Если я так решила...
Шрифт:
– Да, уже вечер. Итак: приходишь первого августа и переходишь. Всё правильно? С собой багаж и аппарат для обучения языкам. Кстати, сейчас он у тебя настроен на обучение йонисскому, а можно настроить на обучение языку, на котором говорят окружающие. Удобно, если какие-то диалекты или арго.
– Покажешь?
Лали достала из стола прибор, проворчав: "Свой Иртанову что ли подсунула?". Я покраснела, однако внимательно проследила, как она засунула обычную с виду невидимку в специальный разъём и начала на компьютере задавать
– Поставить тебе основной обучающий язык?
– Не надо, я же не смогу перепрограммировать, так что сделай, чтобы обучал тому, который используют аборигены.
Она вынула невидимку, протянула мне и устало улыбнулась:
– В ближайшее время ты, должно быть, узнаешь много новых русских слов.
– Спасибо, Лали. Я верну прежний в ближайшее время!
– Хорошо. Ещё что-то?
– Депилятор.
– В смысле?
– Несса не бреет ноги, а льер - лицо. Наша косметика не достигла такого уровня, поэтому, прости, приходится просить у тебя помощи. Сколько это будет стоить?
– Ты меня поражаешь, – Лали повернулась к компу и набрала запрос, – пришлют через минутку. До этого никто не обращал внимания. Впрочем, с Земли ещё не уходили девушки, только суровые мужчины в скафандрах, – засмеялась она своей шутке. – Погоди, сразу отмечу в рекомендациях… – она снова закопалась в комп. – На Йонисе действительно подобную процедуру проходят раз в жизни лет в десять. И ты бы очень отличалась. Вот, другое дело. Кстати, насчет одежды, обуви, обычаев есть вопросы?
– Несса немного рассказала, пока не знаю, о чём ещё спросить.
– Хорошо. Тяжелое с собой не бери или попроси хранителя помочь. Часть он сможет спрятать. Есть и пить там можно без ограничений, но всё же будь осторожна на случай аллергической реакции. Тебя там встретит куратор Йониса. Он может порекомендовать жилье на первое время. Про почту я уже сказала. Ещё что? – она задумалась.
Тренькнул звонок. Лали дотянулась до стены, из которой выкатился ящик, и протянула мне два тюбика:
– Держи инструкцию на русском, – из принтера выполз лист. – С тебя 150 рублей.
– Так дёшево? – неверяще спросила я. – Только ради этого можно было месяцок потерпеть льера.
Она фыркнула:
– Не суди по своему миру.
– Спасибо, – я отдала деньги, – до встречи?
– До первого августа! Будь другом, передай, что на сегодня приём закончен, – она откинулась на спинку стула и закрыла глаза.
Глава 37. Добрый Олег
Я тихо прикрыла дверь. В знакомой комнатке с бежевыми стенами и струящимися узорами всё так же за низкой стенкой сидел сторож и разбирал очередной металлолом. Теперь я видела, что стенка продолжалась, только была прозрачной и, – поискала слово, – магической, сделанной из магии.
– Лали просила передать, что приём закончен.
Он, не отвлекаясь, махнул
– Идите, сейчас закрою.
Тяжелая входная дверь выпустила меня в летнюю холодную ночь. Дождь уже закончился, и свет фонарей спокойно отражался в лужах. Вокруг не было ни одного прохожего, даже машины, видимо, предпочитали другие улицы.
Я поёжилась, застегнула до горла ветровку и накинула капюшон. Хоть такая защита от сырого ночного воздуха. Посмотрела на мобильник. Время 23.15. Два пропущенных вызова: бабушка и папа. Отправила обоим: "Всё хорошо, завтра позвоню".
Лениво и медленно спустилась с крыльца, собирая пальцем капли на перилах. Тротуар в обе стороны был пуст. Окрестные дома спали, лишь редкие окна светились разноцветными шторами. Дар, похоже, тоже спал, вовсе не помогая мне в выборе пути.
"Тошка, спишь?"
"Сплю"
Дракоша известный засоня. Не хватает силёнок маленькому долго бодрствовать.
Налетевший ветерок сморщил лужи и стряхнул на меня капли воды с деревьев. Я сделала пару шагов и увидела машину Олега. Подошла бесшумными шагами, хотя услышать меня на этой пустой тёмной улице было некому. Парень спал, опершись головой на руку, рукой – на дверцу.
Мне стало смешно и радостно. Только что умирала от усталости и мечтала о телепорте, а тут замерла, рассматривая эту картину, сохраняя где-то в надёжных уголках души.
Ветер щедро метнул в мою спину дождинки, накопленные листвой, и я коротко стукнула ноготками в стекло со стороны пассажира. Олег повернулся ко мне, ещё сонный и растрепанный. Потянулся, чтобы открыть дверь.
– Девушек подвозите? – весело спросила я.
– Только до ЗАГСа, – отшутился он.
– Тогда поехали, – я залезла внутрь машины и пристегнулась.
Всё ещё моргая, он включил зажигание и завертел головой в поисках других ночных автолюбителей. Я неожиданно зевнула. Всё-таки он заканчивался – один из самых утомительных дней этого лета. В машине было тепло, я чувствовала себя победительницей, а тело настойчиво требовало отдыха. И я раззевалась чуть не до слёз.
– Да ты совсем спишь, – заметил Олег.
– Ты тоже спаааал, – снова зевнула я. – Спасибо, что подождал.
– Ты так долго, – он удивленно покачал головой, – неужели туземную моду обсуждали?
– В том числе, – согласилась я, спрятала лицо в ладонях и попробовала зевать с закрытым ртом. Ну, что-то получилось. – А ты чем занимался?
– Вдоволь наболтался со всеми родственниками, друзьями, знакомыми. Так что перекрыл план по телефонному общению до конца лета точно. Перечитал запасы стихов в телефоне, сходил в киоск. Тебя ждал.
Мы остановились на перекрёстке, пропуская машину справа. Олег открыл бардачок и достал батончик "Марса":
– Это тебе. Я свои три уже съел.