Эверси
Шрифт:
— Ты должна согласиться, — невнятно пробормотала я, пихнув её в плечо. — Джоуи — задница. Почему из всех парней на планете ты хочешь встречаться именно с ним?
Она драматично пропела:
— Потому что, бооооже, этот парень умеет целовааааааться!
— Фу! — Я толкнула её ещё раз. — Слишком много подробностей, чёрт побери!
Джаз громко засмеялась. И я её стукнула. Мы продолжали лежать прямо на ступеньках, каждая погружённая в свои собственные мысли, пока музыка продолжала громко играть.
— Так ты его видела? — наконец спросила я, когда начала трезветь от собственных мыслей. Я старательно избегала расспрашивать подругу
Джаз повернулась и посмотрела на меня.
— Одежда, которую ты оставила, на кухне, — сказала она, косвенно отвечая на мой вопрос, после чего продолжила: — Он сказал… он сказал передать тебе благодарность и удачи с домом. — Она вздрогнула на последних словах.
Моё дыхание со свистом вырвалось из лёгких. Это был сокрушительный удар. Я вытянула ноги и заскользила вниз по ступенькам. Достигнув пола, я притянула колени к груди и зарылась в них лицом. О боже, это было больно.
— Мне действительно следовало позволить тебе вытащить меня из этой рутины ещё несколько лет назад, — пробормотала я. — По крайней мере, так я смогла бы узнать, что значит быть отвергнутой. Эта боль… — Я глубоко вдохнула. — Это чертовски реально.
Джаз спустилась вниз, устроилась рядом со мной на полу и стала ласково гладить меня по спине.
— Я знаю, боже, как я тебя понимаю.
— Я схожу с ума по нему. Напрочь потеряла голову. Уфф. Разве это не наиглупейшая вещь, которую ты когда-либо слышала?
— Нет, дорогая. Я тебя прекрасно понимаю. И как ты могла не влюбиться в него? Мы все были без ума от Макса. Потом появилось его живое воплощение, и он оказался симпатичным. Он тебя привлёк и заставил смеяться. Ты не виновата, что он оказался таким поверхностным идиотом.
Я открыла глаза и огляделась. Какого чёрта я буду делать с полами?
— Да, он идиот! — Я залезла в карман и достала телефон.
Я нашла его номер и нажала на кнопку вызова прежде, чем Джаз поняла, что я намеревалась сделать. Она потянулась, чтобы отобрать у меня телефон, но я отскочила до того, как прошёл вызов. Тут я осознала, что ещё никогда не звонила Джеку. Включилась голосовая почта, и его голос, лаская мой слух, сказал: «Оставьте сообщение».
Гррр.
— Ты не можешь на него рычать! — сказала Джаз, широко раскрыв глаза, после чего захлопнула рот рукой.
Я не осознавала, что прорычала вслух.
— Конечно могу. Грррр, — громко сказала я для пущего эффекта. — Грр, Джек. Я зла. Я страшно зла.
Я поднялась на ноги и стала расхаживать по голому полу, пока мой гнев возрастал.
— Какого чёрта это было, Джек? И что же ты надеялся получить, отремонтировав мои полы? Честно? Ты думал, что я окажусь у тебя в долгу и поэтому буду делать всё, что ты пожелаешь? С милой, невинной малышкой Кэри-Энн можно поразвлечься на стороне, пока ты разбираешься со своей жизнью, чёрт возьми? Купить её привязанность экстравагантным подарком? Я отдам тебе каждый потраченный цент. Я никому ничего не должна. И не собираюсь ни у кого ходить в должниках. И не надо говорить мне, что это просто подарок, Джек. Именно такие подарки я не могу принять.
Я начала истерически смеяться.
— Возможно, ты подумал, что можешь купить мою девственность? Это какой-то новомодный голливудский фетиш? — Я снова засмеялась, хотя это больше походило на завывания, и поняла, что по моим щекам
— Отдай мне этот чёртов телефон! — прошипела Джаз, утягивая меня вниз. — Ты порешь какую-то чушь!
Но я не успокаивалась. Видимо, у меня всё-таки оставался последний унизительный монолог про запас.
— Ты не можешь расхаживать туда-сюда и платить людям за то, чтобы они в тебя влюблялись, так как тебе не хочется быть одному. Попробуй побыть один. Это закаляет характер. Бог знает, тебе это нужно. — И я сбросила вызов.
Джаз уставилась на меня с раскрытым ртом.
— Боже мой, надеюсь, ты ошиблась номером.
Я смотрела на неё, и, скорее всего, по моему лицу расползался ужас.
— О чёрт, — выдавила я.
— «О чёрт» — это верно. Ты только что устроила настоящую истерику. С одной стороны, ты напилась, и, думаю, для него это было более чем очевидно, поэтому он может просто всё списать на… алкоголь.
— А с другой стороны? — спросила я. Эта сторона вопроса сейчас больше всего меня интересовала. Ведь я его оскорбила всеми возможными способами.
За окном раздался громкий раскат грома, и мы обе подскочили на месте.
— Ну, с другой стороны, ты практически призналась, что влюблена в него.
Ох, так она это имела в виду.
В доме моргнул свет.
— Вот так отстой. Думаю, мне нужна ещё одна маргарита.
— Солнышко, тебе нужно принять горячий душ и залезть в пижаму, пока не отрубили электричество. Ты и так завтра утром будешь чувствовать себя как кусок дерьма, незачем усугублять положение. Пойду приготовлю нам горячий шоколад. — Джаз заключила меня в крепкие объятия, потом взяла кувшин из-под маргариты и стаканы и, спотыкаясь, поплелась на кухню. Как она ещё умудрялась сохранять голову ясной? Боже, я не могла поверить, что только что натворила.
Глава 20
Душ сотворил со мной чудеса. А огромная ложка ванильного мороженого, которое я полила горячим шоколадом, подействовала на меня ещё лучше. Электричество отключили, когда я сушила волосы. Поэтому сейчас мы с Джаз сидели на одеяле в тёмной гостиной около камина, в котором потрескивали дрова, и поглощали всё имеющееся в моём доме мороженое, пока оно не растаяло. Свои влажные волосы я зачесала назад и натянула на себя любимые фланелевые пижамные штаны в розовую клетку и чёрную обтягивающую футболку с огромным черепом на груди.
Я люблю Джека Эверси. По-настоящему люблю. Не Макса, а реального парня. И вот это действительно хреново. Возможно, я влюбилась в него потому, что он со смехом принял мою колючую натуру, или потому, что он великолепно обменивался цитатами из фильмов, или потому, что он оказался таким чертовски сексуальным… хотя мне нравилось думать, что я не была такой поверхностной, чтобы повестись только на внешность. Но если быть честной, то можно с уверенность сказать, что даже у Матери Терезы появился бы блеск в глазах, посмотри она на Джека. Или, возможно, я влюбилась в него потому, что… видела его настоящего. Испуганный и одинокий мальчишка, который оказался в центре всеобщего внимания и с полной самоотдачей посвятил себя любимому делу, несмотря на то, что мог оставаться в тени после того, как его мать по какой-то причине сбежала в другую страну. Я не была детским психологом и не знала, что именно побудило их сбежать, но понимала, что большинство людей, оказавшись в подобной ситуации, испытывали бы страх большую часть своей жизни.