Ева
Шрифт:
Она с сомнением взглянула на меня, улыбнулась и сказала:
– Иногда на меня находит… но ты этого заслуживал.
– Ты всегда так обходишься с мужчинами?
– Как – так? – насторожилась она.
– Бьешь по голове, когда они тебя раздражают.
На этот раз она хихикнула:
– Иногда.
– И тебе их не жалко?
– Нет.
Я продолжал рассматривать ее. Она сидела на краешке кровати, опустив голову, сгорбив худые плечи. Заметив мой взгляд, снова пристально посмотрела на меня.
– Нечего сидеть здесь и пялиться
– Мне нравится смотреть на тебя, – ответил я, развалившись в кресле и чувствуя себя совершенно непринужденно. – Разве нельзя просто поговорить? Это что, кажется тебе странным?
Она нахмурилась. Ее явно раздирали сомнения. Она не могла понять, то ли я попусту трачу ее время, то ли все-таки собираюсь воспользоваться ее услугами. Было ясно, что она с трудом сдерживает нетерпение.
– Ты пришел сюда только поговорить? – Она взглянула на меня и быстро отвела взгляд. – По-моему, это напрасная трата времени.
– Я так не думаю. Ты меня заинтересовала, к тому же я люблю беседовать с привлекательными женщинами.
Она демонстративно закатила глаза:
– О, вы все так говорите.
Это меня задело.
– Знаешь, я – не все и предпочел бы, чтобы ты ко мне так не обращалась, – язвительно заметил я.
Она посмотрела на меня с удивлением:
– Ты, кажется, высокого мнения о себе.
– А почему бы и нет? – Пришла моя очередь раздражаться. – В конце концов, кто поверит в меня, если я сам в себя не верю?
Ее лицо сделалось угрюмым.
– Мне не нравятся высокомерные типы.
– А разве ты себя не любишь?
Она решительно помотала головой:
– С какой стати?
– Надеюсь, ты не очередная женщина с комплексом неполноценности?
– А ты много таких знаешь?
– Достаточно. Так тебя мучает чувство неполноценности?
Она печально уставилась в погасший камин.
– Полагаю, да. – Потом опасливо подняла на меня глаза. – Думаешь, это смешно?
– С чего бы? Думаю, это довольно грустно, поскольку у тебя нет для этого никаких оснований.
Она вопросительно подняла брови:
– Почему?
Теперь я знал, что ее терзает неуверенность в себе и ей важно мое мнение.
– Если ты честна с собой, ты сама можешь на это ответить. Знаешь, мое первое впечатление о тебе… не важно, не думаю, что стоит тебе говорить.
– Давай же. – Она напряглась. – Мне хочется знать. Каково твое первое впечатление?
Я внимательно разглядывал ее, словно тщательно взвешивая достоинства и недостатки. Она наблюдала за мной, нахмурившись и, видимо, чувствуя себя не в своей тарелке, но ожидала ответа с неподдельным интересом. Я же так много думал о ней в последние два дня, что первое впечатление давно стерлось.
– Ну ладно, если тебе действительно хочется знать, – начал я с наигранной неохотой, – только вряд ли ты мне поверишь…
– Говори, – нетерпеливо велела она. – Не тяни.
– Хорошо. Я бы сказал, что ты сильная личность, в определенном
Она посмотрела на меня с сомнением и язвительно поинтересовалась:
– Интересно, скольким женщинам ты это говорил?
Но я заметил, что втайне она польщена.
– Не многим… А всё вместе – вообще никому. До сих пор я не встречал ни одной женщины с таким характером. Но я тебя еще совсем не знаю, верно? Может, я глубоко заблуждаюсь… это же только первые впечатления.
– Ты находишь меня привлекательной? – Теперь она была убийственно серьезна.
– В противном случае я бы вряд ли сюда пришел. Конечно, ты привлекательная.
– Но почему? Ведь я же некрасива. – Она встала и вновь посмотрелась в зеркало. – Мне кажется, я выгляжу отвратительно.
– Ничего подобного. У тебя есть темперамент и индивидуальность. Это гораздо важнее, чем пресная миловидность. В тебе есть что-то необычное. Гипнотическое – вот, наверное, подходящее слово.
Она скрестила руки на тощей, плоской груди.
– Мне кажется, ты беспардонный лжец, – сказала она сердито. – Думаешь, я поверю во всю ту чушь, которую ты наплел? Что тебе на самом деле нужно? Никто не приходит сюда, чтобы просто ко мне подлизываться.
Я расхохотался:
– Не сердись. Знаешь, мне тебя жаль. У тебя действительно ужасный комплекс неполноценности. Что ж, в один прекрасный день ты мне поверишь. – Я наклонился к ночному столику, чтобы рассмотреть книги. Несколько номеров журнала «Франт пейдж детектив», потрепанный том Хемингуэя «Иметь и не иметь» и «Ночная жизнь богов» Торна Смита. На мой взгляд, довольно странная подборка.
– Ты много читаешь? – спросил я, намеренно меняя тему разговора.
– Когда попадается хорошая книга, – ответила она, смутившись.
– Ты когда-нибудь читала «Ангелов в соболях»? – спросил я, называя свою первую книгу.
Она порывисто подошла к туалетному столику, взяла пуховку и припудрила подбородок.
– Да… она мне не очень понравилась.
– В самом деле? – Я был разочарован. – Хотелось бы знать – почему?
Она пожала плечами:
– Просто не понравилась.
Отложив пуховку в сторону, она оглядела себя в зеркале и вернулась к камину. Ее движения были беспокойными и нервными – ей стало скучно.
– Но ведь должны быть причины. Она показалась тебе нудной?
– Не помню. Я читаю так быстро, что никогда не запоминаю содержания.
– Ясно… в любом случае она тебе не понравилась. – Меня раздосадовало то, что она не могла вспомнить мой роман. Мне бы хотелось обсудить его с ней, получить хоть какой-то отклик, даже если книга оставила ее равнодушной. До меня начало доходить, что с ней будет трудно поддерживать обычную беседу. Пока мы не узнаем друг друга ближе – а я твердо решил сблизиться с ней, – тем для разговоров ничтожно мало. Сейчас у нас не было ничего общего.