Если я так решила...
Шрифт:
– Спасибо.
– Не за что. Как ты её назовёшь?
– Арина.
– Красивое имя.
Я вмешалась, видя, что Димка иссякает:
– Анжелика, расскажи, как ты живёшь?
– Хорошо, – она терпеливо смотрит на меня в ожидании новых вопросов.
– С какими игрушками ты любишь играть?
Пожимает плечами.
– А чем ты занимаешься?
– Я готовлю папе подарок на 23 февраля.
Снова тупик. В больших глазах малышки отражалась такая надежда, что папа услышит эти слова, что мы ему передадим и он приедет.
Заведующая, вздохнув, покачала головой и поспешила прекратить эти попытки общения:
–
– До свидания.
– До свидания, солнышко, – обняла я её, – чуть не забыла, держи, – вынула брелок с сердечками, – это чтобы рядом с тобой были добрые люди.
– До встречи, – сказал Дима.
Анжелика надела кольцо на лапу зайчихе как браслет и вышла так же тихо, как вошла.
Димка посерьезнел:
– Нина Викторовна, скажите как педагог, такое поведение нормально для ребенка? До исчезновения девочка была такой же неконтактной?
– Вы с какой целью интересуетесь? – вежливо, но твердо парировала заведующая.
– Нам не безразлична её судьба, – поддержала я брата, – хотелось бы, чтобы Анжелика стала счастливее.
– Насколько я понимаю, вы не планируете удочерять девочку? – просветив нас рентгеном, она поджала губы, – поймите меня правильно, в чём-то я вам сочувствую – так невзначай столкнуться с подлостью в отношении ребенка! Именно приличные люди начинают чувствовать себя виноватыми, пытаются помочь, мучаются угрызениями совести вместо настоящих преступников. Чем вы можете помочь там, где работает целый штат квалифицированных педагогов и врачей? У нас есть и логопед, и психолог, и сильный педагогический коллектив. Лучше – только семья.
– Но всё-таки, наверное, можно чем-то помочь детскому дому? – правильно понял Димка.
– Финансированием, – улыбнулась она, – а можно привезти пару пачек бумаги, мы распечатываем детям раскраски. Можно книги для библиотеки, игрушки, канцтовары. Мы с удовольствием принимаем такие пожертвования. И, если надумаете, приезжайте к десяти, дети как раз выходят на прогулку.
* * *
С разрешения дяди в нашем офисе я установила большую коробку с надписью "Кто хочет поделиться – отвезем игрушки, книги, канцтовары в детский дом". Тётя Галя передала коробку из-под обуви, заполненную цветными очиненными карандашами. Дядя Матвей вложил пять пачек печатной бумаги, несколько сборников сказок. Я сама вывезла из своей квартиры уйму пластмассовых машинок – детсадовское увлечение Мишки, конечно, с его разрешения. Ещё добавила парочку Барби и оставшиеся с моих уроков труда отрезы тканей для платьев куклам. Да Зоя ещё напомнила про коробку в кладовке с погремушками и ползунками.
Сотрудники подходили, интересовались, любопытствовали, кто что принёс. На следующий день началось паломничество. Несли тома Дюма и Головачёва, кукол и солдатиков, блокноты и ватман, мягкие игрушки и конструкторы. Алла подосадовала, что у неё всё осталось дома – где-то в Башкирии, а назавтра она, гордая своей идеей, притащила новенькие паззлы с изображением парусника и твистер.
Я была растрогана. Димка чесал репу и прикидывал вместимость своей машины. Подарки давно покинули пределы коробки и прямо в пакетах громоздились в холле.
В эту субботу дежурила команда дяди Матвея. Мы с Димкой всё упаковали в машину и ровно в половине десятого стояли у знакомой двери.
–
Я замерла, обнимая огромного белого медведя, на фоне вывески с названием детдома.
Нина Викторовна встретила нас как родных:
– Добрый день, ребята! Вот спасибо, вот молодцы! Складывайте у дивана, сейчас оформим и разберём, что куда. Вы пока идите, они там за домом гуляют на участке, только потом обязательно загляните, договорились?
Малыши в одинаковых комбинезонах и шапках нашлись за торцом здания. Некоторые копошились в заваленной снегом песочнице, некоторые покоряли снежную горку, остальные расползлись по участку. Анжелику было видно издалека по знакомой беленькой шапочке. Две воспитательницы бдительно следили за ребятней. Мы подошли поздороваться и представиться.
– Нас Нина Викторовна предупредила, что вы можете приехать, – согласилась старшая.
– А варежки вы дезинфицировали, прежде чем подойти к детям? – Димку с вызовом разглядывала симпатичная девушка, похожая на Белоснежку – бледное лицо, чёрные красивые бровки и длинные ресницы.
– Так и думал, что о чём-то забыл! – Димка картинно закатил глаза и хлопнул себя лапищей по лбу.
Я подмигнула своей, видимо, ровеснице и отошла к Анжелике, лепящей снеговые куличики. Солнышко пригревало почти по-весеннему, и снег хорошо слипался. Куличики получались на загляденье ровненькими, только одинаковыми из-за отсутствия разнообразия формочек. Ага, дома я где-то видела маленькие ведерко и лопатку, только не догадалась взять.
– Добрый день, Анжелика!
– Здравствуйте. – Она быстро оглянулась, как тогда в кабинете заведующей, но увидела только Диму, перешучивающегося с воспитательницей.
"Да, малышка, я тоже сильно по нему скучаю…"
– Как живёшь?
"…и жду встречи"
– Нормально, – она пожала плечами.
– Как поживает твоя Арина?
– Она спать осталась, а мы гуляем.
– У тебя такие славные куличики получаются! А давай я буду лепить колобки и пирожки, будем их на куличики складывать, и у нас пирамидки получатся. Можно?
Ребенок кивнул, не тратя лишних слов. Мы начали лепить, раскладывать. Слепили маленького снеговичка-папу, снеговичка-маму и снеговых колобков – деток. Сделали им домик-пещерку. А как транспортное средство я предложила черепаху. К этому моменту вокруг нас собралось уже полгруппы, детишки активно помогали лепить, носили веточки для ручек и пожухлые, чудом удержавшиеся на кустах листочки – для одежд. Подходил Димка, предлагал проложить дороги и построить оборонительные заграждения. Мальчики тут же начали прокладывать трассу.
Я внимательно следила, чтобы Анжелику никто не отодвигал от творческой группы, советовалась с ней. Понемногу малышка начала отвечать. Остальные детки были очень бойкими, с радостью болтали, спрашивали, старались понравиться.
Когда воспитатели позвали ребят возвращаться, у нас вырос уже маленький военный городок, обороняемый мини-крокодилами (те же пирожки, только с ножками). За одну мою руку держалась Анжелика, вторую оккупировали девочки, мальчики шли рядышком или впереди, всё время оглядываясь. Впереди шла старшая воспитательница, а Димка с чернобровкой завершали шествие. И хорошо. Мне в последнее время неприятно было смотреть на парочки. Порой на радостный щебет Аллы про её Лёшеньку я с трудом выжимала улыбку. Но выжимала же!