Eurocon 2008. Убить Чужого
Шрифт:
Равно как и Аське: она чудом выскочила из метро за минуту до конца света и, поразмышляв ночью на тему «надо что-то делать», рано утром пошла в гараж – выкатывать свой «москвич». Четыреста двенадцатый.
Да, Аська ездила на «москвиче». Тем, кто понимает, что это такое – молодая женщина на «москвиче», – ничего больше можно не объяснять. Они и так проникнутся уважением. А тем, кто не понимает, всё равно ничего не объяснить. «Москвич» – это стихия. Это надо почувствовать самому.
Например, как он закипает, постояв
Но Аська не собиралась терять время в пробках. У неё был проложен хитрый маршрут с немалым числом дворов и переулков и с рискованным проездом под «кирпич», зато без малейшего шанса застрять. Сорок пять минут в один конец.
Почему она не ездила так всегда? А потому что на метро получалось в полтора раза быстрее и вдвое дешевле. Аська же была человек практичный.
Так ей казалось.
Ибо все знакомые её твёрдо знали, что нет на свете существа более нелепого и неприспособленного.
Рассмотрим внимательнее.
Общественный статус: офисный хомячок. Контент-редактор сайта (это официально; а на самом деле – делает всё, что умеет, а умеет многое, кроме как отказываться от заданий начальства, а потому регулярно пашет за капризных программёров) не самого большого и не самого раскрученного интернет-магазина. Косметика-парфюме–рия-бижутерия-фит–нес. А ведь когда-то начинала как хороший репортёр, ей прочили блестящее профессиональное будущее.
Не срослось. Сломалось и не срослось.
Да и на нынешнем своём месте могла бы получать вдвое больше. Не умеет добиваться, не умеет показать свою незаменимость.
Далее: семейное положение. Солидная замужняя дама, мать шестилетнего сына. Вся загвоздка в том, что не представляет себе, где он шляется, этот так называемый муж. В глаза не видела уже больше года. Время от времени (раз месяца в три) названивает откуда-то, говорит, что дела его блестящи и вот-вот начнётся новая настоящая жизнь. После чего всё продолжается своим чередом. А Бу – это сокращённо от Чебурах – уже осенью в школу. И что нас там ждёт… Дело в том, что Бу не любит разговаривать. Умеет – равно как и читать и писать, – но вот не любит, и всё. И никак его не сбороть. Трёх психологов увезла неотложка…
Наконец, внешность. Единственная заметная черта Аськи – это сложноторчащие в разные стороны рыжие кудри. Любимая одежда летнего сезона – маечка-футболочка-топик на голое тело (а как иначе? – размер бюста минус первый, лифчиков таких не делают) и бесформенные «штаны с много карманов». Косметику-парфюмерию-бижутерию-фитнес Аська ненавидит всеми печёнками. Вернее сказать, не абстрактно ненавидит, а применительно к себе. Ненавидела бы абстрактно – давно бы пошла искать другое место работы. Пока же – нет.
Да и Аськин «москвич» – настоящей соловой масти. Других таких в мире не существует.
Чего она не учла – так это ремонта дорог. Город опять спешно латал прорехи. Два раза пришлось пускаться
Только надо было попасть под хорошее настроение начальства.
Именно это Аська и намеревалась сделать. Чем мотаться через полгорода по такой жаре…
Когда она вошла, то оказалось, что никто ещё не работает, а все живо обсуждают вчерашнее. Сеть лежала мёртво. Сисадмин Женя, красный и злой, пытался высечь искру. К нему подходили, осторожно заглядывали через плечо, исчезали на цыпочках. Шаман под горячую руку мог и убить.
Плюхнув брезентовую сумку под стол, Аська отправилась умываться, а на обратном пути подсела к Гуле, лучшей своей подруге по работе (да и вообще), девушке ориентальных кровей, черноволосой, полногрудой и толстопопой, при этом с талией пятьдесят шесть (Аська сама меряла). Гуля играла с компьютером в покер на раздевание.
– Что, мать? – не отрывая взгляда от дисплея, спросила Гуля. – Грустно?
– Чего? – удивилась Аська.
Гуля щёлкнула «мышкой». На белокуром красавце остались только кожаные стринги и один носок.
– Ё! – сказала Гуля, откинувшись на стуле. – Так ты ещё не знаешь…
– Нас всех увольняют?
– А? Нет. Не до такой степени. Но ты готовься. Презики есть или дать?
– Да за что?
– А вот он уже идёт, он тебе всё расскажет…
И нажала F6. Покер свернулся в трей.
По проходу надвигался Грозный, он же Вик-Тим – шеф информационного отдела, непосредственный Аськин начальник.
– А, – сказал Вик-Тим, еле шевеля губами – как будто разговаривать с Аськой он мог, только преодолевая чудовищную брезгливость. – Ну пошли.
И двинулся дальше, к своей выгородке, ведя понурую и во всём виноватую Аську на невидимой колючей верёвке.
Она шла и никак не могла понять, за что же ей предстоит выволочка. Она всё всегда делала как положено!..
– Твоя работа?
На дисплее была действительно её работа. Та, которую она закончила и сдала буквально вчера. Обновлённая база данных по всем товарным позициям склада с наконец-то нормально работающим поисковиком.
– Да, Виктор Тимофеевич…
– И какого чёрта?
Она посмотрела. Потом попыталась запустить поиск.
Н-да…
Быть этого не могло, но вот – было.
– Не понимаю… вчера же всё работало…
– А нужно, чтоб – сегодня! – тихо рявкнул Грозный.
– Ой, – сказала Аська. – Есть же бэкап! Там всё должно быть нормально! Я сейчас!