Если вчера война...
Шрифт:
— Очень смешно.
— Находите это смешным? А я вот — нет. И, честно говоря, не верю, что вы и на самом деле ничего не поняли. Конечно, вы женщина и можете не слишком разбираться в военной форме или оружии, но неужели вообще ничего не заподозрили?
— Н...нет. Вы о чем?
— Гражданка Соломко, как бы ни было сложно это воспринять, вы сейчас находитесь в прошлом, за сорок три года до своего рождения!
— Может, хватит нести глупости? Ну да, я вспомнила, недавно по телику показывали фильм про войну, там была похожая на вашу форма. И что с того? Календарь можно отпечатать на любом принтере, форму взять напрокат на киностудии или у ребят — военных реконструкторов — я про них как-то статейку писала. Считаете,
— Все-таки считаете, что все это чушь? Что ж. Юлия Александровна, похоже, с вами будет сложнее работать, чем мне казалось вначале. А ведь придется поверить. У вас, простите, выхода другого нет. Не захотите сами — найдем способ заставить.
— Бросьте. Мы не на телевидении.
— Простите, не понял?
— Ну, типа, мы не на программе «Розыгрыш». Да и кто станет меня разыгрывать на таком уровне ? Это ж сколько бабла стоит...
— Не знаю, что это такое «программа розыгрыш» и «бабло», но вас и на самом деле никто не разыгрывает. Вы в сороковом году, и поэтому я очень рекомендую принять это как должное и четко и правдиво отвечать на мои вопросы.
— Прекратите . Любая шутка хороша в меру. Ваша — затянулась . Еще скажите, что за дверью сейчас стоят Сталин с Берией и, хлопая друг дружку по плечам ухахатываются, слушая весь этот бред! Юмористы, блин...
Следователь встал и, скрипя сапогами, зашел ей за спину Наклонился — Юлю окатило запахом какого-то незнакомого, явно не «Кензо», одеколона — и неожиданно зло прошипел прямо ей в ухо:
— Если ты, сука, еще раз позволишь себе подобные выражения в адрес товарища Сталина или товарища Берии, Магадан тебе раем покажется. Лично прослежу, чтобы тебя в самый занюханный лагерь отправили, где лето во вторую среду июля начинается. А заканчивается во второй четверг. И в мужскую зону. Поняла, подстилка буржуазная? Или, как ты там говорила — «гламурная» ? Я правильно понял суть твоего долбаного глянцевого журнальчика? В ногах валяться станешь, чтобы по чистой пятьдесят восьмой пойти! Ты меня хорошо поняла ?
И вот тут ее пробрало. По-настоящему. Не то чтоб она сразу поверила всему, о чем перед этим говорил следователь — например, что такое «чистая пятьдесят восьмая», она попросту понятия не имела, да и насчет сорокового года тоже все было весьма спорно, — но... Журналистка неожиданно заплакала, размазывая по щекам оставшуюся тушь.
Следователь же, наоборот, неожиданно успокоился и, опустившись на стул, неспешно закурил и очень вежливо сказал:
—Вам все понятно . гражданка Соломко? Если вы еще раз (дочитавший до этого места Иосиф Виссарионович, хоть и не видел воочию не вошедшей в протокол сцены, снова ухмыльнулся, ощущая, как понемногу возвращается хорошее настроение) упомянете имя товарища Сталина или товарища Берии в подобном контексте, я буду вынужден поговорить с вами несколько иначе. И не так, как сейчас, а гораздо, гораздо хуже. Давайте начнем сначала, хорошо?
Юля судорожно кивнула. С ней, единственной Дочерью в семье, еще никогда ТАК не разговаривали. Да что там «не разговаривали» — на руках носили. И в инстттут пристроили, и в журнал, с главредом в неформальной, так сказать, обстановке познакомили, а тут… тут она, похоже, и на самом деле никто!..
От этой мысли журналистка неожиданно зарыдала в голос, до икоты, что называется.
Следователь терпеливо ждал, пока она успокоится. Не дождался и дернул щекой:
— Ладно, продолжим позже. Сержант, — он устало потер виски, — увести подследственную. Давайте следующего, кто там у вас?..
В
К слову, хрестоматийный ноутбук ему доставили, как и обещал майор, еще двадцатого числа. Доставил не сам Михаил — бериевский порученец, видимо, был занят какими-то более важными делами, а незнакомый Юрию капитан госбезопасности, все то время, пока подполковник исследовал содержимое ноута, просидевший с каменным лицом у него за спиной. Контролировал, надо полагать, на тот случай, если он вдруг попытается испортить секретную технику или удалить какие-то данные. Кстати, интересно, получается, капитан хоть немного, но разбирался в компьютере? Значит, местные спецы уже довольно плотно приступили к изучению артефактов, и он — один из них. Что ж, молодцы, не теряют зря времени.
Ничего особо интересного в недрах «пятьсот восьмого» «Самсунга», как он и ожидал, не обнаружилось. Стандартный набор программ для явно нелицензионной ХР, несколько папок с личными фотографиями (никого из сфотографированных он не узнал), какието набранные с кучей ошибок расходно-приходные документы по матчасти на украинском языке и тому подобная лабудень — абсолютно ничего, способного, если верить классикам жанра альтернативной истории, «в корне перевернуть ход будущей войны». Ну, разве что папка с фотографиями боевых самолетов и вертолетов. видимо, прежний хозяин ноутбука увлекался современной авиацией и недавно побывал на каком-то авиасалоне, похоже - московском МАКСе.
Крамарчук с трудом представлял, какая от всего этого может быть польза без чертежей и технических характеристик, даже если и показать их авиаконструкторам. Разумеется, обнаружилась и запрятанная куда подальше папка с не особо жесткой порнушкой, которую Юрий, злорадно ухмыльнувшись, сделал видимой. На этом работу можно было с чистой совестью считать законченной, поскольку сам по себе ноутбук представлял куда большую ценность, нежели его содержимое. Закончив работу, подполковник отключил комп и кивнул сопровождающему:
— Спасибо, товарищ капитан, я закончил. Свои соображения изложу письменно и сдам товарищу майору.
Тот кивнул в ответ, аккуратно убрал «нотик» и зарядное устройство в сумку и, откозыряв, ушел, так и не проронив ни слова.
Крамарчук положил перед собой чистый лист и изложил свои мысли относительно ноутбука и его содержимого. Текста получилось совсем немного, и, поразмыслив пару минут, подполковник вкратце описал перспективы разработки и использования компьютеров, для вящей серьезности документа добавив несколько конкретных имен и названий (ну да, куда ж без Силиконовой долины и лично товарища Гейтса?). Перечитал. Пожалуй, так и оставим. Большим знатоком компьютерной грамоты он себя не считал, да и был весьма далек от мысли, что Лаврентий Павлович не найдет — точнее, уже не нашел — среди «попаданцев» тех, кто сумеет объяснить местным специалистам устройство и принципы работы компьютерной техники.