Ева
Шрифт:
Не прикованный к какой-либо планете, Вейдер постоянно перемещался по Космосу, и никто не мог точно сказать, где он окажется завтра.
Отчасти такое решение Вейдера было обусловлено его желанием тотчас вмешаться в любой конфликт, как только весть о его разгорании появится в эфире, а отчасти потому, что Дарт Вейдер опасался за свой Триумвират.
О том, что он приблизил к себе Фреса, уже поползли шепотки, хотя никто даже не догадывался, что на самом деле из себя представляет этот ничем не отличившийся на службе офицер. О том, что рядом с ним Дарт София, вообще никто не знал; но и одного намека на то, что Ситх Леди принята
Поэтому Дарт Вейдер предпочёл уединение.
Сразу после переговоров шаттл Дарта Фреса прибыл на "Затмение", и адъютант Виро проводила его в апартаменты Вейдера, где уже ждали подробностей сделки с моффами.
Фрес не стал в красках описывать ужасы, постигшие Бисс. Он изложил лишь самую суть: моффы, лишённые прежней власти и влияния, не желают мириться с таким положением дел, просят вернуть им старую добрую Империю и дать защиту от психопата Вайенса.
— Это реальная возможность выиграть войну малой кровью, — сказал Дарт Фрес, задумчиво разглаживая стол, словно стирая пальцами малейшие неровности. — Дарт Акс и горстка его людей. Прямо сейчас, пока они не имеют реальной поддержки. Пока свежи воспоминания о ночи резни. Пока моффы не отошли от шока. Пока Дарт Акс не опомнился и не купил их ласками и щедрыми дарами.
— Дарта Акса можно устранить тут, — произнес Вейдер. — Если лидеры Альянса узнают, кто скрывается под маской Императора…
— Слишком поздно, — встрял ботан. — Слишком.
Ситхи перевели взгляды на него, и ботан, придавленный тяжестью этих взглядов, торопливо пояснил:
— Вы же знаете, Лорд Вейдер, как это бывает. У генерала Вайенса много покровителей, и даже в Совете, — ботан интимно понизил голос, — к нему прислушиваются. Ваш голос против него теперь будет выглядеть как навет, как ложь, как оговор. Все знают о вашей взаимной неприязни, и все знают, что он… э-э-э… ваш счастливый соперник. Поднимется скандал, вас обвинят в том, что вы стараетесь устранить соперника. Общественное мнение будет против вас, вы увязнете в обвинениях и интригах.
— Ну, так можно же попросить генерала Вайенса показать правую руку, — с удовольствием промурлыкала Дарт София, щуря глаза.
Фей'лия пожал плечами:
— Миледи, идет война. Генерал Вайенс участвовал в боях, это любому известно. Скажет, что был ранен. Найдёт свидетелей.
— Мне кажется, вы не хотите, чтобы мы устранили его, — неодобрительно заметила Дарт София. Фей'лия нервно фыркнул:
— Я?! Не хочу?! Да очень хочу! Но я реалист, и я говорю так, как есть. Желаете знать имена тех, кто вступится за него? Извольте, я назову их. Но что вы станете делать потом? Лорд Фрес к ним наведается? Хорошо, отлично. Но это настроит Альянс против вас, и дело кончится банальной резней, междоусобицей, и вы окажетесь отверженными одиночками! Часть флота подчинится вам, а часть восстанет. И вместо того, чтобы устранить одного Вайенса, вы будете драться с ополчившимся Альянсом. Нет, бить его нужно там, где у него меньше союзников, где никто ему не подаст руки, где каждый кинет в него камень, будь такая возможность.
— Он не такой дурак, как кажется, — возразил Дарт Фрес, — точнее, он вовсе не дурак, судя по той ловкости, с какой он разделался с
Дарт Вейдер встал из-за стола переговорщиков, столешница которого была идеально круглой, дабы все участники совещания чувствовали себя равными, и неторопливо прошел к панорамному иллюминатору, за толстым бронированным стеклом которого простирался прекрасный Космос. Синие глаза Вейдера смотрели туда, в расцвеченную звёздами тишину и темноту, рассекаемую лишь потоком СИД-истребителей, проводящих очередные учения.
Его рука легла на толстое гладкое стекло, пальцы, затянутые в чёрную кожу, словно ласкали покорную ему галактику.
— Он обязательно вернётся, — произнёс Дарт Вейдер глухо. — Есть одно незавершённое дело.
Дарт Фрес оказался на ногах, при звуке голоса поднялся и Фей'лия.
— Ева! — произнес Фей'лия, осенённый догадкой.
Дарт Фрес ничего не сказал, но на его тонком лице играло выражение мрачного торжества. Казалось, он сию минуту готов ринуться в бой, и исправить свою оплошность. Тщеславный, он не мог забыть, что одна из его жертв осталась жива после встречи с ним, и стыд прижигал его сердце невыносимо.
— Императрица, — поправил Вейдер, опуская руку и оборачиваясь к столу. — У нас с вами в руках осталось то, что интересует Дарта Акса намного больше, чем вся его Империя. Его Императрица, господа. Он непременно явится за ней. Он не сможет оставить её здесь, мне. Он попытается забрать её.
— Предупредить леди Рейн? — поинтересовался Дарт Фрес, прищурив стальные глаза. Кто знает, о чём размышлял этот хитрец, но что-то говорило о том, что он правдами и неправдами хочет первым оказаться рядом с Дартом Аксом, когда тот ступит на земли Альянса.
Вейдер отрицательно качнул головой:
— Ни в коем случае, — ответил он. — Если она будет знать, он почует неладное, и тогда его действия будут непредсказуемы, — губы Вейдера хищно изогнулись, во взгляде промелькнуло нечто неуловимое, жестокое. — Он не оставит её мне.
— Но совсем без охраны леди оставлять нельзя, — тревожно произнес Фей'лия.
— Разумеется, — ответил Дарт Вейдер.
Он подошел к столу и одним резким движением придвинул к ботану чёрную массивную шкатулку, до сих пор стоящую около рабочего места Вейдера.
— Передайте это леди Рейн, — произнес он, стрельнув недобро глазами в сторону Дарт Софии. — Скажите, что это подарок от вас. Придумайте что-нибудь.
Ботан неуверенно прикоснулся к чёрной массивной металлической крышке ларца, но рука Дарта Вейдера, опустившаяся поверх его руки, не позволила ему открыть шкатулку.
— Что это? — спросил Фей'лия, чувствуя неприятный холодок страха, пробежавший по его плечам. Дарт Вейдер смотрел ему прямо в глаза, и от этого неподвижного, давящего сурового взгляда ботану хотелось провалиться сквозь землю, а тяжелая металлическая рука, до боли сжимающая его мохнатые пальцы, казалось, даже сквозь грубую кожу перчатки ситха прожигала плоть до костей.