Если ты полюбишь…
Шрифт:
— Я предлагаю попросить Мэри понянчиться с котом, пока нас не будет. Боюсь, что иначе по возвращении мы найдем дом в весьма плачевном состоянии. Идет?
— Идет. Только согласится ли она?
— Сейчас узнаем.
— Ну ладно.
Спустя час Гейбриел и Энн уже ехали к городу. Мэри, которой вручили со многими предосторожностями Маклейша, обещала держать кота в строгости и никакого хулиганства не позволять.
Прошло еще минут двадцать, и Гейбриел затормозил у входа в магазин «Зверюшки для вас».
—
Он отпер дверь и скрылся в магазине. Энн с беспокойством огляделась. Ей показалось, что к окнам ресторанчика напротив прильнули чьи-то любопытные лица. Если это не обман зрения, то можно ожидать, что уже не следующее утро в местной газетке появится полный многозначительных намеков фельетон. Что-нибудь вроде: «Живой зверь в магазине сеньориты Розетты». Сплетни здесь очень любили…
Но Гейбриел не заставил ее долго ждать. Он очень скоро вернулся, держа под мышкой кипу рекламных проспектов.
— Зачем вам они? — удивленно спросила Энн.
— Хочу познакомиться с вашей продукцией. Всегда следует знать, чем торгуешь. На неделе мне надо будет также просмотреть счета. Иначе мне не удастся содержать магазин как следует.
— Хм, — с сомнением произнесла Энн. В ее планы отнюдь не входило позволять Хантеру рыться в счетах. И как это он будет «содержать» магазин? Ей нужен был всего лишь продавец-кассир, да и то пока она не поправится. Гейбриел, как ей казалось, слишком много на себя брал.
— В чем дело? — с тревогой спросил Гейбриел, заметив ее колебания. — Что-нибудь не так?
— Нет, все так!
Энн почувствовала укол совести. Он так старается помочь ей, а она не перестает подозревать его в каких-то нечестных замыслах. Хотя, если Хантер, как он утверждает, действительно опытный консультант по маркетингу, то отвергать его помощь просто глупо! Она решительно отбросила закравшееся сомнение и с улыбкой проговорила:
— Все правильно, Гейб. Так и надо. Насупленные брови Хантера разошлись, и Энн заметила, что он вздохнул с облегчением.
— Знаете, Энн, — сказал он, садясь в машину, — мне кажется, у вас бесспорный талант. — И он кивнул в сторону рекламных проспектов, которые положил на заднее сиденье. — Как вам пришло в голову заняться этим делом?
— Мне подсказала такую мысль бабушка. Она была очень умной. И к тому же бережливой. Никогда не позволяла себе лишних трат. Когда какая-нибудь вещь изнашивалась, она перекраивала ее, перешивала. А из лоскутков изготовляла то покрывало, то накидку или одеяло. И она умела мастерить очень смешные пугала для огорода.
— Такой же была и тетушка Эльвира.
— Да это и неудивительно для тех, кому пришлось пережить годы великой депрессии. Они привыкли
— В отличие от нашего поколения.
— Да, вы правы.
— Извините, я вас перебил. Продолжайте.
— Так вот. Как-то раз, когда бабушка уже была тяжело больна и почти не вставала с кровати, я собрала весь старый хлам в доме в корзинку, чтобы выбросить. Мне казалось, что все это никогда не пригодится. Бабушка догадалась о моем намерении и посоветовала мне не делать глупости. Она сказала, что, возможно, в этой корзине — мое будущее.
— Что она имела в виду? — поинтересовался Хантер.
— Она мне объяснила. Дело в том, что я с детских лет любила мастерить из всякого тряпья кошек, собак, зайцев, медведей. И это очень хорошо получалось. Бабушка говорила, что у меня золотые руки. Она посоветовала мне попробовать изготовлять куклы, на них всегда был большой спрос. Их можно было выгодно продавать.
Энн замолчала. Она очень любила бабушку и часто вспоминала ее с грустью и нежностью. Хантер слушал рассказ, не проявляя нетерпения и не торопя. Вздохнув, Энн продолжила:
— Я попробовала, изготовила несколько кукол и отнесла в магазин. Их похвалили и купили. Я смастерила еще и снова успешно. И тогда я подумала: в любом доме непременно есть либо изображения, либо фигурки каких-нибудь животных. Люди любят их и стараются окружить себя изображениями зверьков, птиц, рыб. И я решила заняться изготовлением и продажей таких фигурок. К тому времени ни бабушки, ни мамы уже не было в живых. Я решила поделиться своей затеей с Дэниелом.
— Дэниел? Кто это.
— Мой отец. В детстве у меня не было близких друзей, да и знакомых тоже. В наших местах очень мало молодежи. Мэри появилась здесь сравнительно недавно. Отец заменял мне всех. Поэтому я и привыкла звать его по имени, а папой называла редко. Хотя он всегда был прекрасным отцом…
Гейбриел протянул руку и сжал в ней ладонь Энн. Она вздрогнула, но затем откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. Гейбриел долго не отпускал ее руку, и теплая волна блаженства затопила Энн. Постепенно мысли ее смешались, и она сама не заметила, как заснула…
— Энн, просыпайтесь, приехали!
И Гейбриел мягко коснулся плеча девушки. Энн открыла глаза. Дверца машины была открыта, а рядом уже стояла инвалидная коляска.
— Просыпайтесь, просыпайтесь, — торопил ее Гейбриел, ласково улыбаясь. Обняв девушку одной рукой за талию, он легко поднял ее и пересадил в коляску. Энн огляделась. Машина стояла во дворе небольшой усадьбы в мексиканском стиле, столь распространенном на юге Калифорнии. Воздух был насыщен запахом цветов и моря. Издали доносился шум прибоя и плеск бьющихся о прибрежные скалы волн.