Это про меня
Шрифт:
Станислав Аркадьевич в сопровождении Никиты Станиславовича появился лишь к половине третьего. Украдкой изучая сына генерального, едва не начала пускать слюни на стол. Все же он был идеален.
Идеально светлая кожа, идеально зеленые глаза, идеально русые волосы. Да даже походка идеальная.
Едва слышно вздохнула и отвела взгляд.
— Ты сейчас лужицей растечешься, — усмехнулась сидевшая рядом Луша.
— В смысле? — сделав как можно более непонимающее лицо, переспросила я.
Неужели настолько заметно?
— Думаю,
Незаметно пнула подругу под столом и нахмурилась. Нужно прекратить пялиться на Никиту.
— Просто, если сейчас нас всех уволят, услышать эту новость от него будет по крайней мере не так паршиво.
— Угу, полетим на улицу с умилением.
Что-то ответить мне уже не удалось, слово взял Станислав Аркадьевич. Если честно, то для человека, который сейчас собирается уволить пятнадцать, пусть и не самых полезных людей в своей жизни, он был слишком доволен.
Хотя, что я понимаю в увольнениях…
— Добрый день, — генеральный приветливо улыбнулся. — Не буду вас томить, перейду сразу к делу. Мы собрались здесь не просто так.
Мужчина взял паузу, и я успела пробежаться взглядом по лицам коллег.
С нас бы сейчас картину писать… Кролики перед удавом.
— Наше агентство ждут большие перемены.
Ну вот, кажется, именно с таким звуком в гроб вбивают гвозди…
— Для начала хочу успокоить — увольнений не будет.
Как не будет?
Я вновь подняла глаза и осмотрела сотрудников «Эвиты». Кажется, не только я попрощалась с работой, мысленно упаковав многострадальный кактус со стола в коробку, а теперь тихо недоумевала.
— Да, «Эвиту» ждет много изменений, но, думаю, мы сможем их перенести в таком составе. Ну и, не отходя от кассы, хочу перейти непосредственно к главному, а именно, представить вам новое руководство в лице моего сына Никиты Станиславовича Доронина.
Сложно сказать, как мои глаза смогли удержаться на месте и не вывалиться на стол.
Никита Станиславович мой новый начальник???
Сам Никита Станиславович!
— Ущипни меня! — прошептала Луше, но вместо этого подруга едва заметно покрутила у виска.
Тогда я посмотрела на Карину, которая обычно преображалась до неузнаваемости при появлении в офисе Доронина-младшего. Секретарь сияла ярче новогодней елки. Да что там, ее саму можно было на эту елку вместо гирлянды наматывать.
— Кариночка, — обратился генеральный к пребывавшей в эйфории девушке.
— Да, Станислав Аркадьевич, — прощебетала она.
— Тебя, конечно, тоже ждет повышение.
Боже, кажется, от блеска глаз Карины меня начало слепить.
— Да, Станислав Сергеевич, — повторилась.
— Переедешь со мной в головной.
Вы когда-нибудь видели, как стекает по стене подтаявшее мороженное? Примерно это же сейчас происходило с радостным выражением на лице секретаря, которую такая
— Конечно, конечно… — неразборчиво пробубнила она, вызвав смешок Луши.
— Света, займешь место Кариночки.
Учитывая то, что в тоскливом коллективе «Эвиты» по паспорту не числится ни единой Светы, а по мнению Станислава Аркадьевича единственная Света здесь я, заторможено подняла взгляд и посмотрела на генерального.
— Я? — остальных сотрудников, не имевших трудностей с моим именем, этот факт не удивил, они давно успели привыкнуть к своеобразию Доронина-старшего.
В агентстве для генерального все вообще было предельно просто. Дабы не загружать память редкими именами, Станислав Аркадьевич выдавал позывные практически всем, кто хоть как-то выделялся из серой массы.
— Ты, ты, Светочка. Или ты тут других видишь? — снисходительно улыбнулся мужчина.
В принципе, я даже себя Светой не слишком-то ощущала, но разве это может иметь какое-то значение, когда я только что получила должность секретаря Никиты Станиславовича?!
— Только не говори, что ради него согласна стать Светой, — шепнула Луша, которую, кстати, саму абсолютно не смущало, когда генеральный называл ее Людой.
Конечно, я промолчала. Не знаю, связано ли это было с тем, что мой язык в данный момент просто отсох, а тараканы в голове начали танцевать румбу, но так или иначе достойного ответа придумать не смогла, поэтому подруга решила не ждать, а закончила сама.
— Хотя понимаю, для него ты можешь стать, кем угодно.
Ну что за дебильная привычка отвечать вместо другого?! Почему раньше я не обращала на нее внимания?
Бесит!
Пропустив очередную издевку подруги мимо ушей, посмотрела на Никиту Станиславовича и улыбнулась.
— Стеша, зайдите ко мне после планерки.
Нет, пожалуй, ущипнуть меня требовалось сейчас.
Внезапно возникло желание запрыгнуть на стол и заорать: «Вы слышали?! Слышали, как он меня назвал?!»
Но вместо этого, победоносно вскинув подбородок, повернулась к Луше и довольно улыбнулась. Подруга же на этот раз абсолютно открыто покрутила у виска, но мне до этого не было никакого дела.
У меня ведь есть мечта!
И только что я стала на один шаг ближе к ее исполнению.
Ятрофобия — страх перед врачами.
Глава 5. Арахнофобия
Многочисленные подколы Луши все дальнейшее время я старалась просто игнорировать, мысленно зачеркивая дни, оставшиеся до понедельника. Наверное, это был первый понедельник в жизни, наступления которого я ждала сильней, чем ребенок деда мороза в новогоднюю ночь.