Это было у моря

Maellon

— Я тебя не дотащу. Хочешь, попробуем подвинуть кресло? Пол исцарапается, конечно… И почему дядя не купил нормальные офисные стулья — и держится за это старье! Бред же собачий…

— Не надо, хрен с ним. Ты лучше скажи, что, по-твоему, будет делать Санса? Ты последняя ее слышала…

Арья на секунду замерла, потом задрала ноги на подоконник, положив подбородок на коленки.

— Вот фиг ее знает. Она была очень решительна — как самоубийца перед прыжком в пропасть. Решительно отрицала не то что

вероятность встречи со своим Псом, но чуть ли не сам факт его существования. Но, думаю, это недолго продлится. Теперь она знает, где он — и долго не выдержит. Поскачет туда, чтобы его размазать по стенке — раздерет ему всю его и так красивую физиономию — а потом сама же сядет его лечить.

Бран лукаво посмотрел на сестру:

— С помощью поцелуев?

— И не только. Они оба так упрямы и так друг на друге зациклены — я в них верю! Никуда им не деться — чем больше упираются, тем сильнее их потом вместе схлопнет, — Арья спрыгнула с подоконника и подошла к брату, облокотясь на спинку его кресла. Глянула на страницу кода и поморщилась, — Боги, как все запущено! Просто в глазах рябит… О, Санса сказала, что будет жить на севере и нас с собой возьмет. Хочешь домой?

Бран задумался. Вернуться на север было бы замечательно — а с другой стороны, что он будет там делать?

— Честно говоря, я хочу закончить школу здесь. А потом… есть один профессор — тоже на севере, но не в нашем городе. Жойен сказал, что он просто волшебник по части программирования серверов и подключения к ним сложного харда.

— На кой тебе этот профессор? Ты сам кого хочешь запрограммируешь…

— Я только неофит. Мне еще идти и идти…

— Ну, я не знаю. Твой дружок-киберпророк тебе еще не то насоветует. Так глядишь — сам станешь сервером… Будешь сидеть в центре сети и посылать по миру мозговые импульсы.

— Иди ты в пень! — Бран сохранил программку и закрыл редактор. — Все же, давай подвинем это кресло. Я сползу, а ты поставь его туда поближе. Идет? Так паркет не поцарапаем. Сестра молча кивнула, отойдя в сторону.

Бран с трудом отодвинулся назад вместе с креслом и неловко опустился на пол, задевая нечувствительными коленками железяки компьютерных коробов, стоящих под столом. Арья аккуратно подняла тяжелое деревянное седалище и оттащила его к окну. Помогла подползшему на локтях Брану взгромоздиться обратно. Все было привычно отработано. Имелись, конечно, и костыли, и даже сложной системы ходунок, чтобы можно было волочить за собой мертвые ноги, но все это Брану катастрофически не нравилось. Лучше самому.

— Ну что, так лучше?

— Ага. Хоть голова отдохнет. Интересно, ужин скоро?

— Пойду узнаю. Сиди тут.

Бран горько усмехнулся:

— Куда же я денусь?

Арья тихонько вышла в коридор и через минуту вернулась.

— Вишневый чизкейк и молоко. Тетя ушла к себе. У нас, я так понимаю, самообслуживание.

Дети, видимо, опять едят в детской. Принести тебе кусок пирога?

— Ага, только без молока. Сок нальешь, если есть? Или просто воду можно. Пожалуйста!

— Сок, вроде, был. Жди.

Через несколько минут она притащила Брану тарелку с пирогом и стакан яблочного сока.

— Вот, что нашла. Пойду сделаю себе сандвич.

— А пирог?

— На десерт! — хохотнула Арья. — Потом, у меня были кое-какие дела…

— Как всегда?

— Не знаю. Дождь этот… Ну, как пойдет.

— Ох, засекут тебя.

Арья сверкнула глазами.

— Не думаю. Им сейчас до нас дела нет. С собой бы разобрались… Ну, пока!

— Пока!

Бран занялся пирогом, рассеянно вглядываясь в шуршащую дождем мглу. У всех свои дела. А у него — эта комната и страница кода. Из компьютера пиликнула программка чата. Ну вот, теперь надо было тащиться обратно. Зато, может, это Мира. Говорить с Жоейном Брану сейчас не хотелось. Настроение и так не очень — а приятель любил напускать в беседу тумана. И так хватает. Но с другой стороны — лучше Жойен, чем одиночество.

Бран отставил тарелку на бок сидения и уныло плюхнулся вниз. Теперь задача была сложнее — дотащить кресло, еду и себя до стола, при этом не уронив чизкейк на пол. Он мог бы позвать Арью, но не хотелось. В конце концов, это его жизнь, надо было справляться самому.

4.

Арья

Арья, не спеша, сделала себе бутерброд, и, взгромоздив его на тарелку с пирогом, налила себе молока и потащила это все в комнату. Рейегар выключил у себя музыку и, судя по звукам, бегал по кабинету, как тигр. Очень хорошо, пусть помучается — не все же другим с ума сходить.

Она тихо поднялась наверх, по пути вспоминая их вечерний разговор после ее возвращения из Лебяжьего Залива. В комнате было сыро и почему-то пахло грибами. Арья уселась на кровать и занялась ужином.

Дяде нравилось строить из себя полководца — ну и пусть его. Арья, согласно образу нашкодившей плохой девочки, стояла, потупившись, на пороге и ждала, пока будет надет черный плащ (непременно не застёгнутый — чтобы крылья по ветру развевались картинно) и будут накормлены собаки (обычно это делала тетя, но она была в больнице).

Рейегару пришлось на минуту выйти из роли и самым прозаическим образом открыть банку с консервами — причем не мечом и не кинжалом, а слегка проржавевшим консервным ножом, который из-за этого шел туго и, сорвавшись, раскромсал дяде палец. Арья с интересом наблюдала все эту нелепицу на кухне и шикала на поскуливающую Ним. Лишь бы та не напрудила в коридоре — со всеми этими красивостями. А то будет еще красивее — она будет мыть пол от мочи, а дядя — расхаживать с важным видом, как цапля, туда-сюда по холлу и, взирая на нее сверху вниз, читать ей лекцию о неблагодарности. Ну уж нет! Она выпустила мающуюся псину во двор, и сама выскользнула следом. Путь этот властитель душ сам себе ищет пластырь!