Если твой босс... монстр!
Шрифт:
Тут оказалось, на удивление, многолюдно. Точнее, оживленно, потому что людей здесь, собственно, можно было по пальцам пересчитать, зато всех остальных, да еще таких затейливых… Увиденное, затмило все предыдущие чудеса — даже факт моей принадлежности к иномирной вымершей расе.
— Чего застыла аки статуя? Мне с тобой цельный день возиться некогда, — схватила меня за руку баба Тина, когда я зависла посреди прохода, подавившись вопросами, что так и рвались с языка.
Слов не было. Совсем. Остались одни междометия.
Мимо прошла красивая женщина в деловом брючном костюме. Рядом с ней плыла непонятная
— Не волнуйтесь, уважаемый Хэ-бо, — пропела красавица и перебросила через плечо длинную русую косу, переплетенную широкой атласной лентой. — Экология современного Китая оставляет желать лучшего. Вашего отсутствия там и не заметят, понимаете? А вот отсутствие самого знаменитого приведения Тауэра обнаружат сразу. Туристы, так уж точно.
— Но, Василиса Святогоровна, нейши, я всего лишь речной дух, не более. Призраком никогда не подрабатывал, — булькала субстанция, оставляя на светлых полах мокрые следы, которые, правда, мгновенно высыхали.
— Ну, Хэ-бо, миленький, выручайте, — взмолилась женщина, широко распахнув неправдоподобно синие, сияющие, как летнее небо, глаза, и коснулась водяной поверхности кончиками пальцев, словно погладила. — У меня привидение Тома Бекета, архиепископа Кентерберийского, срочно в отпуск улетело, по семейным обстоятельствам. Горю… Спасайте!
— Видите ли, прекраснейшая, моя стихия, в некотором роде, вода… — снова озадачился речной дух и принял форму, отдаленно напоминающую мужчину.
— Кокетничает, — тихо прокомментировала Тинаида.
Дама в брючном костюме вместе со стеснительным «водяным» скрылись за поворотом, их разговор затих, зато навстречу нам вывернула еще более странная пара — белка в красном сарафане и кокошнике, а с нею кот, в камзоле, сапогах со шпорами и при шпаге. Они вышагивали чинно, степенно, о чем-то деловито разговаривая. Выглядело это настолько забавно, что я невольно улыбнулась.
— Ох, Василий Тимофеевич, — сокрушалась белочка. — Ну, никаких условий для работы. Да и должность, стыдно сказать — белка парковая! Зарплату задерживают, премиальные зажимают! И это при том, что трудиться приходится абсолютно, стесняюсь сказать, обнаженной! Полное беличье «ню» за такой скудный заработок!
— Омурр-зительно, — сочувственно кивал огромный черный кот, цепко придерживая спутницу за локоть.
— А дети? Они приносят одни орехи! — продолжала жаловаться на жизнь его собеседница. — Бюрократы в отделе кадров говорят, что это мой продуктовый паек. Даже хотели вычесть его стоимость из оклада! Представляете?
— Скве-ур-но — топорщил усы кот.
— А я шашлыка хочу. Да я в казино лет пятьдесят не была.
— Как я вас понимяя-ууу…
И они прошли мимо, лишь вдали еще некоторое время слышался звон шпор.
— Говорящие… — прошептала я.
— Жертвы магических экспериментов, а гонору, как у полноценной рабочей единицы, — проворчала в ответ баба Тина и потащила меня дальше.
Я послушно шагала за кикиморой и озиралась по сторонам. Вокруг переговаривались, суетились, пробегали или, наоборот, медленно проплывали, как привычные на вид, так и абсолютно диковинные создания.
У широкого окна стояли двое мужчин — высокие, симпатичные, в джинсах и футболках. Один из них обернулся, улыбнулся мне, привлекая к себе внимание… А вот когда я рассмотрела его поближе, то
— Ты чего? — насторожилась Тинаида, когда я, приглушенно охнув, вцепилась в ее рукав.
— Тот человек… Он…
Кажется, у меня опять все слова закончились.
— Демонов никогда не встречала? — понимающе хмыкнула кикимора. — Ах, да, где тебе, сердечной. Как разглядела только? Они же в личине, а истинное зрение тренировать надо. Видать, сильна в тебе сила-то ведьминская. Ничего, Кирилл Сергеевич на учебу направит, да быстро к делу приставит.
Спутница мне попалась разговорчивая. Иногда давала пояснения увиденному, а иногда просто болтала о том, о чем я не имела ни малейшего представления. Наконец мы миновали просторный зал, в центре которого стояло огромное дерево, кроной упираясь в потолок, и остановились перед массивной дверью с табличкой «Глава департамента межмировой магической таможни Земля-Мидгард Марвелл Кирилл Сергеевич»..
— Ну, вот и пришли, — улыбнулась Тинаида, внимательно меня осматривая. — Ты, девонька, не тушуйся, но и не спорь с ним. Он хоть мужик и толковый, а все ж таки лорд.
— Кирилл Сергеевич?
Необычное для лорда имя уже не удивляло.
— Он самый и есть, — подтвердила кикимора, ободряюще похлопала меня по руке и постучала.
Двери распахнулись, приглашая нас войти, что мы, собственно и сделали.
Кабинет директора в таком современном здании я представляла иначе. Точнее, в моем понимании, подобного помещения здесь попросту не могло быть. Мы попали не в комнату, а в большой зал, где каждый наш шаг по блестящему мраморному полу отражался гулким эхом от стен. Резные каменные колонны, как грозные часовые, выстроенные в два ряда, поддерживали сводчатый высокий потолок, весь исписанный неизвестными рунами.
Старинные арочные окна, полуприкрытые тяжелыми портьерами. Огромный, в человеческий рост, глобус с очертаниями неизвестных материков. Стены, сплошь заставленные книжными шкафами. И ниши, в которых цокали, шипели, клокотали или просто безмолвствовали необычного вида приборы. Ничего подобного мне до сих пор видеть не приходилось.
— Ох, а хозяина-то и нет! — всплеснула руками баба Тина, разворачиваясь к массивному письменному столу, выглядевшему таким же торжественно-древним, как весь зал, и заваленному грудой папок, странных предметов и… свитков. — Ну да ничего. Ты присядь вон на стульчик, детонька, да обожди немного. А я пойду, дела у меня.
— Спасибо…
Двери за моей провожатой закрылись, и я осталась одна в мрачном, полутемном зале, где каждый, даже самый тихий вздох отдавался гулким эхом. Присела на стул, положила на колени злополучную сумку, сильно пахнущую духами, и невольно поморщилась. Мне и самой резкий запах причинял дискомфорт, что уж говорить о тех людях и… нелюдях, у которых обоняние заведомо лучше. Да, нехорошо получилось.
Внезапно в кабинете стало светло. На стенах разом вспыхнули факелы — самые настоящие, с живым огнем и запахом сгорающего масла. А затем в центре мраморного пола образовалась широкая вихревая воронка, последовала ослепительная вспышка, и посреди зала появился тигр.