Эверси
Шрифт:
Джек засмеялся, а затем потянулся вперёд и взял меня за руку. Я онемела от шока и посмотрела на парня. А тот просто закрыл глаза, на его щеке всё ещё сияла ямочка от ухмылки, и повернулся лицом к солнцу.
Я сглотнула огромный ком в горле. Что он делает?
— А почему ты решил стать актёром? — спросила я, чтобы скрыть свою реакцию на его действия. Я знала, что это классический вопрос во всех интервью, но мне стало любопытно узнать его ответ, а молчать было слишком тяжело, пока мою руку сжимала его ладонь.
Джек посмотрел на
— Что? — сказала я оборонительно. — И нет, я ещё не знаю твой ответ на этот вопрос.
— Дело не в этом. — Он покачал головой. — Я никогда не отвечал на него честно.
— Правда? Почему?
Джек резко отпустил мою ладонь, поднялся с лежака и прыгнул в самую глубокую часть бассейна. Я сжала и разжала руку, уже соскучившись по его прикосновению.
Он подплыл к краю бассейна и приподнялся на локтях. Казалось, он обдумывал мой вопрос.
— Просто я не хочу, чтобы моя профессия мешала нормальной жизни моих близких. По этой же причине я держу свою маму подальше от всеобщего внимания. Они — мои близкие — не собирались быть публичными людьми, в отличие от меня. Не то чтобы я планировал стать знаменитым, когда начинал свою карьеру. Просто я хотел играть. Мне это нравилось. Очень нравилось, — поправил он сам себя.
Я кивнула. Это имело смысл. Я увидела даже что-то благородное в его попытке держать безумство своей жизни подальше от людей, о которых он заботится.
— А кто ещё входит в круг твоих близких людей, кроме твоей мамы?
— Ну, отвечаю на твой первый вопрос, это человек, который вдохновлял меня продолжать заниматься творчеством, даже когда я этого не понимал. Директор школы в Англии. — Джек лениво провёл рукой по поверхности воды. — Мистер Чаплин был директором школы-интерната, в которой я учился. Он преподавал математику, а также занимался постановкой школьных спектаклей, попасть в которые можно было только после прослушивания, а потом были месяцы репетиций. Мы давали по шесть-семь представлений в конце года для родителей и всех, кто хотел на нас посмотреть. Обычно все билеты распродавались. Чаще всего мы ставили мюзиклы. — Он ухмыльнулся. — Да, я умею петь.
— Подожди! Ты пел в мюзиклах? Как так получилось, что таблоиды до сих пор не опубликовали твои фотографии тех времён? Или, возможно, они уже есть… Джаз должна знать наверняка.
— Почему Джаз должна это знать?
— Ах, да, я забыла тебе рассказать. Она твоя самая преданная поклонница. Она чуть в обморок не упала, когда узнала о тебе сегодня утром.
На лицо Джека набежала тень.
Я закатила глаза.
— Ну хватит, ты её не знаешь, но верь мне, мы дружим с первого дня моего переезда сюда, так что она ничего не скажет. Кроме того… — добавила я, — … если она скажет кому-нибудь, ей придётся иметь дело со мной. — Я вдруг вспомнила, что Джаз собиралась заехать ко мне после обеда. — Для справки, я сказала ей, что она сможет с тобой встретиться. Ничего не имеешь против?
Джек
Он быстро потряс головой, сбрасывая воду с тёмных блестящих волос, после чего вновь упёрся локтями в край бассейна.
— Хм, думаю, нет. — Джек уставился на меня затуманенным взором. — Но это означает, что мне придётся делить тебя с кем-то ещё. А это нечестно.
Ничего себе. Я нервно сглотнула.
— Ты знаешь, как много раз в день заливаешься краской? — На его щеке появилась ямочка.
Я покачала головой в притворном огорчении.
— Да, — пробормотала я, но не смогла не ответить на его улыбку. — Я это чувствую.
— Это чертовски сексуально.
— Э… эм, — стала заикаться я, и мои щёки запылали ещё сильнее. — Наверно, я должна сказать тебе спасибо?
Джек пожал плечами, будто это не имеет значения. Про себя я танцевала.
— Тааак, давай вернёмся к теме нашего разговора, — сказала я, когда мой голос снова стал нормальным. — Ты… ты пел в мюзиклах? Не уверена, что могу представить себе эту картину.
— Ага, ну, я не был ярым поклонником Бродвея. Я был юным и застенчивым пацаном. Мистер Чаплин всегда пытался укрепить в детях веру в себя, хотя я и не понимал этого тогда. Он так увлечённо заставлял детей играть такие роли, которые ты меньше всего ожидаешь увидеть на школьном спектакле, но которые в свою очередь формируют у детей характер, укрепляют уверенность в себе и вызывают уважение со стороны одноклассников. Сейчас, когда мысленно возвращаюсь в те времена, я понимаю, что он для меня сделал. Что вся школа для меня сделала.
— Подожди, — сделав кое-какие подсчёты, воскликнула я и внимательно посмотрела на Джека. — Ты говорил, что уехал из Англии в девять лет, тогда как же ты оказался в школе-интернате в столь юном возрасте? Как долго ты там проучился?
Кто вообще отдаёт своего ребенка в школу-интернат во втором или третьем классе… или ещё раньше? Моё сердце сжалось, и я чуть не упустила тот момент, когда Джек слегка стиснул челюсти.
Он оттолкнулся от бортика и, сделав несколько мощных гребков, проплыл на спине до середины бассейна.
— Хм, ну, в Англии некоторые семьи так поступают. К тому же я сам этого хотел. У друзей семьи сын учился в интернате, и ему там нравилось. Однажды он всё лето только и твердил о своей школе, и я тоже стал умолять родных, чтобы меня туда отдали. — Джек пожал плечами, как если бы это ничего не значило, и снова погрузился под воду. Его последние слова прозвучали не совсем правдоподобно, но я решила не настаивать на продолжении этой темы.
Я подождала, когда он вынырнет и, обходя неприятные для него вопросы, продолжила своё импровизированное интервью.