Если у вас нету тети...

Белова Марина

— Ты имеешь в виду, что кому-то могло не понравиться поведение Насти?

— Именно. Помнишь, Зинаида говорила, что к девушке сразу двое клеились?

— Алина, сейчас люди ко всему привычные. Тем более что Настина компания старалась держаться поодаль и с остальными отдыхающими не контактировала.

— Значит, кто-то из своих? Из Настиных сослуживцев?

— Из своих, — я еще раз взглянула на список проживающих в домиках повышенной комфортности. — Только как к ним подобраться, ума не приложу, а времени в обрез.

— Кстати,

о времени. Давай для начала отдадим журнал Зинаиде. Наверное, она уже беспокоится. — Алина взяла со стола журнал, положила его в пакет и направилась к выходу. Я осталась сидеть на своем месте, размышляя про себя, как войти в контакт с людьми из страховой компании. — Ты идешь со мной? — окликнула меня Алина, видя, что я нахожусь наедине со своими мыслями и не реагирую на ее передвижения по комнате.

— Ах, да, задумалась. Конечно, идем.

Зинаида нас уже ждала. Она нервно выхаживала перед калиткой, то и дело поглядывая в сторону дорожки, на которой мы вот-вот должны были появиться. Заметив нас, она с облегчением вздохнула.

— А я думала — нагоняя мне не миновать.

— Зря волновались, мы люди ответственные. Пообещали, что за час управимся, значит, так и будет. Вот, возьмите, пожалуйста, ваш журнал, он здорово нам помог.

Зинаида выхватила из моих рук пакет с журналом и крепко зажала его локтем под мышкой.

— Зина, окажите нам одну любезность, о нашем разговоре никому не говорите, — попросила я.

— Конечно, никому не скажу, — пообещала перепуганная Зинаида. — Не знаю, как вам, а меня точно по головке не погладят, если узнают, что я болтаюсь с отдыхающими и тем более с родственниками подозреваемой в убийстве.

— Да, в ваших же интересах помалкивать, — излишне сурово поддакнула Алина.

— Нет, Зинаида, — успокоила я женщину, видя, как после Алининых слов у нее от страха побелели щеки. — Ничего противозаконного в ваших действиях нет. Скоро найдут настоящего убийцу и со Степы снимут все обвинения. Считайте, что вы помогаете нам найти настоящего убийцу.

— Правда? — спросила Зинаида. Ее лицо слегка порозовело.

— Да. Могу я вам задать еще один вопрос?

Мишина кивнула:

— Если только в интересах следствия.

— В интересах, в интересах, — пробубнила Алина, пытливо всматриваясь в мое лицо: что я еще хочу спросить, вроде бы и так все что можно спросили.

Меня же интересовала одна маленькая деталь, подтверждение того, что убийцу следовало искать именно в кругу отдыхающих.

— Зинаида, а посторонние по территории дома отдыха часто проходят?

— Никогда. У нас посторонних здесь нет. Дом отдыха не проходной двор. Более того, он расположен в тупике. Через нас ни к реке, ни в лес чужие не ходят. У каждого дома отдыха или пансионата есть свой выход в лес и на пляж, к реке.

— Спасибо, вы сполна удовлетворили наше любопытство.

Эти слова Зинаида восприняла как призыв к полной свободе действия. Она буркнула нам на прощание

«до свидания» и тут же испарилась, а мы остались стоять у калитки.

До ужина оставалось мало времени, но мы туда и не торопились, заранее договорившись, что будет лучше, если мы ограничим на людях контакты с нашими детьми. Наверное, и так многие знают, что тетю наших детей подозревают в убийстве. А раз так, думаю, окружающим не следует знать, что мы имеем к предполагаемой убийце родственное отношение.

— Пошли, побродим по лесу, — предложила Алина. — Дети наши вполне самостоятельно себя ведут, догадаются сами сходить на ужин. А нам надо сосредоточиться и определить план действий.

— Да, не мешало бы. Время уходит, завтра они все разъедутся, и мы останемся с носом, — сказала я и взялась за ручку калитки, за которой начинался лес.

Калитка без скрипа отворилась, и мы оказались за забором. Солнце садилось за верхушки деревьев, мягко подсвечивая их кроны. Жара спала. В лесу пахло свежестью и хвоей. Мы шли по мягкому настилу из мха и опавших сухих иголок. Было тихо и спокойно. Так спокойно, что хотелось молчать, чтобы ненароком не нарушить эту первозданную тишину.

Мы прошли несколько метров в глубь леса. Не будучи от природы следопытом, я боялась потеряться, поэтому остановила Алину, пытавшуюся углубиться в лесную чащу.

— Куда ты разогналась? — окликнула я ее и для надежности схватила за рукав.

— Мы ведь хотели поговорить, чтобы нам никто не мешал?

— Вот и пойдем вдоль забора к пляжу, а по дороге и поговорим.

— А, понимаю, боишься серого волка? — поддела меня Алина, прекрасно зная о том, как я слабо ориентируюсь на местности.

— Я не Красная Шапочка, чтобы его бояться. — Я сделала вид, будто обиделась, и, развернувшись, вновь поплелась к забору.

— Ты куда? — услышала я за спиной виноватый голос Алины, в ее планы не входило со мной ссориться. — Я не хотела тебя обидеть.

— Никуда, — огрызнулась я. — Хочу совместить две полезные вещи в одной. Смотри, забор почти вплотную подходит к коттеджам.

— А, ну да, ну да. Теперь поняла. — Алина меня догнала, и мы вместе пошли по узкой тропинке, протоптанной вдоль забора.

Мы миновали столовую, беседку, клумбы с ирисами и пионами. Наконец перед нашими глазами показался первый коттедж под номером пять: нумерация домиков шла от реки. Не знаю, к нашей удаче или наоборот, начиная с этого места и до самого пляжа заросли кустарника вплотную подступали к забору, а сам забор, ко всему прочему, был еще увит диким виноградом, который рос на территории дома отдыха. Удачно было то, что мы могли подглядывать за отдыхающими и при этом оставаться незамеченными ни со стороны коттеджей, ни со стороны леса. Плохо то, что кустарник, защищающий наши тылы, был чрезмерно колючим, с огромными шипами, способными прошить насквозь. Приблизиться к прутьям и не пораниться было весьма затруднительно.