Эталоны
Шрифт:
– Тёмненький который? Алан. Но он утверждает, что видел её впервые.
– А что этот Алан, говорит о том, что случилось?
– Ну, официально он ничего не заявлял. Он же несовершеннолетний, за него говорил его отец. Там, что-то про «некультурное поведение» и так далее.
– Некультурное поведение? – Марк уже не знал, чему верить, ему хотелось накричать на следователя, но лёгкие не позволяли ему даже говорить толком, и вздохнув он продолжил. – Несовершеннолетний, вы сказали? Но они
– Да, я смотрю, ты у нас с правленым воспитанием, впрямь «эталон», – сказал следователь, затушив сигарету, – тогда давай объясню тебе ситуацию простым языком. Ты побил сынка большой шишки, и теперь никого не интересует кто тут прав. Они при власти и деньгах, значит справедливость на их стороне. Патрульный который пытался оштрафовать его за езду без прав, был уволен на следующий день. А что ты думаешь, будет с тобой?
– Я защищался, и меня чуть не убили…
– Да, – перешёл на шёпот следователь, – именно что «не убили».
– И что мне теперь делать? – спросил Марк и посмотрел следователю в глаза, от чего тот выпрямился на стуле, и снова заговорил нормальным голосом.
– Ничего, ждать и молиться, что твои смогут выпросить прощения у…
– Я не виноват, чтобы просить прощения! – резко оборвал Марк, отчего тот даже вздрогнул.
– Тихо ты, все вы тут, невиноваты… Честно говоря, твоя версия тоже кажется мне боле правдоподобной, но я маленький человек и ничего не могу поделать. Ну, пока подержу тебя здесь, постараюсь, чтобы тебя не отправляли в изолятор до суда.
Марк не знал, что на это ответить. Перед его глазами стояли мама и Луиза, ему становилось холодно, но не физически, а на душе. «Нет будущего» повторялось в его голове. « До десяти лет тюрьмы, мама может этого не выдержать у неё слабое сердце, родственников у них в городе нет. Луиза ещё совсем ребёнок. Юлия, всё только…»
– Иди на мировую, вот всё, что я могу тебе посоветовать. Так надо найти тебе адвоката, хотя вряд ли кто-то решится пойти против…
– Я сам.
– Ах, да. Ты же у нас юрист, – следователь снова заулыбался, – ну вот тебе и практика!
– Да, – не разделял его оптимизма Марк, – когда я могу получить копию обвинительного заключения?
– Полегче, парень! Здесь тебе не телесериал. Когда готово будет, тогда и получишь. Ладно, уже поздно, на сегодня хватит. Так как дело на особом счету, суд будет скоро, советую поторопиться с заучиванием речи в суде. Хех! – он встал и нажал кнопку на столе, тут же вошёл охранник, – ну до следующего раза, если что вспомнишь…
– Человек. В пальто и шляпе, был там ещё, – вдруг вспомнил Марк тёмную фигуру.
– Эм, нет. Никакого человека в протоколе нет, наверно тебе показалось, как-никак, ты головой ушибся. Так, пошли,
Следователь хмыкнул и сделал знак рукой полицейскому, что привёл Марка, и тот снова бесцеремонно схватил его за плечо и вывел из кабинета. Теперь уже Марк видел, куда они идут. В полицейском участке было много народа. Люди бегали из кабинета в кабинет и все кто замечали их, смотрели на него с подозрением. Наручников на Марке не было, но видимо надпись «преступник» горела на лбу. Это чувство Марк запомнит надолго.
Дорога обратно в камеру шла через холл, где за турникетами были посетители. Проходя мимо, Марк увидел две знакомые фигуры. Это была Луиза и …
– Марк! – вскрикнула Юлия.
Марк не знал, что они знакомы. Сейчас Юлия и Луиза смотрели на него с испугом, и ему не хотелось показываться в таком виде. Луиза отвернулась и начала плакать, Юлия старалась сохранять спокойное лицо. Она обняла Луизу, и они подошли к турникету. Марк тоже потянулся к ним, но охранник грубо дёрнул его за руку.
– Оставь, сержант! – сказал Леонид, который проходил мимо. Он с улыбкой посмотрел на Марка и сказал, – Две минуты.
Охранник отошёл на шаг. Марк кивнул в знак благодарности следователю, и повернулся к турникету. Луиза со слезами бросилась ему на шею.
– Я… хотела… мама! – она не могла толком говорить, и сильнее сжимала брата.
– Успокойся. Как мама?
– С твоей мамой всё хорошо, – заговорила Юлия, поглаживая по голове Луизу, – мы познакомились с твоей сестрой, она мне всё рассказала. Она сейчас в суде, пытается найти тебе хорошего адвоката.
– Не надо, я сам.
– Ты с ума сошёл! Тебе нужна защита! – вскрикнула Юлия, что на неё обратили внимания двое полицейских у входа.
– Всё равно никто не пойдёт против них, ты же знаешь с кем я…
– Да, знаю, – уже спокойно ответила она, – но это нельзя пускать на самотёк.
– Я сам имею право представлять свои интересы, – Марк постарался сказать это как можно убедительнее.
– Но…
– Мы, что зря с тобой учились, «вот и будет мне практика», – не дав ей закончить, повторил он слова следователя.
– Я попрошу своих родителей. Может, смогут чем-нибудь помочь. Я скажу декану.
– Не переживай, я справлюсь.
– Чем я могу помочь?
– Спасибо, ты уже помогла. Держи связь с моими.
– Да, конечно. Вот мы с твоей сестрой уже подружились, – к этому моменту Луиза перестала плакать, снова встала рядом с Юлией и немного улыбнулась.
– Юлия, если увидишь Лану, спроси, что заставило ей поменять показания, – Марк пытался улыбаться сестре, но это плохо получалось из-за разбитого лица.