Эти странные итальянцы
Шрифт:
Конечно, есть опасность, что тебе не удастся выйти сухим из воды, но с нею итальянцы мирятся. Кто знает, может, и не придется платить штраф за то, что прошел на красный, особенно если у водителя есть двоюродный брат в полицейском управлении, который напомнит регулировщику, что они болеют за одну футбольную команду и скажет, что у водителя есть лишний билет на матч в воскресенье.
Ударить лицом в грязь гораздо страшнее, чем быть разоблаченным, поэтому итальянец всегда выдумает целый ряд совершенно ненужных и невероятных отговорок, только бы не попасться с поличным. Обычные эвфемизмы вроде: «Я неправильно
Уклонение от налогов
Налогов в Италии великое множество, и уровень их – один из самых высоких в Европе. Возможно, кому-то это покажется несправедливым, но поскольку речь идет о стране, население которой славится тем, что не платит налогов, то правительство при подсчете своих потребностей вынуждено принимать этот факт во внимание. Из-за этого не раз возникали недоразумения. Когда в 1918 году Триест перешел из состава Австро-Венгрии в состав Италии, его жители аккуратно платили налоги, которые с них взимались. Тогда налоговое управление немедленно подняло сумму вдвое, полагая, что люди никогда не платят более половины того, что могут заплатить.
Правда, наемным рабочим никак не избежать уплаты налогов, ибо они вычитаются при начислении зарплаты. Недавняя статистика показала, что наемный контингент составляет 70% всей рабочей силы в стране и платит 85% подоходных налогов.
Управлять экономикой при государственном долге Италии – дело нелегкое, и правительство зачастую прибегает к финансовым амнистиям с целью увеличения доходов; к примеру, благодаря амнистии 1994 года все нарушители законов в области строительства отделались штрафом.
Амнистии – весьма эффективный способ увеличить доходы, однако есть у них и оборотная сторона: они поощряют других нарушать законы, так что круговорот не прерывается. Спекуляция земельными участками ведется при отсутствии разрешения планирующих организаций; в результате были отданы под застройку и уничтожены красивейшие места итальянского побережья.
По некоторым данным, около трети экономической деятельности в Италии осуществляется нелегально, поэтому не поддается официальной статистике и, соответственно, налогообложению.
Подпольная экономика складывается из «работы налево», иначе говоря, по совместительству, на всех уровнях (то есть не только водопроводчик, но и хирург при случае не откажется от побочного заработка), и из доходов от преступной деятельности (наркобизнес, контрабанда табачных изделий, проституция, взятки). Вот почему итальянцы в целом народ обеспеченный, хотя страна постоянно находится на грани банкротства.
Главное – безопасность
Итальянцы одержимы собственной безопасностью. И недаром. Преступность неуклонно растет. Только в Турине каждые 57 минут происходит угон машины, каждые 86 минут – кража сумки, каждые 2 часа – ограбление.
В Италии производят великолепные сигнальные устройства и замки, превращая дома и магазины в миниатюрные крепости. Но есть в этом и свои слабые стороны. Бронированные двери повешены на хлипких петлях, а противоугонки столь чувствительны, что включаются
Любовь
К любви итальянцы относятся очень серьезно: 99% итальянских песен – о любви, ею заняты все мысли, ей посвящают бесконечные дискуссии, – ведь в сущности, что за жизнь без любви?
В программе дискуссий множество ключевых вопросов. Как отражается влюбленность на вашей диете? Полезна ли любовь для здоровья? Возможна ли любовь без секса? Возможен ли секс без любви? Бывает ли любовь на всю жизнь? Как относиться к свободной любви? Дебаты ведутся бесконечно и захватывают все население. Множество телесериалов посвящено влюбленным, разлюбившим, ищущим любовь, любви и детям, любви и старикам и так далее. Никто не подсчитывал, сколько времени итальянцы уделяют занятиям любовью, но говорят и думают они об этом постоянно.
От итальянских мужчин требуют определенной манеры поведения. Так, весьма популярный президент Сандро Пертини был счастлив в браке, и никому бы в голову не пришло критиковать его моральный облик. Когда, уже на пороге восьмидесятилетия, он, увидев последнюю спортивную модель «Альфа Ромео», восхищенно произнес: «Какая роскошная машина! Но не для жены, конечно», – это было типично итальянское высказывание.
Приоритет латинских любовников перед прочими доподлинно не установлен, однако итальянцы продолжают нежиться в лучах славы своих предков, а прочие нации верят в эту легенду. Однако поддержание имиджа порой оборачивается распространенными проблемами преждевременной эякуляции и даже половой несостоятельности. Не так давно крупная итальянская газета «Стампа» опубликовала большое исследование Итальянского института сексологии, в котором говорится, что два миллиона итальянцев страдают импотенцией. К несчастью, в качестве единственного эффективного средства сексологи предлагают чаще слушать музыку.
Большинство словесных оскорблений относится к сексуальному поведению мужчин и женщин. Мужчины обвиняют женщин в слишком свободной сексуальной морали, называя их «путанами», а если ругаются женщины (что они делают довольно редко), то в основном нападают на мужчин, которые перестали быть мужчинами: все либо голубые, либо дряхлые, либо импотенты.
Тем не менее легенда о латинском любовнике живет, и мужчины-итальянцы удовлетворенно читают более обнадеживающие сообщения в газетах – например, о том, что презервативы итальянского производства на полсантиметра длиннее, чем в других странах.
Измена
Любовь тесно связана еще с одним наваждением итальянцев – изменой («il tradimento »). Измена, вернее страх перед изменой, добавляет отношениям страстности – какая же любовь без страсти?
Такие журналы, как итальянский «Космополитен», регулярно сообщают, что итальянские мужья в большинстве своем неверны женам и наоборот. Но несмотря на это, измена до сих пор считается в Италии опасной игрой: разгневанные отцы, братья, дядья и кумовья не задумываясь бросаются защищать честь семьи. Итальянцы знамениты своей вендеттой; кровавые распри продолжаются на протяжении не одного поколения, так что об изначальной причине уже никто и не помнит.