это же мгновение. Это же чувство, правда, не настолько гипертрофированное, разделяли и остальные. Айения услышала шепот: 'Наконец-то этот кошмар закончился!' Нестройное 'До свидания!' прозвучало в воздухе, и все поднялись со своих мест. Аланин счастливо помахал всем рукой и направился к выходу лёгкой походкой,
– Но всё же, господин куратор, я бы хотела Вам задать несколько вопросов в личном порядке. Вы не против?
Не было надобности упоминать, кто изъявил такое желание. Айения отчетливо видела, как Ксандр сглотнул. Что ж, Асатани вытянет из него всю информацию, даже ту, которую он сам не знает. Такая девушка не любит быть неосведомлённой.
Продвигаясь к выходу, Ени оказалась в опасной близости от Лецри. Его взгляд, устремленный на неё, вполне можно было окрестить 'нехорошим'. Девушке совсем не улыбалось в первый же день учебы выслушивать лецриевские комментарии о происхождении её подруг и прочие оскорбительные сентенции по поводу знатности рода. Поэтому она упредительно посмотрела на него так злобно-высокомерно, что наследник благородного рода дрогнул и даже не порывался открыть рот.
Но всё же Ени решила прибегнуть к дополнительным мерам предосторожности и, когда все спускались вниз, задержалась на втором этаже, чтобы поподробнее рассмотреть картины. Таким образом, она была избавлена от общества Акараса. Новоявленные студенты Академии тихо исчезли в порталах, даже не пытаясь обсудить пережитое: все словно хотели побыть наедине с собой. Айения выбрала для этого идеальное место. До перерыва занятий оставалось ещё довольно много времени, и в Академии царила практически полная тишина. Она тихо переходила от одной картины к другой, каждый раз поражаясь причудливой системе коллекционирования, а точнее, полному отсутствию таковой. Здесь висели древние картины, которым было самое место в самых уважаемых музеях, и явно дилетантские эскизы, соседствовали батальное полотно впечатляющих размеров и скромный лист с наброском цветка. Ени была ужасно заинтригована и решила непременно прояснить эту тайну. Но как бы она ни ломала голову над этой головоломкой, одна мысль засела глубоко в её сознании, рефреном сопровождая её размышления: воспоминание о том мужчине, вошедшем в Академию уже после приветствия. 'Кто же это был? Точно не студент, явно старше тридцати. А если преподаватель, то почему его не было на приветствии, да и одет не так… Хотя, если вспомнить Ксандра…' - Ени невольно улыбнулась, вспомнив свой шок при знакомстве с куратором. Эх, и почему он куратор?
– 'Может, просто зашёл по делам? Тогда я его не смогу больше увидеть! Да что это со мной?!' - спохватилась она.
– 'Почему меня так интересует этот мужчина? Я видела его меньше десяти секунд!' - Не ответив себе самой на этот вопрос, она закончила экскурсию и направилась домой.
Было около полудня и улицы Друина были на удивление пусты, видимо, потому, что девушка подсознательно старалась выбирать те, что подальше от центра, при этом потратив на полчаса больше времени и сделав крюк в другую сторону. Но, чтобы попасть в другую половину города, ей всё же пришлось перейти через Главную улицу и там к ней подошёл высокий мужчина пятидесяти лет в военной форме. Ничего не говоря, он несколько секунд, не отрываясь, смотрел на брошь, приколотую к пиджаку Айении, так что она встревожилась.
– Скажите, пожалуйста, почему Вы носите этот герб?
– наконец спросил незнакомец, пристально глядя на неё. Ени автоматически прикрыла брошь рукой и напряжённым голосом ответила:
– Это герб моей семьи.
– Ваша фамилия…
– Шонор, - твердо закончила девушка.
– Я - дочь Летиции Шонор.
– Значит, это правда, - мужчина провел рукой о лбу, словно отирая пот.
– Когда мне сказали, что на Главной площади видели девушку с гербом Шоноров, я сначала не поверил, но если да, то, значит… Как…?
Айения продолжала смотреть на него с подозрением, поэтому он поспешил представиться.
– Прошу прощения. Я - полковник Второго Звездного Флота Эшли Даркент. Мы вместе с Вашей матерью служили вместе, точнее, - он смутился и быстро поправился, - я служил под её началом. У нас были очень хорошие отношения. Я до сих пор с ужасом вспоминаю ту минуту, когда узнал о её гибели. Никто не мог поверить, что род Шоноров, принесший столько славы Империи, пресёкся навсегда.
– Но если Вы были близко знакомы с моей матерью, то почему ничего не знали о моём рождении?
– нашла Айения несоответствие в рассказе нового знакомого.