Евангелие отца
Шрифт:
– Справедливо, мистер Ной. Тем более, что заказчика у нас на этот раз нет. А разве мы работаем самостоятельно?
– Идеально. Никос, простите за назойливость, но разве не имеет смысла Вам съездить в Иерусалим?
– Именно этого я хотел просить у Вас, мистер Ной. Необходима Ваша санкция – ситуация непростая и хотелось бы знать точно: какие последствия могут возникнуть и как будут развиваться события в ближайшие дни.
– Считайте, что Вы уже получили санкцию. Еще что-нибудь?
– Да, мистер Ной. Есть еще кое-что. Здесь в скором времени появиться новая Книга. Ее фрагменты уже напечатаны в
– Книга? Вы хотите сказать, что это что-то серьезное?
– Вполне вероятно. Церковь, кажется, может сильно обеспокоиться этим вопросом. Тем более что близиться визит Папы в Иерусалим.
– Ученые всегда находят что-то неожиданно и совершенно не вовремя. Вы согласны с Никосом, мистер Доу?
– Увы, сэр. Мне тоже кажется, что Никос прав. Появление новой Книги может оказаться более серьезной проблемой, чем нам это кажется.
– Напечатаны фрагменты, говорите? Интересно было бы почитать….
– И еще раз, увы, сэр. Пока нам это недоступно. Но, мы работаем над этим.
– Что ж, раз вы оба считаете, что этим вопросом стоит обеспокоиться, то прошу Вас заняться. На этом – все, господа. Прошу меня простить, мне еще надо поработать над всем, что вы мне рассказали. Я свяжусь с Вами, Никос, еще до Вашего утреннего отъезда в Рим.
Вот так всегда, уважаемые дамы и господа! Вместо Иерусалима Никос летит в Рим, что совершенно не отменяет поездку на Святую Землю. Вот такие разговоры с боссом более всего и пугают меня: сделали вид, что поговорили, но никто никому ничего не сказал. Просто констатировали некие факты. И не было никакого разговора – обменялись мнениями и каждый сделал для себя собственные выводы. Но одно свойство мистера Ноя трудно переоценить: вместо одного заказчика у нашего учреждения с утра, к вечеру появится еще один. Только он еще об этом не знает – для этого я и лечу в Рим. Правда, думаю, что мистеру Ною, не очень понравится моя инициатива. Бизнес, дамы и господа, это пластичная композиция из цветов, денег и крови. Уродливо, немного неприятно, но в целом симпатично.
Гл. 24
Вошедший сел в углу старого дома так, чтобы свет от огня не открывал полностью его лицо. Кто знает, как повернется разговор и надо быть готовым к тому, что лицо может выдать настроение его хозяина. Кто сказал, что мы вольны управлять нашими эмоциями? Это не кино – это простая жизнь, в которой не все происходит по воле сценариста. Удобно думать, что все в наших руках и в тоже время, что все предначертано. Но наступает время, когда приходится выбирать между своей волей и надеждой, что все в руках всесильного и всезнающего.
– Я слушаю тебя, Йохам. Ты позвал меня сюда не для того, что бы угостить?
– Увы, мне нечем тебя угостить.
– Ты не прав. Слова часто бывают слаще меда и у тебя есть эти слова, если только ты не изменил своей воле.
– Все…
– В руках Всевышнего? Конечно. Тогда зачем ты хочешь что-то изменить? Или ты проник в его замысел? Мои люди сказали, что ты проснулся и хочешь вернуть себе право на место под солнцем. Так ли это?
– Так. Но ты перебил меня. Все в руках Всевышнего – это так. И моя вера как всегда сильна – просто наступило время действовать.
– Это хорошо, Йохам. Это очень хорошо. А ты говоришь,
– Я хочу справедливости.
– Мы оба верим в справедливость. Мы оба хотим одного: истины. Но, какая истина удовлетворит тебя, Йохам?
– В наших книгах одни и те же имена – разве это не повод назвать, наконец, и Бога одним именем?
– В нашей вере у Всевышнего нет имени, Йохам. Ты это знаешь. Мы договорились давно с иудеями о некоторых общих принципах и обычаях. Все это время мы все соблюдали наши обычаи строго и неукоснительно, и нас роднила ненависть к христианам. Сейчас христиане сталкивают нас лбами, и только от нас зависит, насколько они преуспеют в своих целях. Ты живое воплощение Веры: тебе, как у вас говорится, сам Бог велел? (Немного цинично, но сейчас не время считать: наступит время, когда посчитаем. Сейчас время договариваться, Йохам).
– Ты прав. Мы один народ.
– Твои слова слаще меда, Йохам. Только все не совсем так. У нас один враг и это важнее единой крови: наступает время Истины – время одной крови. И это кровь нашего общего врага.
Слышите, крысы? Слово сказано! Скоро, очень скоро наступит ваш день. И дети ваши станут сыты, и сон ваш станет радостным, и утро будет спокойным. Как же ненавидим мы крошки с чужого стола! Ждите, крысы, призыв – все очень скоро станет простым и понятным. И в этом не будет вашей вины – все сделают другие. Хвала тебе, крысиный Бог! Ты услышал наши молитвы. Что нам надо кроме тепла и мяса? Разве мы так много просим?
– Скажи, Йохам, ты вполне уверен, что твои друзья в Америке и Европе тебя поддержат?
– Да. Уже ничего нельзя остановить.
– Мне говорили о Книге, которая начала появляться. Это так? Прошло много лет с Кумранской находки, но мало что изменилось. Ты уверен, что на этот раз реакция Рима будет более значительной?
– Евангелие от Иуды было первым шагом. Почва подготовлена: слишком многих не удовлетворяет положение вещей.
– Разве так не было раньше? Разве они не знали и не сомневались ранее? Разве невнимательно читали апокрифы? Почему что-то должно измениться?
– Никто раньше не говорил обо мне. Громко и вслух. И никогда еще раньше не собирались в Иерусалиме все те, кто так ненавидел друг друга, чтобы воспрепятствовать мне.
– Ну, что ж, возможно ты прав. Написано в Коране: «В их сердцах — порок. Да усугубит Аллах их порок! Им уготовано мучительное наказание за то, что они лгали».
– Помнишь ли ты другие слова? «И сказал Бог Ною: конец всякой плоти пришел пред лице Мое, ибо земля наполнилась от них злодеяниями; и вот, Я истреблю их с земли».
– Это хорошие слова, Йохам. И эти слова говорят о многом. И говорят они об одном и том же: пора нам спускаться с этой горы. У меня только один вопрос, Йохам: ты хочешь их уничтожить? Ты хочешь править один? Истинный Царь?
– Нет. Я хочу, чтобы они остались и признали меня. Я хочу, чтобы они сами позвали меня. И это будет мучительнее для них, чем сама смерть. Но, если кто-то и закончит свой мирской путь – так тому и быть.
– Пусть будет так. Теперь давай поговорим о деле. Ты знаешь, что то, что ты начал станет причиной многих несчастий и великих перемен – ты готов к этому? Может случиться так, что ты будешь сожалеть – все-таки мы простые смертные.