Эволюция целителя 7
Шрифт:
Я рассмотрел стоянку. Несколько джипов, минивэн, представительный кадиллак и куча вооружённой охраны.
«Ну что, вот и эти черти. Видишь минивэн? Ментальный след привёл именно к этой машине, — доложил Карыч. — Вызываю Шустриху?»
«Вызови, но пока ничего не предпринимаем. Ждём», — сообщил я пернатому.
«Ага, понял. Хочешь увидеть заказчиков, — хихикнул Карыч. — Так я это… могу и в дом проникнуть».
«Посмотри, кто там. Только аккуратней».
Дом медленно приблизился, затем я увидел приоткрытую форточку,
И сразу же вылетел обратно.
«Опасно. Чуть не сработали ловушки. Две успел заметить», — вздохнул питомец.
«Тогда не рискуем. Ждем, когда выйдут заказчики», — ухмыльнулся я.
Пары секунд нахождения Карыча в доме мне хватило, чтобы заметить знакомые физиономии. Анаболик и Мамонт сидели за столом и о чём-то оживленно беседовали. Вот уж не думал увидеть их вместе.
Рядом открытый кейс с деньгами и мужик в очках, который считал купюры и откладывал их в кожаную сумку.
Вряд ли они бы просто так объединились. Ведь знают, что у меня надёжные связи. Значит, их кто-то нанял из аристократического общества, и статус его не ниже, чем у князя Меньшикова.
«Да, я тоже успел рассмотреть. Знакомые рожи, — согласился со мной Карыч. — Будем ждать?»
«Да, подождём… По команде выпускай свою птичку. И цель — только машины. Просто напугать и свалить», — предупредил я пернатого, слыша настойчивое карканье неподалёку.
«Да, понял. Побыстрей бы… А то она меня уже задолбала своим нытьём, — пожаловался питомец. — Ты же слышишь, как надрывается? Хочет уже кинуться в атаку. Кое-как сдерживаю».
Через десять минут входная дверь открылась. На пороге показался Мамонт, и он хохотал. Анаболик ему что-то рассказывал и сам хрюкал от смеха.
Они сошли с крыльца. До стоянки буквально пятнадцать метров.
«Вперёд!» — отправил я ментальный приказ.
Шустриха отреагировала ровно через секунду. Чёрная бестия вспорхнула с ветки, а затем вокруг неё возник сияющий купол.
— КА-А-А-А-АР-Р-Р-Р! — загрохотало в воздухе, заставив охрану выхватить огнестрельное оружие.
— Ба-а-а-ам-м! — кадиллак разорвало на две части, мелкие обломки разлетелись на десять метров.
— Кто это?! Мочите! — заорал Мамонт, бросаясь в сторону крыльца. Он споткнулся на ступеньке и заехал лбом в дверь.
Я прыснул со смеху. Ну вот и получил, гад.
Анаболик исчез в доме, но через минуту вновь показался на пороге с автоматом, напоминающим Узи. Именно в это время на две части разнесло один из джипов. Часть крыши влетела в чердачное окно, разнося его в хламину.
— Кто?!.. Найти!.. Бегом!.. — отрывисто кричал Анаболик.
Мамонт, которого закрывали телохранители, спрятался на террасе и что-то мямлил, трогая шишку на лбу.
— Ба-бах! — разнесло ещё один джип.
Шустриха действовала тактически грамотно — целилась в кристалло-аккумуляторы, которые и детонировали
Раздалась стрельба, но палили в основном куда-то либо в небо, либо в лес, хотя Шустриха уже была далеко от этого места, да и Карыч переместился в астрал и теперь задорно хохотал в моей голове, смакуя эффектный налёт на двух авторитетов.
Я тут же нашёл контакт Анаболика и отправил ему весточку. Пора поставить в этом деле точку. И я уверен, вряд ли авторитеты после этого хоть пальцем пошевелят в мою сторону. Своя шкура дороже любых денег.
Картинка исчезла, а я открыл глаза, заметив неподалёку Захарыча, который что-то объяснял Пуле.
— Ну вот и всё. Я знаю, чьи люди подожгли клинику, — произнёс я, довольно улыбаясь.
Китай, провинция Лунь Хуань, за час до этого
— Ты отвлекаешься, ученик, — нахмурился седой длиннобородый старец. — Держи палку ровно.
Сын Анаболика смахнул пот со лба и чуть не потерял равновесие. Мастер Сун Ли издевался самым наглым образом. Оставить бы этого старика на пару часов в позе цапли, да ещё чтобы держал в вытянутой руке палку. Посмотрел бы Яков, как бы запел этот старпёр. Завыл бы благим матом уже через полчаса.
— Учитель, я и так простоял больше часа на одной ноге, — возмутился Яков. — Это невыносимо.
— Боль — это часть тебя. Не она тобой должна управлять, а ты ею. Забудь о прошлом, не обращай внимания на ограничения, которые делают тебя слабее. Сконцентрируйся на палке, — глубокомысленно и монотонно произнёс мастер. — Ты цапля, твоя рука — клюв, а палка — лягушка. Ты держишь в клюве лягушку.
— Да ну нахер, — Яков откинул от себя палку и наступил на левую ногу. Правая онемела и покалывала, когда он уходил с тренировочной площадки.
— Стой, ученик! Два часа на одной ноге! — закричал ему вслед Сун Ли.
— Вот сам и стой пять часов, садист конченый, — прорычал под нос Яков, сбегая по ступеням. В тайнике была припасена сигаретка, которую он тихо раскурит в лесу, а потом выкрадет телефон у мастера, и созвонится с отцом.
Пора сваливать из этого дерьма. Всё будет как и раньше. Он скажет, что всё осознал, даст слово, что возьмётся за ум. Отец простит его, и всё, свобода. А слово — это же его слово. Захотел — дал, захотел — забрал.
Яков прошёл мимо двух учеников Сун Ли, которые не бельмеса не говорили по-русски. Лишь что-то лепетали на своём, аборигенском. Ни черта не понятно.
Вот и сейчас малой лысый парень увидел его, улыбнулся.
— Куо пао хунь пунь паош-шинь… — всё, что расслышал Яков.
— Ага, да-да, поцелуй меня в задницу, утырок, — оскалился сын Анаболика. — Иди нахер и хорошего денька, якорь тебе в жопу.
— Хрень пень куо-пуо, — что-то в этом роде ответил лысый, приветливо махнув ему рукой.