Это в сердце моем навсегда
Шрифт:
В двух-трех километрах от первой проходила вторая позиция, состоявшая из двух траншей. Между этими позициями были промежуточные и отсечные.
Неприятельская оборона прикрывалась труднодоступной местностью.
С 5 июня 1944 года фашистское командование начало усиленно пополнять части на этом участке. Если раньше, по данным нашей разведки, они были укомплектованы на 50-60 процентов, то к 15 июня их численность уже доходила до 80-90 процентов. Состояли подразделения из немцев в возрасте преимущественно от 30 до 45 лет, в большинстве членов нацистской партии и участвовавших ранее
Среди штрафников имелось много преступников, приговоренных к пожизненной каторге и смертной казни. После победы в Белоруссии им обещали амнистию.
Вот этих-то головорезов нам и предстояло разгромить. Соотношение сил в полосе дивизии было такое: мы превосходили неприятеля в живой силе, автоматическом оружии и минометах, он нас - в танках, артиллерии и станковых пулеметах.
Подготовка к наступлению шла полным ходом. Саперы построили для переправы через реку Суходровку 3 моста для танков и артиллерии и 6 мостов для пехоты. В проволочных заграждениях проделали 12 проходов шириной 4-6 метров - по одному на роту первого эшелона, в минных полях - 4 прохода, выделены саперы-проводники.
Для преодоления своих траншей заготовили перекидные мостики.
Всю артиллерию - свою и поддерживающую - разделили на группы разрушения, поддержки, сопровождения пехоты и танков. Группам поддержки, сопровождения пехоты и танков предстояло действовать по плану дивизии, группе разрушения по плану корпуса. Каждая батарея знала, кого она обязана поддерживать, а расчеты орудий прямой наводки - какие цели уничтожать и кого сопровождать. Командиры батарей и рот расположились в совместных наблюдательных пунктах, а командиры дивизионов с командирами батальонов. Так было согласовано взаимодействие между пехотой, артиллерией и танками.
На четвертый день после прибытия в дивизию я поближе познакомился с частями, изучил обстановку и полученную задачу.
В ночь на 20 июня на совещании командного состава заслушал доклады своих заместителей, начальников служб и командиров частей о готовности к наступлению. Здесь же отдал приказ. Дивизия должна была прорвать оборону противника, нанося главный удар правым флангом в направлении Шельмино, Рыжики, и уничтожить противника в районе Марьяново, Осетки, Соловьево, выйти на рубеж Сосновая - Наспа - Кимбари 1-е. В последующем форсировать реку Лучеса на участке Макеево, отметка 170.6 и овладеть рубежом Мурашки - отметка 170.6. В дальнейшем развивать наступление в направлении Девин, Богушевка.
Правофланговому 631-му стрелковому полку с 144-й отдельной армейской штрафной ротой и батареей самоходных орудий предстояло взломать неприятельскую оборону на участке высота 167.1, Осетки и наносить удар в направлении Осетки, Лешино, Новый Стан.
491-му стрелковому полку с 234-й отдельной армейской штрафной ротой батареей самоходных орудий опрокинуть гитлеровцев на участке высота 153.4, излучина реки Суходровка и наступать в направлении Шельмино, Бастон, Соловьеве.
558-му стрелковому полку надлежало сменить части 338-й стрелковой дивизии и занять оборону на семикилометровом фронте, огнем сковать и отвлечь как можно больше сил немцев. А после успеха на направлении главного удара свернуться
На артиллерию возлагалось уничтожение живой силы и огневых средств фашистов на переднем крае и в ближайшей глубине, а также в случае необходимости отразить контратаки со стороны Марьяново, Задни, Задвинки, Кароли.
Особое внимание всех командиров я обратил на взаимодействие в глубине обороны противника с конно-механизированной группой генерала Н. С. Осельковского, которая вводилась в полосе 5-й армии в направлении Богушевска.
Настроение у всех было приподнятое, все понимали важность операции.
Наступление намечалось на 22 июня.
Накануне по всему фронту велась разведка боем. Мы тоже выделили для этой цели от каждого полка по одной стрелковой роте. Командирам этих подразделений была поставлена задача вскрыть огневую систему врага. А если удастся, то овладеть первой траншеей.
21 июня в 6 часов 30 минут после короткого артиллерийско-минометного налета роты атаковали гитлеровцев в районе Осетки, Шельмино, но перед проволочным заграждением залегли, прижатые сильным ружейно-пулеметным и артиллерийско-минометным огнем.
Немцы ждали нашего наступления и вылазку рот, видимо, приняли за начало его. Только этим и можно было объяснить то, что они открыли ураганную стрельбу из всех видов оружия. Нам оставалось только внимательно наблюдать.
Под прикрытием артиллерии наши роты отошли. Повторять атаку не было смысла: все равно такими силами траншею не захватить, а необходимые сведения мы и так уже получили. Состоялся краткий разбор действий подразделений. Пришлось признать, что одной из причин неудачи явилась некоторая медлительность стрелков после переноса нашего артогня в глубину вражеской обороны. Это дало возможность фашистам успеть выскочить из укрытий, занять свои места и организованно отразить натиск наступающих. Промах этот учли.
Неприятель ждал повторных атак. Мы решили запутать его ложными попытками захватить занимаемые им позиции. Когда эта цель была достигнута, мы, усилив сводный батальон ротой из 491-го полка, глубокой ночью нанесли настоящий удар. Он был проведен без артиллерийской подготовки и настолько внезапно для противника, что последний не успел опомниться, как наши бойцы уже ворвались в траншею. Завязался ожесточенный рукопашный бой.
К 2 часам ночи первую траншею удалось полностью очистить от фашистов. В ней закрепились воины капитана П. Г. Меленцова и капитана Г. М. Русанова.
В 4 часа утра гитлеровцы предприняли контратаку.
Совершив мощный артиллерийско-минометный налет, они бросили против подразделений капитана П. Г. Меленцова до двух батальонов пехоты в сопровождении 20 танков.
По вражеским машинам открыли огонь орудия прямой наводки, не подпуская их к траншее. Часть сил Меленцов повел в обход по ходам сообщения контратакующих.
Потеряв танки, немцы повернули обратно. В этот момент во фланг и тыл им ударили бойцы Меленцова. Снова началась рукопашная.