Если женщина хочет...

Келли Кэти

Хотя после возвращения Мэтта Хоуп работала каждое утро, она ни разу не столкнулась с Кристи. Казалось, Де Лейси чувст­вовал, что Хоуп отныне не страшны его чары, и понимал, что должен оставить ее в покое. К шестому дню Хоуп почти убедила себя, что их страстные поцелуи были всего лишь эпизодом из фильма «Даллас» и только пригрезились ей.

– Я собираюсь взять неделю отгулов, – сообщила Уна, когда в одиннадцать часов они сделали перерыв на кофе. – Дорогая, вы не могли бы эту неделю поработать полный день?

– Мне только нужно договориться с яслями, но думаю, что проблем не будет, – решительно ответила Хоуп.

Ее роман с Крис­ти остался позади. Беспокоиться было не о чем.

22

Николь сидела на кровати и рассматривала свою фотографию в вечерней газете под рубрикой «Дебютанты». О ней писали как о последнем приобретении студии «Эл-Джи-Би-Кей», «самой многообещающей певице последних лет», как выразилась Сэм Смит. Кроме того, газета процитировала высказывание Сэм о том, что за право подписать контракт с Николь развернулась целая битва. «Мы очень рады, что она заключила договор именно с нами, потому что именно мы открыли певицу, которой пред­стоит стать суперзвездой», – сказала Сэм.

Увидев фото, Сандра чуть не сошла с ума от радости, купила шесть экземпляров газеты и помчалась к своим подругам с Белтон-террас хвастаться, как преуспела ее дочь. Как всегда, неуме­ренная радость матери уравновешивалась недостатком радости самой Николь.

– Ма, это абсолютно ничего не значит, – сказала она, когда Сандра вернулась домой. – Всего-навсего картинка в газете. Ерунда.

– Это значит, что ты стала знаменитой! – с придыханием вос­кликнула Сандра.

– Нет, не значит, – заупрямилась Николь. – Ну что, будешь есть? Я приготовила омлет.

Шарон позвонила в разгар обеда.

– Все в «Копперплейт» видели газету! – с жаром воскликнула она. – Даже эта старая галоша Синклер! В буфете только о тебе и разговору!

На мгновение Николь ощутила тоску по своей старой работе. Она ушла из «Копперплейт» чуть больше месяца назад, а каза­лось, что с тех пор прошли тысячи лет. Все это время она работала над альбомом, (при одной мысли о котором по коже бежали мурашки) и проходила фотопробы. Пробы… Звучало заманчиво, а на самом деле было так скучно, что Николь не могла понять, как модели это выдерживают.

– Ой, Ник, ты такая знаменитая!

Ну вот, и Шарон туда же… Николь стало грустно. Они с Ша­рон дружили целую вечность – с тех пор, как восемнадцатилет­ними девчонками одновременно пришли в «Копперплейт». Шарон знала ее как облупленную и должна была понимать, что Николь осталась прежней. Независимо от этой дурацкой фотографии в газете.

– Что делаешь сегодня вечером? – спросила она, чтобы сме­нить тему.

Шарон застонала.

– Иду с Майклой на двойное свидание. Будут ее парень и луч­ший друг этого парня.

– Ради разнообразия могла бы и отказаться, – недовольно сказала Николь, которая надеялась сходить куда-нибудь со ста­рой подругой. – Ты же говорила, что парень Майклы – настоя­щий зануда.

– Ну да, но нужно же как-то убить время, верно? – ответила Шарон. – А что будешь делать ты? Наверняка что-нибудь сногс­шибательное?

Николь посмотрела на кухонный стол, где стыли остатки обе­да Сандры и Памми. Как всегда, обе бросили тарелки и вилки там, где ели. Сандра была не из тех женщин, которые не могут ус­покоиться, пока на кухне не будет чисто. Она могла копить гряз­ные тарелки несколько дней; это означало,

что главным мойщи­ком посуды в семье была Николь. Если бы у нее была возмож­ность отпраздновать с Шарон появление фотографии в газете, она бы вымыла посуду не задумываясь. Но было ясно, что Шарон переметнулась к своей двоюродной сестре Майкле и считает, что Николь развлекается с парнями из студии звукозаписи и поста­вила крест на старых подругах.

– Ничего, – ответила она Шарон. – Я ничего не делаю. Не­деля выдалась сумасшедшая, так что язык на плече. Наверно, лягу пораньше, и все.

Когда Шарон повесила трубку, Николь выкинула остатки своего обеда в мусорное ведро и пошла мыть посуду. Как она и предполагала, яичница пристыла к тарелкам. Она энергично тер­ла их и думала о том, как проводят вечер пятницы другие буду­щие звезды.

Пита из отдела рекламы «Титуса» звала Николь с собой на пре­зентацию нового альбома, но она отказалась. Вот если бы Шарон могла пойти вместе с ней… Николь знала, что настоящие звезды всегда приходят на такие мероприятия с эскортом друзей, но то звезды, а она всего лишь начинающая, о которой толком никто не слышал. Будет ужасно неудобно, если она придет с Шарон, а их не пустят…

Прибравшись на кухне, Николь пошла к себе и несколько ми­нут рассматривала свою фотографию в газете. Как ни странно, там она выглядела красавицей. Почти незнакомкой. Каждый, кто увидел бы эту большеглазую девушку, стройную шею которой ук­рашало индийское колье, подумал бы, что она каждый вечер бы­вает на приемах. А не торчит дома.

Николь швырнула газету на пол. С какой стати ей торчать дома? Она позвонила Пите, но телефон не отвечал. Тогда Николь на­брала номер Айсии, помощницы Боба Феллоуса, – ей не хоте­лось тревожить Боба из-за такого пустяка. Когда Николь выбрала его своим администратором и они подписали договор с «Титу-сом» и «Эл-Джи-Би-Кей», Боб настаивал на том, чтобы она зво­нила ему по любому поводу. Но Николь все еще стеснялась его, а Айсия всегда была очень любезна и намного более доступна. Айсия отнеслась к проблеме всерьез.

– Конечно, никакого письменного приглашения вам не тре­буется, – как всегда мягко, сказала она. – Предоставьте это мне. Я пришлю вам стилиста. В девять вечера за вами заедет лимузин. Вы знаете Лорелею? Она тоже наш клиент. Вы приедете вместе с ней. Вам все равно придется с ней познакомиться, потому что вы обе будете выступать в разъездном шоу «Юные звезды».

Николь положила трубку и захлопала глазами. Лорелея была настоящей звездой – она уже записала два альбома, вошедшие в «горячую десятку». Лимузин? Стилист? Николь с трудом переве­ла дух. Она чувствовала, что сидит в экспрессе, мчащемся к сла­ве, и уже не может сойти…

Стилист заставил Николь облачиться в крошечную кожаную юбку и шифоновый топ, который не налез бы и на куклу Барби. Но Лорелея была одета еще более вызывающе. Нечего и гово­рить, что вокруг них весь вечер крутились мужчины. Причем не те обычные парни, к которым привыкла Николь, а почти знаме­нитости вроде солиста группы «Корал Фиш», великана с потря­сающими глазами, которого звали Зол. Весь в коже, с руками профессионального гребца, он не стесняясь закурил при ней са­мокрутку с марихуаной и спросил, не хочет ли Николь после пре­зентации поехать к нему в отель. Николь только нервно рассмея­лась в ответ.