Это я, Эдик
Шрифт:
– Хавку гони! – приказал я. – И выруби это дерьмо, а то всех выкину.
Хоть коннект и отрезали, аудиоканал был все еще забит остатками их богомерзких песен. Пока память до дна не высохнет, они так и будут наружу лезть.
Физиономия у Лейлы была обиженной, когда она к холодильнику метнулась. Пришлось мне признать, что обычно я более мягок и не позволяю себе резких выступлений, дипломат этакий. И Сулима с Равилем озадаченно уселись на охрененного размера кожаный диван, на зная, чем заняться помимо танцулек.
– Может, обдолбимся? – осенило парнишку.
– Сначала
– Неправда, мулатов тоже полно, арабов… А что, ты расистка?
Музон наконец-то заткнулся, а тут и Лейла приволокла полный поднос разнообразной жратвы. Были тут и копченые плавники латимерии, и хвостики угря, и вяленая кожура киви… Всякой хрени высокая гора, а под ней – трехлитровый бочонок огуречного пива на вересковых опилках.
– Я только бурят люблю, – заявила девка и выдула стакан пива одним глотком. – У меня папаша из них, а мать узбечка. Узбеков я тоже люблю. И этих, эвенков… Да, плевать мне, короче, на рожу, главное – в штанах!
Сидел я в мозговом закутке и думал – неплохая, в общем, тусовка, но какая-то гниловатая. Что тут делают эти незваные красавчики, зачем им понадобилось вваливаться в мой офис и какую роль в их судьбе играет Лейла… Хрен поймешь. Секретарша тем временем развалилась у меня на коленках и вовсю дымила самокруткой. Через пару затяжек та очутилась уже в моих зубах, и я втянул в легкие знакомый дымок.
– Смачная дурь, – заявил я-2.
– Хотя и дерьмо, – добавил я-1.
Никогда не предпочитал реальные наркотики, потому что папаша у меня постоянно всякой дешевой наркотой закидывался. Как посмотришь на такого урода – всякое желание пропадает.
– А теперь трахаться! – Сулима вскочила на столик и размотала остатки джеллабы, после чего швырнула ее мне прямо в рожу. Язык у меня временно отнялся, остальные же вместо протеста принялись радостно хлопать. Сулима времени не теряла – следом полетели ее трусы. Талия у бесстыжей девки была тонкая, как алиф, сроду таких не встречал. Генно-модифицированная телка, не иначе.
– Вот это дело, – обрадовался я-2 и скомандовал рукам ухватить шлюху за колено.
Но я-1 целомудренно воспротивился, и потные ладони мухтасиба замерли в сантиметре от горячей девичьей кожи. Может быть, Лейла и приняла бы этот поступок за проявление моей извращенной верности, но тут я-1 выступил с такими словами:
– Может, лучше пивка? А еще лучше хамра тяпнуть.
Винцо тут точно было, я-2 в этом был уверен. И в доказательство своих предпочтений я-1 присосался к бочонку, залив при этом не только свою шею, но и грудь секретарши.
– Ты что-то какой-то двусмысленный, ишан! – радостно крикнул Равиль. – Не стоит, что ли? Может, ты в своей инспекции уже кого поимел, а?
Лейла напряглась и заглянула мне в глаза с печальным недоумением.
– Я же тебе утром говорила, что к нам друзья придут, – упрекнула она. – Мы тебя ждали, ждали… Не волнуйся, милый, сейчас дракончика дам.
– Иди в жопу,
– Только без меня не начинайте, – скомандовал я-1.
Все-таки изыскал возможность зарезервировать себе место в будущей оргии, подонок. Хорошо еще, не стал меня, сидящего занозой в его мозгах, подавлять – а то бы я не стерпел и вернул себе полное управление телом и сознанием. Все-таки он меня еще опасался, не хотел сплеча рубить. Подозревал, что в моих силах покончить с ним и выкинуть из черепушки без права восстановления.
«Ну ты чего, брат? – спросил он, когда я выбрался на гравийную дорожку, которая начиналась сразу за стеклянной дверью. – Договорились же, что вечер проводим под мою дудку». – «Когда это я с тобой договаривался?» – «Зачем бы ты тогда поехал в мою квартиру? Портить людям развлечение? Хорош!»
Но я-то знал, и он в тоже, что привело меня элементарное любопытство.
Садик был так себе, неухоженный и почти облетевший. То ли тут не особо старались поддерживать его в вечнозеленом состоянии, то ли просто наплевали на правила. Между деревьями гулял заметный ветерок, ощутимо холодный. Он гонял сухие листья по грязноватому гравию и нахально трепал те, что еще держались за ветви. Большую часть площади занимали иудины деревья с наполовину отпавшими красными цветами.
Я пробрался к самой стене и уставился на сумрачный город с высоты в двести метров. Видно было не слишком много, потому что рядом громоздились такие же небоскребы, даже еще более высокие. Редкие всполохи рекламы радовали немногочисленных прохожих и водил. Натянутая между соседними башнями голограмма назойливо лезла в глаза ущербными сюжетами для дебилов. Еще и звуками «развлекали», козлы.
«Присоединяйся! – воззвал ко мне я-2. – Неужели ты не видишь, насколько моя жизнь богаче твоей? Что ты видел, кроме этого городишки и своей крошечной квартирки с бегунками вместо реальных комнат?»
«У меня семья. Таська лучше твоих обдолбанных шлюх».
«Ты с ней уже восемь лет живешь! У тебя дебильная дочь, бестолковая мамаша и козел-отчим – было бы за что цепляться. Ты просто исчезнешь из их жизни, словно тебя не было!»
«А Мариша?»
«Не знаю, – замялся я-2. – Наверное, у нее появится новый отец. Может, хотя бы с мозгами у нее будет все в порядке».
«Как ты стал таким уродом?»
«Кус охтак! Пойми наконец, что я нормальный, а вот ты полный кретин, если не хочешь вылезти из дерьма, в котором купаешься».
Но я надавил, и проклятый хлыщ раскрылся, пустил меня в воспоминания. Так все и оказалось, как я предполагал: наплевав на просьбу подруги, я с Зульфией двинул в Париж, чтобы заложить бирус-бомбу под виртуальный конгресс. Думаете, я проявил подобную тупость? Как бы не так. Изобразив полное участие в авантюре, я звякнул в местное отделение Интерпола, и бомбу обезвредили в первую же миллисекунду после взрыва. Вирус обернулся против нас же, спеленал и выдал полиции.